|
Эпидемию ожирения вызвали обычные пластификаторы
|
|
|
|
Избыточный вес убивает куда больше людей, чем войны с голодом вместе. До самых недавних пор это объясняли то «мусорным» фастудным питанием, то недостаточными физическими нагрузками. Научные работы показывают: эти гипотезы были неверны. За последние полвека сильно потолстели даже лабораторные животные, корм и нагрузки которых не менялись. Эпидемия лишнего веса действительно убийственна, но ее причина не в калориях или нехватке нагрузки. А в чем же? Naked Science исследует для вас этот вопрос.
|
|
|
|
Впервые мысль о том, что лишний вес — результат обжорства и недостатка движения и нагрузок, возникла как минимум в начале XIX века, в Англии. С тех пор — уже больше двух веков — именно так и пытаются лечить проблему врачи. Когда мы говорим «лечить», то не преувеличиваем: избыточный вес неизбежно ведет к непомерным нагрузкам на сердце и сосуды и отнимает десятки лет жизни. И даже у людей с умеренным избыточным весом он забирает в среднем три года. Поэтому любой врач как минимум захочет бороться с подобным явлением.
|
|
|
Вот только почему-то из этого мало что получается. На диетах сидят и в спортивные залы ходят рекордно большое число людей, не сравнить с прошлыми поколениями. Только вот процент граждан с избыточным весом почему-то растет все время наблюдений. Причем в XXI веке рост даже слегка ускоряется. Собственно, именно в этом причина, почему проблема уже слегка выпала из фокуса общественного интереса: большинство из нас, попробовав диеты с упражнениями и в 90 процентах случаев мало чего добившись, считают, что с ней просто ничего не поделать, отчего опускают руки. Как мы покажем ниже, кое-чего добиться можно. Только вот диеты с бегом, при всей их несомненной огромной полезности для сердца, здесь никак не главное.
|
|
|
|
География пандемии
|
|
|
|
Первые сомнения в том, что причиной массовости лишнего веса в последние десятки лет стало питание, появляются, когда смотришь на количество подушевых калорий, поедаемых в разных странах мира, и сравниваешь их с распространенностью там же избыточного веса. Из соответствующих карт не складывается картина вида «больше калорий — больше веса».
|
|
|
|
Но больше всего смущает иное: животные, особенно лабораторные. Типичные лабораторные животные-модели, типа крыс линии Вистар, живут в на редкость жестко регламентированных условиях. Кто-то случайно взял крысу со стола руками? Всё, чистота эксперимента нарушена, она для него не годится. Питание, физнагрузки и прочее у таких животных предельно консервативны десятки лет подряд. И не без причин: как сравнивать результаты научных работ за полвека, с 1970-х и сегодняшнего дня, если вы будете давать «лабораторным» разный образ жизни, из-за которого и вес, и все остальные их параметры могут сильно измениться?
|
|
|
|
И тем не менее грызуны в лабораториях тоже набирают вес. Полвека назад они были существенно легче, чем сейчас, и неважно, говорим мы о лабораторных грызунах или обезьянах. Как и дикие животные, живущие рядом с людьми, включая городских крыс, — но только рядом (те, что далеки от городов, такой результат не показывают).
|
|
|
|
Если подумать, это сразу снимает любые попытки списать все проблемы с лишним весом на калории и упражнения. Теперь даже не скажешь: раньше, мол, калорий поглощали не сильно больше, зато было меньше майонеза, маргарина и прочего. Ни одна гипотеза, основанная на снижении качества еды, никак не может объяснить, почему у животных с одинаковым рационом за последние 50 лет тоже вдруг случилась прибавка в весе.
|
|
Сузить круг подозреваемых
|
|
|
|
Итак, остается ровно один класс теорий: загрязнение. Лабораторным животным майонез на чипсы не намазывают, им дают корм для грызунов, чей состав преднамеренно вообще не меняют. Следовательно, набор веса обуславливает что-то, получаемое не с кормом, или если и приходящее с ним, то только за счет случайного загрязнения стандартного корма чем-то еще.
|
|
|
|
В истории человечества такие истории, надо признать, уже были, причем очень много раз. Спартанские женщины втирали в паховую зону мышьяк, потому что после этого там не росли волосы. Сейчас мы прекрасно понимаем, что эпилироваться заведомым ядом глупо, но конкретно в Спарте до этой мысли дойти не успели. Зато было удобно: брить не надо. В Древнем Риме делали из свинца посуду, «консервировали» им вино, и даже питьевую воду гнали по свинцовым трубам. Тоже очень удобно: коррозии ноль, вино не прокисает подолгу, но…
|
|
|
|
И не нужно смеяться над римлянами. В 1920-х прогрессивные изобретатели в США пили тетраэтилсвинец перед прессой, показывая, как безопасна эта присадка к бензину. Конечно же, изобретатели, как и покрывавшие их корпорации, прекрасно знали, что тетраэтилсвинец — яд, а демонстрировавший его питье Томас Миджли после этой акции надолго поехал лечиться. Зато эта присадка тоже была удобнее: с ней стало проще эксплуатировать двигатели внутреннего сгорания.
|
|
|
|
Правда, через полвека некий Клэр Паттерсон попробовал разработать уран-свинцовый метод датирования горных пород и с изумлением обнаружил: даже в герметичных лабораториях все покрыто тончайшим слоем свинца из воздуха. Оно и не удивительно: тетраэтилсвинец использовали повсеместно, а свинец, куда-то попав, не спешит покидать это место.
|
|
|
|
В итоге выяснилось, что в результате применения этого соединения в течение двух третей века люди становились агрессивнее, у них снижался IQ (только у 170 миллионов жителей США на 824 миллиона единиц) и серьезно повышался уровень преступности. А еще падала и продолжительность жизни, и ее качество. И все равно выводы Паттерсона много лет пытались опровергнуть химики на службе крупных корпораций: зарплата ведь сама себя не заработает.
|
|
|
|
Вернемся к лишнему весу. Что здесь могло сыграть роль тетраэтилсвинца? Ясно, что это не может быть элемент ископаемого топлива, хотя бы потому, что сильнее всего с 1970 года средний вес тела вырос в государствах типа Тувалу и других странах Полинезии. Конечно, здесь могут быть задействованы и гены, но они не могут быть причиной. К моменту прихода европейцев масса полинезийцев была существенно ниже, чем в наши дни. И это при том, что, согласно всем этнографическим наблюдениям, они практически не сталкивались с недоеданием. Если бы в их полноте были виноваты гены, уже к моменту их первого контакта с европейцами жители Полинезии показали бы избыточный вес, а этого не наблюдалось.
|
|
|
|
На Тувалу и прочих Вануату сравнительно мало используются все виды ископаемого топлива. В силу размеров этих стран там просто нет приличного автопарка. Местную энергетику тоже, мягко говоря, трудно назвать развитой, да и потребности относительно немногочисленных островитян не так велики. Это даже к кондиционированию относится: наиболее благоприятная температура для голой человеческой кожи +28, и местное население просто не нуждается в кондиционерах при таких отметках (то есть основную часть года, с учетом морского климата).
|
|
|
|
Сразу отпадает и версия «во всем виноваты промышленные загрязнения». В Полинезии почти нигде нет тяжелой или химической промышленности. Собственно, здесь с любой промышленностью большие проблемы.
|
|
|
|
Курение, алкоголь, переработки, ДДТ, пестициды вообще и «химические» удобрения (впрочем, «нехимических» удобрений и быть не может) с противопожарными добавками тоже трудно признать кандидатом в причины лишнего веса. Во-первых, ДДТ активно вытесняли с 1970-х, и с тех же самых лет по всей планете резко падает доля курящих, потребление алкоголя. Да и число рабочих часов в развитых странах тоже снижается с тех же пор. А пестициды и удобрения с антипиренами в условном Тувалу практически не применяются: местные и бедны, и не видят в них особого смысла, благо урожайность в экваториальной зоне и без того на зависть.
|
|
|
|
Да и вообще сомнительно, что описанный загрязнитель встречается только где-то в воздухе. Если бы это было так, то как бы он по воздуху достиг островов-крошек, рассыпанных по всему Тихому океану? Если бы и достиг, то тогда лишний вес там бы рос медленнее, чем в остальном мире, а не быстрее, как происходит в реальности.
|
|
|
|
Итак: вероятные причины весовой эпидемии — загрязнители. Они находятся или в воде, или в еде, или и там, и там, но практически наверняка не сосредоточены только в воздухе. Совершенно точно это не выбросы из труб заводов или электростанций и не продукты выхлопных труб тоже. Тогда что это?
|
|
Непромышленное загрязнение
|
|
|
|
Методом исключения можно сузить круг подозреваемых, но чтобы назвать конкретного виновника, нужны и конкретные данные. В последние годы они начали появляться, причем в самых разных странах мира. Один из наиболее показательных случаев — корейская работа 2018 года. Ее авторы изучили тысячи южнокорейских детей, сравнивая уровень веществ, образующихся при распаде фталатов в организме, с уровнем избыточной массы тела.
|
|
|
|
Оказалось, что практически для всех фталатов кроме моно(2-этил-5-карбоксипентил)фталата корреляция как таковая отсутствовала. Но вот дети с большими количеством этого соединения в моче показывали существенно больший индекс массы тела. Подобные наблюдения есть и в целом ряде других работ для самых разных стран мира.
|
|
|
|
Сходные работы в США есть и по бисфенолам. Если фталаты — это пластификаторы, добавляемые в пластики, чтобы те лучше гнулись, были эластичнее, то бисфенолы, напротив, отвердители, кроме прочего используемые во внутреннем покрытии практически всех металлических банок современных типов, как консервных, так и с напитками.
|
|
|
|
Особенность фталатов в том, что для успешного повышения гибкости пластиков они неизбежно не должны быть прочно связаны с остальными молекулами окружающего их материала. А значит, могут покидать пластик, инфильтруя окружающие его жидкости и еду.
|
|
|
|
Возникает вопрос: почему именно эти вещества, а не какие-то другие? Выше мы описали, как ученые разных стран сузили «круг» — но даже в укороченном списке ведь как-то надо выбирать, верно?
|
|
|
|
Причины, по которым конкретно эти соединения считают важнейшими факторами набора веса, довольно просты. Фталаты структурно похожи на молекулы человеческих гормонов, а точнее женского полового гормона эстрогена.
|
|
|
|
Здесь возникает сразу пара вроде бы сложных вопросов. После роста уровня эстрогена у женщин, как известно, падает аппетит. Откуда же избыточная масса тела от ксеноэстрогенов (соединений, похожих на эстрогены, но приходящих извне организма)? И другой вопрос: способность фталатов вызывать в организме те же ответы, что и эстроген, снижена, в ряде случаев до сто тысяч раз. Оно и не удивительно: все-таки сходство их молекул с эстрогеном довольно приблизительное. Как же они тогда могут вообще оказывать влияние на наш организм?
|
|
|
|
Попробуем ответить на эти вопросы. Во-первых, влияние того или иного гормона или ксеногормона далеко не всегда такое линейное, как кажется. Организм — сложная система с множеством обратных связей. Например, большое количество продуктов распада какого-то гормона или вещества, вырабатываемого под действием гормона, может привести к падению выработки этого самого гормона нашим телом: «обнаруживая» следы распада, организм как бы «понимает», что этого соединения в нем и так уже достаточно. В подобных случаях эффект от ксеноэстрогена может быть существенно меньшим, чем эффект от эстрогенов, но все равно будет заметным.
|
|
|
|
Что до химической активности, то те 5-40 микрограмм фталатов на килограмм массы тела, что мы (если живем не в глухих джунглях) получаем каждый день, могут связываться не только с теми соединениями-мишенями, которые дают обычные эффекты от эстрогенов. Но и со множеством иных. Точно и достоверно выяснить всю биохимию этих процессов очень сложно.
|
|
|
|
Зато можно сделать другое: выяснить, были ли случаи, когда эти самые «малоактивные» ксеноэстрогены надежно действовали на живые организмы. Как мы уже отмечали, такие исследования есть. Возьмем, например, аногенитальную дистанцию: у младенцев мужского пола (впрочем, и у взрослых мужчин) она значительно больше, чем у женского пола, и это весьма устойчивый количественный признак, отделяющий одних от других. Собственно, размер мужских половых органов так же вполне положительно коррелирует с этой дистанцией.
|
|
|
|
Однако у детей, которые в эмбриональном состоянии получали слишком много фталатов, аногенитальная дистанция бывает меньше нормы во много раз чаще обычного — подчеркнем, речь именно о разах, а не процентах. Разумеется, развитие половых органов младенцев с «фталатным» внутриутробным периодом тоже было ненормальным (включая неполное опущение яичек). Причем авторы соответствующей работы в Environmental Health Perspectives прямо пишут:
|
|
|
|
«Медианные концентрации метаболитов фталатов, которые связаны с [неестественно] укороченной аногенитальной дистанцией… ниже тех, что обнаружены у одной четверти женского населения США…»
|
|
|
|
Переводим с научного на русский: есть серьезные основания полагать, что четверть женщин в Штатах при родах дадут младенцев мужского пола с ненормальным развитием половых органов из-за фталатов, что содержались в организмах их матерей. В России, вероятно, эта доля похожа, просто мы этого точно не знаем, поскольку наших ученых, в отличие от американских, такие вопросы пока еще не заинтересовали. Наверное, нет нужды напоминать, что подобное ненормальное развитие имеет крайне негативные последствия для последующей личной жизни и общего физиологического развития мужчин.
|
|
|
|
Подчеркнем: мы не можем быть уверенными, что фталаты не вредят младенцам женского пола. Просто изменения на них отслеживать сложнее (это у мужчин легко замерить объем пениса и яичек, благо те снаружи). Да и не сказать, чтобы кто-то особенно пытался (научных работ в этом направлении крайне мало).
|
|
|
|
Итак: фталаты и бисфенолы, несмотря на далеко неполное сходство их молекул с человеческими гормонами, доказанно влияют на наш организм серьезнейшим образом. Например, способны сделать половую систему мужчины неполноценной, и, собственно, это и делают каждый день. Следовательно, вопрос, как они могут вызывать избыточный вес, трудно назвать неразрешимым. Исследования в этом направлении нужны, но то, что сама возможность резкого влияния есть, — совершенно несомненно.
|
|
И куда от всего этого бежать?
|
|
|
|
Констатировать причины эпидемии мало. Мы ведь говорим не о какой-то там простуде: в США уже 40 процентов взрослых имеют серьезный избыточный вес, и Россия повторит тот же путь, пусть и с некоторым запозданием. Абсолютно неизбежно это потому, что упаковки для йогуртов, любая пластиковая упаковка вообще, любые консервы, банки с напитками, пакеты для запекания, одноразовые стаканчики для напитков и даже пластиковые бутылки и палочки — все они могут быть источниками пластификаторов (или бисфенолов, если речь о металлических банках).
|
|
|
|
Бесполезно пытаться убежать от этого в какой-нибудь тропический рай: как раз жители последнего сильнее всего страдают от избыточного веса. Оно и немудрено: консервы SPAM фантастически популярны среди населения целого ряда островов Полинезии. Долго считалось, что вес после них набирают потому, что в консервах много жиров, но это, как скажет вам любой этнограф, сомнительно.
|
|
|
|
Этнографии известны целые народы, получавшие из жиров до 50 процентов своих калорий (!) без малейших последствий для индекса массы тела (например, так было с эскимосами до прихода белых). Равно как и народы, каждый год месяцами получавшие 90 процентов своих калорий из меда. Равно как и народы, в больших количествах потреблявшие сахар из тростника, — опять без всяких последствий для талии.
|
|
|
|
Вообще, из этнографии следует, что пока люди остаются охотниками-собирателями или скотоводами, практически любой мыслимый рацион (не поступающий из современной цивилизации) не вызывает у них повышения индекса массы тела выше примерно 23 (по современным меркам, это довольно-таки поджарые люди). Мы отлично адаптированы ко всему, что можем добыть себе на пропитание на любом континенте Земли: от тюленьего жира у эскимосов до меда и гусениц в Африке.
|
|
|
|
Причем не приходится говорить и о том, что отсутствие проблемы лишнего веса «примитивных народов« как-то связано с тем, что им меньше приходится сидеть. Научные работы давно продемонстрировали, что охотники-собиратели ничуть не более физически подвижны, чем типичный цивилизованный человек.
|
|
|
|
Хадза в Африке лишены гаджетов и интернета, но сидят девять часов в день, еще два проводят на корточках и еще час на коленях. Чтобы не голодать, охотнику просто не надо работать дольше примерно трех часов в день. А это, напомним, намного меньше, чем у нашего цивилизованного современника. Вот охотник-собиратель и сидит на одном месте подолгу.
|
|
|
|
Люди адаптированы к самым разным диетам вне зависимости от количества самой еды: жители острова Китава до прихода белых вообще не были знакомы с понятиями, означающими голод или нехватку пищи, и регулярно выбрасывали большие ее количества, ибо попросту не могли всё съесть. Несмотря на такое изобилие, у них практически не было людей с избыточной массой.
|
|
|
|
К чему мы не приспособлены — так это к не встречающимся в природе пластификаторам и отвердителям пластмассы. Что-то в их составе подталкивает людей есть больше, чем им нужно, игнорируя встроенные регуляторы аппетита, десятки тысячи лет не дававшие располнеть нашим предкам. Именно поэтому массовые диеты и массовое же занятие спортом не то что не затормозило эпидемию лишнего веса, но и не помешало ей серьезно ускориться в последний десяток лет.
|
|
|
|
Полностью избежать попадания в организм таких соединений практически невозможно. Просто напомним: микропластик есть везде, от Марианской впадины до высоких гор. Мы получаем его с морепродуктами, водой из пластиковой тары, с сахаром (в пищевой промышленности вообще полно пластиковых трубок), солью, медом, алкоголем и даже воздухом. Причем из последнего, насколько можно понять, поступает примерно половина. Сразу скажем: ходить в медицинских масках не поможет, в том числе и потому, что сами они (кто бы мог подумать), содержат полимеры.
|
|
|
|
По подсчетам ученых, мужчина-американец потребляет 0,12 миллиона его частиц в год, женщина — 0,1 миллиона. Мальчики и девочки получают формально меньше — 0,080 и 0,074 миллиона, но у них намного ниже масса тела, то есть на килограмм веса дети получают даже больше взрослых. Примерно половину из этого количества люди вдыхали, а вторая половина поступала с едой и питьем.
|
|
|
|
Может быть, скажет читатель, стоит хотя бы ограничить дозу? В конце концов если только четверть матерей рожают младенцев с проблемами половой системы из-за фталатов, то три четверти-то нет. Значит, если дозу понизить, все будет безопасно?
|
|
|
|
На этот вопрос пока нет определенного ответа. Сейчас проблема исследована настолько недостаточно, что и остальные три четверти могут иметь сниженную аногенитальную дистанцию и объем мужских половых органов. Как узнать наверняка, если контрольной группы просто нет? В США практически нет детей, которые еще эмбрионами не столкнулись бы с фталатами. А измерить, что там было с аногенитальной дистанцией или средним объемом половых органов до Второй мировой, сейчас уже не получится: тогда просто не собирали такую медицинскую статистику.
|
|
|
|
Разумеется, это не значит, что нужно опустить руки и ничего не делать. Этим мы всего лишь хотели констатировать: у науки нет готовых ответов на вопрос о том, как спастись лично вам или вашим детям. Когда «Титаник» тонет в океане, где просто нет других судов, довольно проблематично спастись поодиночке. Нужны какие-то коллективные действия.
|
|
|
|
Например, ими могли бы стать шаги по серьезному ограничению оборота наиболее опасных фталатов и бисфенола. Как это когда-то сделали с тетраэтилсвинцом. Консервные банки в конце концов существовали и до того, как русский химик Дианин впервые синтезировал бисфенол. Да и посуда с упаковкой и пищевой промышленностью как-то существовала до появления пластиков и пластификаторов.
|
|
|
|
Но опыт борьбы с предшествующими эпидемиями отравления, например тетраэтилсвинцовой, говорит, что такая кампания, мягко говоря, не будет быстрой. Сначала нас, как и в тот раз, ждет колоссальное сопротивление химической промышленности. От вторичного выявления вреда тетраэтилсвинца до его фактического запрета прошли десятки лет. И это при том, что принципиальное решение о его запрете было принято всего за дюжину лет.
|
|
|
|
Следовательно, в ближайшем будущем мы можем что-то сделать для себя лично, только исходя из здравого смысла. Больше стеклянной и керамической посуды, меньше пластиковой. Меньше пластиковой упаковки, больше заменителей. Меньше влажных салфеток, больше целлюлозы. Меньше готовой еды, больше той, которую вы приготовили сами (только не в пластиковых пакетах для запекания), и хотя бы примерно представляете, через что она прошла, перед тем как попасть в вас? С воздухом, правда, особо ничего не сделаешь: микропластик оттуда не убрать. Тут нужна общественная реакция, а не действия отдельных индивидуумов.
|
|
|
|
В ближайшие десятки лет хорошо бы серьезно изучить вопрос, какие именно пластификаторы и отвердители более опасны, какие менее и как оптимальнее всего заместить самые опасные из них в короткие сроки. Вот только мы не стали бы особенно надеяться на то, что это случится на практике. Современное поколение политиков — далеко не те, что были в 1970-х, когда запрещали тетраэтилсвинец. Они существенно дальше от научных фактов: у них слишком много других дел.
|
|
|
|
Источник
|
