Не так давно российские математики разглядели в таинственной рукописи Войнича процесс получения опиумного мака и даже сообщили, на каких языках она написана. Правда, тут же оговорились, что несмотря на всё это, никак не могут её расшифровать. Как можно выяснить язык и не суметь прочитать текст на нём и что на самом деле скрывается за рукописью?
Манускрипт Войнича активно обсуждается исследователями по всему миру вот уже 105 лет, с момента его обнаружения торговцем древними рукописями Вильфридом Войничем. В тексте множество иллюстраций. Кроме женщин разной степени раздетости, там нарисованы знаки зодиака, множество растений, несколько животных и один замок. Всё это явно указывает на европейскую культуру того времени, когда, как считается, он был создан.
Пергамент датируется первой половиной XV века. Чернила тоже похожи на европейские. Казалось бы, таким же должен быть и язык. Увы, уникальность этого текста в том, что все его 170 тысяч знаков написаны на неизвестном алфавите максимум из 30 букв. При этом распределение этих букв не похоже ни на один из известных языков — загадка в кубе.
Юстас — Алексу, сажайте опиумный мак бочками
Учёные из Института прикладной математики РАН предложили своё решение проблемы. В тексте своей работы — не опубликованной, правда, ни в одном рецензируемом журнале, — они рассказали, что он написан на смеси из немецкого и испанского языков, из которых для зашифровки сообщения выкинуты все гласные. После этого фразы первого языка склеили со вторым и разорвали пробелами, поставленными не там, где надо.
Математики приводят пример: русскую фразу "неле поговори тьословахтоль коисходяиз наличияпр обелов" плюс английскую let us talk about this text превратили в "нлпгвртслвхтлксхдзнлчпрблв" и ltstlkbtthstxt. После того их слили и записали латинизированным алфавитом как nlpgvrtslvhtlkshdznlxprblv. Кириллицу из итоговой фразы убрали, потому что иначе дешифровать её было бы куда легче.
На вопрос, как такого языкового Франкенштейна можно прочитать, один из авторов честно ответил: "Восстановить весь текст... не представляется возможным, так как вариантов осмысленных слов получается слишком много. Я вам приведу один вариант понимания текста, а другой специалист вытянет из этих слов абсолютно другой смысл". Однако, продолжают они свою мысль, переживать по этому поводу нечего. Ибо по рисункам ясно: в тексте рассказывается, в "какое время года нужно сажать мак, чтобы потом получить из него опий".
Неувязочки вышли
После истории про мак представители других наук начали беспокоиться и выражать недовольство. Дело в том, что среди множества иллюстраций рукописи нет, строго говоря, ни одного растения, которое хоть один ботаник идентифицировал бы как мак. Более того, само предположение математиков из РАН — анахронизм. Да, в XXI веке опиумный мак незаконен и рекомендации по нему, может, и имеет смысл шифровать. Но вот в средневековой Европе середины прошлого тысячелетия он был совершенно легален и рассматривался как лекарство.
Не было никакого смысла писать на непонятном алфавите сложно зашифрованный текст о его выращивании. Проще было заплатить немного крестьянину, и тот сам отсыпал бы нуждающемуся сырья для опия. Мак рос в Европе с античных времён, не имел современной ауры наркотика и был так популярен, что в ту пору его рекомендовали даже от диареи. Никому особенно не надо было рассказывать, когда его требуется сажать. Это то же самое, что в наши дни изобретать новый алфавит для шифрованного трактата о выращивании чеснока.
Хорошо, обратимся к самому тексту работы. Авторы в ней пишут — впрочем, не подводя под это доказательной базы, — что индоевропейские языки, в отличие, например, от уральских, должны подчиняться распределению показателя Хёрста. Однако, признают учёные, если исходить из того, что текст рукописи на одном языке, то он ему не подчиняется. Из этого исследователи делают не тот вывод, что язык неиндоевропейский, а тот, что рукопись написана на смеси двух языков. Почему? Просто потому, что они выбрали такую гипотезу — никаких обоснований выбора версии про два языка они не дают.
Можно было бы начать спорить, рассказать о том, что распределение показателя Хёрста (как авторы называют его сами в работе) лингвистами практически не используется, но мы не будем. Авторы работы не лингвисты и, в отличие от ряда других математиков, работающих на стыке с этой областью науки, проявляют умеренное внимание к чисто лингвистической аргументации. Например, они между делом пишут, что баскский язык — индоевропейский. На планете Земля нет лингвиста, который бы с этим согласился. То, что баскский язык — уникум, у которого нет близких родственников среди живых языков, знают все, кто вообще интересовался языками. Если математики не согласны с лингвистами даже по такому общеизвестному вопросу, то другие аргументы из того же набора приводить просто бесполезно.
Даже если отвлечься от лингвистики, у гипотезы российских математиков есть немало проблем. Если авторы текста ("алхимики", как о них туманно пишут в работе) шифровали свой текст так сложно, то непонятно, зачем они разрабатывали совершенно новый алфавит. Как точно отмечают сами математики, рассекретить такой текст нереально, даже пользуясь обычными алфавитами. В рукописи 170 тысяч знаков новым алфавитом, и все они, согласно почерковедческому анализу, написаны бегло и без помарок. Сколько времени надо потратить, чтобы выработать скоропись на придуманном наборе букв, и зачем это нужно?
Абракадабра?
Попытки взломать рукопись математическими методами ведутся уже много десятков лет. К ней успели приложить руку даже спецы по шифрам из АНБ. У них ничего не получилось, и от отчаяния многие стали говорить, что рукопись не содержит осмысленного текста. Мол, это сборник магических заклинаний, там может быть любая абракадабра. Решил кто-то впарить доверчивым покупателям как древнюю книгу заклинаний — и написал какую-то галиматью.
У этой гипотезы есть серьёзные проблемы: для рукописи Войнича соблюдается закон Ципфа. Если взять в любой книге слова и расставить их по мере убывания частоты употребления, то второе по популярности слово будет встречаться примерно в два раза реже, чем первое, десятое — в десять раз реже и так далее. Есть такое и в "Происхождении видов" Дарвина, и в "Моби Дике" Мелвилла, и в "Мёртвых душах" Гоголя, и в находке Войнича. Подделать соответствие закону Ципфа в XV—XVI веках было некому по той простой причине, что открыли этот закон в XX веке — уже после первых публикаций о рукописи.
Правда, российские математики заявили, что закон Ципфа неверен для естественных языков. Но, увы, их работы в рецензируемый журнал не приняли, отчего они, быть может, и пошли с ними в СМИ. Зато работы, доказывающие, что это не так, в таких журналах вполне публикуются. С учётом рассказов про индоевропейский баскский лучше списать и эту идею математиков на их слабое знакомство с основами лингвистической науки.
Незападные языки и западная культура
Лингвисты давно заметили, что в рукописи нет ни артиклей, ни глаголов-связок. В западных языках они очень часты, но для восточных малохарактерны. Есть и слова, повторяющиеся два-три раза подряд, как в китайском или вьетнамском. Быть может, автор — человек с Востока, приспособивший свой язык под придуманный им алфавит в 20—30 знаков?
У этой версии есть одно слабое звено — все культурные признаки рукописи западные. Обнажённые женщины в западноевропейской стилистике, знаки зодиака (правда, вместо Скорпиона ящерица), наконец, замок с зубцами "ласточкин хвост", как на стенах Кремля. Всё это сильно напоминает Италию XV—XVI веков — откуда, кстати, приехали и архитекторы, давшие Кремлю эти зубцы.
Выход один меж двух миров
Американские ботаники Артур Такер и Рексфорд Талберт не так давно попытались найти людей, которые, с одной стороны, выросли бы на западной культуре, а с другой — пользовались бы совершенно незападным языком. Они опубликовали в журнале HerbalGram статью , в которой попытались понять главную загадку иллюстраций рукописи. Большинство из них — рисунки растений, но таких, которых никто никогда не видел. Можно найти те, у кого нужная форма листьев или корней, и так далее. Но вот реальные растения, которые сочетали бы все изображённые детали, найти почти невозможно — примерно так же, как найти в действительности растения с листьями подорожника, корнями одуванчика и цветами мальвы. И число видов таких вымышленных растений в иллюстрациях получается очень большим.
Такер и Талборт обратились к своему личному опыту преподавания ботаники в вузах. Из года в год с завидным постоянством их студенты для скорости зарисовывали растение так: сначала самую необычную и выделяющуюся часть, затем другую, "приставную" — например, гипертрофированный цветок, если в названии этого растения упоминается слово "цветок", и так далее. Базируясь на предположении, что иллюстрации были сделаны "студенческим" способом, ботаники попытались вычленить в растениях наиболее необычные компоненты и увязать их с реальными.
Результаты оказались неожиданными. Больше всего их поразила фиалка вида Viola bicolor, найденная на страницах манускрипта. Дело в том, что это растение вообще-то не было известно европейской науке минимум до XIX века. Оно произрастает в Новом Свете и в зарисовке отличается от привычной нам по Старому Свету Viola tricolor (трёхцветная фиалка или анютины глазки ). Нашлись — если считать способ изображения растений "студенческим" — там и кактусы центральноамериканского вида.
Получается, что рукопись сделал человек, знавший то, чего в Европе во время написания рукописи знать было некому. Причём информации у него было много именно о флоре Северной Америки. Чтобы узнать другие растения, авторы взяли ацтекский сборник-травник времён испанской колонизации — кодекс Крус-Бадианус. Растения в нём зарисованы в стиле, далёком от современной ботаники, но часто похожем на рукопись Войнича. Отличия в стиле зарисовок вполне объяснимы: кодекс рисовали ацтеки, не прошедшие европейскую школу живописи, знакомые с ней лишь по немногочисленным — в колониях — привозным образцам. Честно сказать, и в Европе тогда искусством зарисовки флоры и фауны владели не блестяще. Попросту говоря, они рисовали как могли, и винить их в том, что растения в итоге выглядели не похожими на реальные, не стоит.
Всего на страницах рукописи Войнича получилось опознать 37 из 303 растений кодекса. Ареал их произрастания: от Техаса и Калифорнии до Никарагуа. Наиболее вероятным местом, где их можно увидеть одновременно, американские ботаники посчитали Центральную Мексику. С учётом сходства с кодексом Крус-Бадианус, созданным сразу после испанского завоевания Мексики, исследователи посчитали автора рукописи Войнича ацтеком, создавшим свой алфавит на базе новых букв и решившим записать какие-то данные о местных растениях и приписываемых им свойствах на родном языке.
Ничего нереального в создании алфавита таким путём нет. Вождь индейцев Секвойя, происходящий далеко не из такого цивилизованного народа, как ацтеки, за короткое время создал не одну новую систему письменности и даже издавал на получившемся алфавите газету. Его никто не учил европейской письменности, но соответствующие буквы он видел и переработал их систему в меру своей фантазии и способностей.
Косвенные доказательства ацтекской теории — странные синеватые красители, более нигде в ту пору не встречавшиеся в письменных источниках. В 2009 году они были идентифицированы экспертизой как атакамит и болеит. Оба минерала встречались лишь в Новом Свете — болеит так вообще только в одной шахте в Нижней Калифорнии. Он был типичен для Америк, но неизвестен в Европе как минимум до конца XVI века.
До хеппи-энда далеко
Впрочем, при всех преимуществах "ботанической" расшифровки, до её успешного завершения крайне далеко. Дело в том, что население Мексики поры создания рукописи говорило на десятках диалектов науатля, многие из которых к нашему времени вымерли вместе со своими носителями. Эпидемии, принесённые европейцами, убили множество ацтеков, часто обезлюдевали целые селения.
На самом деле автор рукописи мог быть не ацтеком, а представителем знати покорённых ими народов. В пору уничтожения ацтекской империи они были союзниками Кортеса. В благодарность испанские власти долго не подвергали сомнению их статус. Существовали особые школы, в которых дети местной знати получили европеизированное образование. Однако язык таких людей мог сильно отличаться от массового науатля ацтеков, доживших до наших дней. Дешифровать письменность на такой основе сложно. Одно точно: это далеко не так тяжело, как искать в рукописи Войнича сведения о том, "когда нужно посеять мак, чтобы получить из него опий".
