дальновидение-миф или реальность?

В этой статье я познакомлю русского читателя с нетрадиционными экспериментами, выполненными мною совместно с коллегой по институту физиком Гарольдом Путгоффом. Целью наших опытов было достаточно надежное установление факта существования (или отсутствия) дальновидения. Так называют феномен дистанционного, то есть осуществляемого на расстоянии, опознания человеком случайно выбранных объектов: участков местности, разного рода построек, инженерных сооружений и даже комнатных предметов. Эту проблему, относимую обычно к парапсихологии, различные авторы обсуждают уже более столетия, однако сколько-нибудь убедительных экспериментов для ее уяснения не проводилось. Прежде всего мы постарались исключить случайные, сознатель- ные или подсознательные догадки перцепиента о том объекте, который ему предстоит распознать. Применялась двойная страховка, когда о выборе места (по нашей терминологии - мишени) не сообщалось ни ему, ни экспериментаторам. Мишенями могли быть теннисная площадка, пешеходный мост, карусель, лестница, бассейн, аэропорт, гараж, плантация тыкв и т.д. Все эти объекты располагались в окрестностях Сан-Франциско, на удалении до 15 км от Станфордского института. Их отбор проводил сотрудник, никак не связанный с нашим исследованием. Номера мишеней вместе с их названиями более никому не были известны - они заносились в специальные карточки, те, в свою очередь, запечатывались в конверты и хранились в сейфе директора. В качестве перцепиентов высту- пали испытуемые трех категорий: опытные экстрасенсы, "неофиты", только начинающие практиковаться в этой области, и, наконец, люди без каких-либо способностей к сверхчувственному восприятию. За 30 мин. до начала опыта испытуемый уединялся в закрытом помещении института. Затем директор наугад извлекал карточку с номером мишени. Только тогда выездная группа отправлялась к ней на автомобиле и оставалась там в течение 15 мин. Именно в этот промежуток времени перцепиент активно работал: старался "увидеть" мысленным взором место, где находится группа, дать его словесное описание и сделать зарисовки. Полученная как будто бы "из ничего" информация впоследствии сравнивалась с действительной картиной, которую воочию видели выехавшие на место люди. Статистическую обработку результатов вел сотрудник, также не имевший отношения к проблеме экстрасенсорного восприятия. Обычно ему давали до 9 записанных на магнитофон словесных характеристик одной мишени вместе с соответствующими рисунками. Проводя анализ, он непосредственно на месте, откуда велась "передача", оценивал степень достоверности дистанционного опознания. Оценка выражалась ранговым числом, причем единица отвечала наибольшему сходству, а девятка - наименьшему. В добавочной проверке участвовали пять "судей" из контрольной комиссии. Такая методика обеспечивала весьма низкую вероятность случайного совпадения какого-либо описания с выделенным объектом ( порядка 10-' -10-'). О результативности экспериментов дают представление помещенные здесь иллюстрации. Один из опытных экстрасенсов сделал, например, рисунки, хотя и упрощенные, но верно схватывающие главные особенности ситуации на теннисной площадке. Рисунки по смыслу достаточно ясные, с другими сценами они не отождествляются. Повторю еще раз: испытуемый ни в коей мере не мог знать, что выездная группа отправилась именно туда, да и сама площадка оказалась выбранной из группы объектов без всякого предпочтения, извлечением наугад запечатанной в конверте карточки. Или другой опыт. Начинающему экстрасенсу выпала задача опознать пешеходный мост. Сделанные при этом графические наброски, как видим, имеют сходство с фотоснимками моста. К тому же испытуемый выразительно описал мишень словами, назвав ее "желобом в воздухе". Перцепиенты обычно говорили нам, что воспринимают сигнал зрительно: будто смотрят на данный объект, находясь вблизи от него. Правда, движущиеся предметы редко находили отражение в описаниях удаленных сцен. Выяснилось также: большая часть сообщенных испытуемыми сведений не имеет логико-аналитического характера - они относятся к виду, форме, цвету и материалу, а не к функциональному назначению мишени. Возникла задача - отсеять картинку (или образ) дальновидения от того, что человек думает по ходу опознания объекта или воображает. В сущности, речь идет о выделении полезного сигнала на фоне внутренних помех. И здесь свой вклад внес один из тренированных экстрасенсов. Он диктовал на магнитофон два описания, искусно разделяемых на "видимое" и "воображаемое". От опыта к опыту он преуспевал в столь тонком деле все больше, чем очень помог нам вычленить непосредственно парапсихологические эффекты из привычных для исследователей проявлений фантазии, памяти, логики и т.п. А упомянутая тренировка перце-пиента состояла вот в чем. По окончании сеанса его отвозили на место, которое он только что старался себе представить. Это можно сравнить с прослушиванием музыкантом записи собственного исполнения с целью совершенствования мастерства. Кроме того, подобная "обратная связь" полнее вовлекает даже видавших виды испытуемых в процесс экспериментирования, помогает преодолеть впечатление рутины и однообразия, вызванное многократно повторяющимися опытами. При работе же с начинающими экстрасенсами приходилось сталкиваться с иным. Они были склонны опираться на ощущение чего-то необычного, что "мэтры" уже преодолели. Важно было побороть такую установку. И потому мы старались убедить новичков в прозаичности происходящего. На основании накопленных материалов, объясняли мы, нельзя считать сверхчувственное восприятие чем-то уникальным. В определенной мере оно присуще каждому человеку. И это не было голословным утверждением. Для участия в одной из серий экспериментов мы действительно привлекли людей, лишенных каких-либо паранор-мальных способностей. Выбор пал на нескольких государственных служащих из департамента, надзиравшего за исполнением контракта, по которому велись наши работы. Согласитесь, когда вам сообщают об успехе редкостного предприятия, с участием избранного персонала, у вас возникает чувство недоверия. Лучший способ его рассеять - предложить сомневающемуся самому выступить в роли испытуемого. Тогда на отчеты исследователей он будет смотреть сквозь призму собственного опыта - опыта обычного, рядового человека. Один из чиновников участвовал в трех экспериментах, и качество сообщаемой им информации постепенно повышалось. Правда, его иногда подводила излишняя склонность анализировать свое видение, что сказывалось на словесных описаниях. Зато при выполнении рисунков он был на высоте: например, расположенную в 3,5 км от института куполообразную карусель изобразил очень похоже (см. снимки объекта и графические наброски испытуемого). А его коллеге даже удалось добиться самых высоких соотношений "сигнал-помеха" - из тех, что выявили по ходу исследования. Значит, способность к дальновидению гораздо более распространена, нежели принято думать. Внимательный читатель может задать вопрос: не отразилось ли на результате опытов исчерпание, пусть и частичное, заранее выделенных мишеней? Ведь число конвертов в сейфе, следовательно, и опознаваемых объектов было ограниченным, а эксперименты шли вовсю. Совершенно верно. Однако это обстоятельство мы предусмотрели. Директор контролировал количественный и качественный состав мишеней. Карточки отработанных объектов он снова запечатывал в конверты и возвращал в сейф, что, конечно, держалось в секрете от испытуемых. Накопив определенный массив данных, мы решили прикинуть, какова разрешающая способность человека как "прибора" дальновидения. А потому организовали в 12 приемов дистанционное опознание малогабаритных объектов - пишущей машинки, ксерокса, бормашины и т.п. (всего 7). О том, что получилось, судите сами - приведены снимки двух из этих объектов и две зарисовки. Одна сделана опытным экстрасенсом, другая - новичком. Сходство образов и предметов - несомненно. Всего же мы провели 51 опыт и в конце концов пришли к выводу: сверхчувственный канал связи, по которому может передаваться информация, существует. К разряду артефактов и мифов он отнюдь не относится. Причем по пропускной способности (вычисленной ориентировочно) его следует оценить как практически полезный. Что касается расстояния до мишеней, то оно может быть любым. Например, несколько успешных сеансов состоялись по "улавливанию" объектов в Коста-Рике. Есть удачные опыты, в которых перцепи-ента и мишень разделяли тысячи километров. Никак не сказываются на результатах и конструктивные особенности экранов, применяемых для изоляции от электромагнитного поля. Испытуемые обычно воссоздавали образ неведомого им предмета по частям, как бы сканируя его. Ошибки нередко происходили при попытках интегрирования частей в более крупные комплексы и стремлении описать их устно. Непосредственное восприятие, повторюсь, адекватнее отображает мишень, нежели предпринятое перце-пиентом логико-аналитическое истолкование. Подлинная физическая природа канала, который обеспечивает связь испытуемого с удаленными событиями, пока не ясна. Однако в анализе проблемы, по-видимому, можно использовать ряд понятий теории информации, квантовой физики и нейрофизиологии. Само же явление не противоречит современной науке, его раскрытие не требует какой-либо особой методики - достаточно существующей. Не сочтите за отклонение от темы, но в заключение кратко скажу об опытах по предвидению. Они ставились аналогично и были, по сути, разновидностью предыдущих. Заниматься ими нас побудили заявления отдельных экстрасенсов - такие, которые фактически подтверждались лишь впоследствии. Экспериментатор утром - с 10.00 до 10.30 - бесцельно разъезжал на автомашине. Затем с помощью генератора случайных чисел выбирал номер конверта, в котором указывалось название объекта. Прибывал туда в 10.45 и оставался на месте до 11.00, а затем возвращался в институт и сдавал отработанную карточку. Между тем, в 10.10 экстрасенс начинал описывать и зарисовывать место, куда наш путешественник прибудет лишь через 35 мин. А завершал он это в 10.25, то есть за 5 мин. до, собственно, выбора объекта! Каждый из трех "судей" контрольной комиссии получил комплект описаний 4-х объектов. Независимо друг от друга, они сопоставили образы с мишенями и отметили, насколько верны предсказания. Причем вероятность случайных совпадений была мала - всего 0,042. Разумеется, здесь затронута весьма щекотливая тема, ибо такого рода результаты противоречат нашему пониманию причинности. Но верно ли оно? Волновые уравнения электромагнитного поля допускают решение не только типа запаздывания, но и упреждения. Второе обычно не принимают во внимание, как несостоятельное. Однако, замечает американский физик Дж.Страт-тон, опора на одни лишь "логические" принципы причинности довольно неустойчива в подобных делах. Скорее, надо ссылаться не на традиционные постулаты теории, а на имеющиеся сегодня физические данные, Oaoieea-Iiei?a?e ? 8, 1993