Есть определенная привлекательность в том, что некоторые из самых ярких звезд мира угасают в возрасте 27 лет. Так называемый "Клуб 27" уже полвека будоражит воображение публики. В его состав входят легендарные музыканты Джими Хендрикс, Дженис Джоплин, Джим Моррисон, Курт Кобейн и Эми Уайнхаус. Идея столь же соблазнительна, сколь и трагична: слияние таланта, славы и безвременной смерти в необычном возрасте.
Но есть ли в этом феномене хоть капля правды, или это просто история, которую мы рассказываем себе и друг другу о славе и молодости?
В нашем недавно опубликованном исследовании в журнале Proceedings of the National Academy of Sciences мы с моим коллегой Патриком Камински исследуем, почему "Клуб 27" продолжает существовать в культуре. Мы не ставили перед собой цель развенчать этот миф. В конце концов, нет никаких оснований считать, что 27 лет - это особенно опасный возраст, за исключением суеверий.
Скорее, мы хотели изучить "Клуб 27", чтобы понять, как такой миф набирает силу и влияет на восприятие реальности людьми.
Реален ли "Клуб 27"?
История клуба "27" восходит к началу 1970—х годов, после смерти Брайана Джонса, Джими Хендрикса, Дженис Джоплин и Джима Моррисона - всех в возрасте 27 лет, в течение двух лет.
Это странное совпадение оставило свой след в коллективной памяти. Дело было не только в их возрасте. Это была общая нить музыкального гения, контркультурного влияния и трагического очарования жизней, оборванных коктейлем из славы, употребления наркотиков и борьбы за то, чтобы оставаться людьми. Повествование не просто захватывающее, но почти мистическое в своей синхронности.
Проанализировав данные о 344 156 известных умерших людях, перечисленных в Википедии, мы обнаружили, что, хотя повышенного риска умереть в возрасте 27 лет нет, те, кто умирает в этом возрасте, получают значительно больше внимания общественности. Используя количество просмотров страниц в Википедии в качестве показателя известности, наше исследование показало, что наследие этих 27-летних людей становится более заметным, чем у тех, кто умер в аналогичном возрасте.
Такое повышение узнаваемости приводит к странному эффекту: люди чаще сталкиваются с теми, кто умер в 27 лет, чем в других молодых возрастах, даже если они не знают об этом мифе. Это, в свою очередь, создает впечатление, что риск смерти в 27 лет выше. Миф о "Клубе 27" - это самоисполняющееся пророчество: он стал "реальностью", потому что мы в него поверили.
Почему "Клуб 27" существует?
Мы считаем, что это явление можно понять с помощью трех взаимосвязанных концепций: зависимости от пути, стигматизации и меметического воплощения.
Зависимость от пути относится к тому, как случайные события могут создать прецедент, влияющий на будущие результаты. Первоначальная группа громких смертей в возрасте 27 лет была статистически маловероятной - по нашим оценкам, в одной из 100 000 временных линий было бы четыре таких громких смерти в возрасте 27 лет, — но это заложило основу для повествования, которое сохранилось и сформировало коллективную реальность.
Стигмерджи описывает, как следы события или действия, оставленные в окружающей среде, могут косвенно координировать будущие события или действия. В эпоху цифровых технологий такие платформы, как Википедия, служат хранилищами коллективной памяти. Наличие специальной страницы "Клуба 27" со ссылками на страницы его членов повышает узнаваемость информации о тех, кто умер в возрасте 27 лет. Это создает обратную связь: чем больше мы переходим по ссылке, тем более заметными становятся эти фигуры и тем больше укрепляется миф.
Наконец, то, что мы называем меметической овеществленностью, отражает то, как убеждения могут формировать реальность. Мы опираемся на социологическую концепцию, называемую теоремой Томаса, которая гласит, что если вы "определяете ситуацию как реальную, то и ее последствия реальны". Миф о "Клубе 27" оказывает ощутимое влияние на культурную память и известность. Придавая значимость возрасту 27 лет, общество возвышает наследие тех, кто умирает в этом возрасте, придавая мифу материальную значимость.
Почему мифы сохраняются?
Почему существуют такие мифы? По своей сути, мифы основаны не на достоверности фактов, а на рассказах, которые находят отклик у людей. Они основаны на тайне, трагедии и человеческой склонности находить закономерности даже в случайностях. История клуба "27" поэтична, она отражает мимолетность гениальности и хрупкость жизни. Это история, которую хочется рассказывать и пересказать, независимо от ее правдивости.
Это не единичное явление. Культурные стереотипы часто возникают в результате случайных событий, которые благодаря коллективной приверженности и рассказыванию историй укореняются в нашем понимании мира.
Рассмотрим эволюцию языка — почему мы называем собаку "дог"? В этом слове нет ничего собачьего. Философ Людвиг Витгенштейн заметил, что почти все символы условны. В некоторых странах ездят по левой стороне дороги, в то время как в других - по правой. В то время как на выбор в пользу левостороннего или правостороннего движения влияют соседние страны или производители автомобилей, в конечном итоге это решение было принято произвольно и привело к необходимости выбирать ту или иную сторону движения.
Эти правила возникли как случайные явления, которые со временем стали стандартизированными и значимыми благодаря социальному закреплению.
"Клуб 27" служит своего рода призмой, через которую вы можете оценить силу мифотворчества в формировании восприятия истории и реальности. Он показывает, как коллективные убеждения могут иметь реальные последствия, влияя на то, кто будет увековечен в культурной памяти. Это свидетельствует о сложном взаимодействии между случайными событиями, рассказыванием историй и механизмами, с помощью которых увековечиваются мифы.
Хотя может показаться, что мы развенчиваем миф о "Клубе 27", давайте не будем отказываться от истории. Мы верим в мифы, а не разрушаем их. Развенчивая миф, мы осознаем, насколько глубоко повествования влияют на наше коллективное сознание. Понимая процессы, лежащие в основе формирования мифов, мы можем лучше оценить богатство культуры и истории, которые люди предпочитают рассказывать.
