Высший разум и будни обывателя

Вадим РОСТОВ

Как сказал о себе поэт -- "Я -- солдат Вселенной в мировой войне Добра и Зла". Красиво, с вызовом. Эти понятия Добра и Зла приносят некое содержание нашей жизни и некую духовность. На них основана религия, разделяющая Добро, Свет, Рай и Зло, Тьму, Ад. К Добру надо стремиться, со Злом надо бороться. Вот и уфологи утверждают, что цивилизации якобы делятся на некие "уровни"по своей степени приверженности Добру или Злу. Уфологи строят на этом целую теорию. Ну а главным специалистом в вопросах Добра и Зла эти теоретики считают Высший Разум.

Понятия "Добро" и "Зло" сегодня употребляют все, кто что-то пишет или говорит о глобальных, общевселенских вещах. Это модно, понятно каждому. Но смысл этих понятий у всякого свой. Как ни странно, общепринятых определений для таких простых, как кажется, понятий "Добро" и "Зло" – до сих пор не существует. Не только потому, что эти понятия относительны и всецело зависят от того,кто именно дает оценку. Дело в том, что любой философ, начиная искать определение этим понятиям как чему-то объективно существующему, неизбежно приходит к выводу, что объективных "Добра" и "Зла" нет. Эти понятия не поставить в один ряд с характеристиками материи, отражающими ее качества, -- со скоростью, с протяженностью и т.д. "Добро" и "Зло" никакого качества не отражают, кроме отношения человека к окружающим (в конкретной ситуации и с точки зрения конкретного наблюдателя). А это -- не нечто постоянное, это -- дело вкуса (даже не пользы и не морали), а вкус не материален.

Крылатая фраза "Я -- солдат Вселенной в мировой войне Добра и Зла" должна на самом деле звучать так: "Я -- солдат Вселенной в мировой войне вкусов". А о вкусах, как говорят, не спорят. Тем более нелепо за них воевать.Но если поэту простительно использовать "Добро" и "Зло" в красивых стихах – поэтической яркости ради, то уфологические трактаты о Высшем Разуме и доброте инопланетян -- не стихи, и тут авторам надо ясно и конкретно сказать, что именно они имеют в виду, употребляя термины "Добро" и "Зло" как некие объективные качества Вселенной. Однако, и это неудивительно, НИКТО из таких авторов определения "Добру" и "Злу" дать не в состоянии. Точнее, все они думают, что в состоянии это сделать (или что это не нужно делать якобы потому, что "всем и так понятно"), но первая же попытка задуматься заставит их иначе отнестись к своим теориям.

Без понятий "Добра" и "Зла" религия лишится всей своей идеологии, а уфология потеряет романтическую веру в светлое инопланетное общество и жизнь во Вселенной, устроенную по "универсальным законам Добра и Зла, данным Высшим Разумом". При этом не надо думать, что без словоблудия этих инстанций пошатнется мораль: советский человек 70 лет жил атеистом, но это не мешало ему не нарушать библейские заповеди, хотя он о них не знал. Мораль -- моралью, и демагогические рассуждения религии и уфологии о Добре и Зле к ней отношения не имеют. Помните анекдот? Приходит в ЦК мужик. "Дайте мне ЭТО". "Что ЭТО?" "Ну вот ЭТО. И как один умрем в борьбе за ЭТО. Так где мое ЭТО?" Так и тут. Все говорят об ЭТОМ, но никто не понимает, о чем говорит. И Церковь, и далекая от философии уфология, и все остальные сограждане. А попроси теоретиков -- дайте мне ЭТО, дайте "Добро" и "Зло", о котором так много говорите, -- сделают непонимающее лицо.Однако, это присказка. Сказка впереди.

Практически все авторы, излагавшие свои взгляды на проблему Высшего Разума, начиная с древних пророков и кончая современными уфологами, связывают с Высшим Разумом надежды на его участие в судьбе человека. При этом всеми всегда считалось и считается как само собой разумеющееся, что Высший Разум обязательно разбирается в том, что есть Добро и что есть Зло. Причем не просто разбирается в этом вопросе, но знает куда лучше нас Добро и Зло и является главным судьей человеку и его поступкам.

Оставим в стороне вопрос, существует ли Высший Разум или нет, и каким он может быть, если существует. Эта тема обсуждалась в предыдущих номерах газеты. Надо, однако, уточнить один важный момент: под Высшим Разумом люди понимают именно такое Сверхсознание, такого Творца, который принимает участие в судьбе человека. В противном случае, будь Высший Разум заведомо равнодушен к людским судьбам, его значение для людей становится равным почти нулю. В самом деле: если этот Высший Разум и есть где-то, но он никак не замечает существование человеческой цивилизации, то для нас, в принципе, его существование или не существование в этом случае никакой роли не играет.Кому нужен бог, который глух к людским молитвам и человеческим судьбам? Так же не нужен ученым и Высший Разум, возможно и существующий где-то, но не способный на контакт с нашей цивилизацией или не желающий его. Поэтому термин "Высший" в понимании каждого человека означает не то, что Высший Разум просто более развит и опытен, чем мы, а то, что он является Судьей Мира и человеческих судеб. Заглядывает в каждую, как говорят, душу и оценивает ее.

Берусь показать, что такое наше понимание Высшего Разума неправильное.Как считают ученые, эволюция разумных существ обязательно должна идти в направлении создания некоего сверхсознания, сверхразума, объединившего, подобно интернету, миллиарды сознаний в единое целое. Это неизбежный процесс. Быть сверхразумом невозможно, оставаясь некоей личностью,индивидуумом. Хотя бы по той причине, что индивидуум является членом общества и потому заведомо не попадает под определение "Высший Разум". Если в обществе миллиарды личностей, то тогда речь должна идти о миллиардах Высших Разумов. А мы же полагаем, что Высший Разум один.Один-единственный на все мироздание.

Следовательно, коль Высший Разум (или Бог, если угодно) одинок, то он не является членом никакого сообщества себе подобных. Он уникален, он -- единственный.Если это так, а иначе и быть не может, то получается, что он не может быть личностью, ибо личность -- понятие конкретно социальное. Личность -- базисный элемент общества. Мы все являемся личностями, индивидуумами, ибо все являемся членами общества. Без общества нет личности. А Высший Разум, очевидно, самодостаточен и в обществе не нуждается.

Так вот если Высший Разум -- существо уникальное, единственное, живущее вне понятий общества,то как он может разбираться в том, что есть Добро и что есть Зло?Добро и Зло уществуют ТОЛЬКО в обществе, и эти понятия касаются отношений людей между собой.Если Высший Разум существует в единственном лице, то он ни с кем себе равным равных отношений не имеет, а потому и не может оперировать понятиями Добра и Зла. Он, Робинзон на необитаемом острове, может руководствоваться только понятиями полезности и бесполезности. А Добро, Зло,угрызения совести -- это ему непонятно. С ним ни по-злому, ни по-доброму никто не поступал --некому. И он никому ни зла, ни добра не делал.

Одинокий Робинзон мог, конечно, из сострадания вернуть птенца в гнездо, но тут же он убивал козу, мать своих детей, с намерением насытиться -- и не испытывал угрызений совести. Коза --мелочь. Каждый шаг Робинзона был смертельным для травы, которую он топтал, и козявок,подвернувшихся под пятку. Тут он, убийца, не испытывал угрызений совести, не чувствовал, что совершил Зло, и не сопереживал чужой боли. Собственно, чтобы не быть причиной для страданий других существ, вообще не надо было рождаться.

Это касается и Высшего Разума. Если он не занят бездельем и самосозерцанием, а что-то активно преобразует в мире, то неминуемо что-то при этом и разрушает, причиняя смерть и боль. Без ломки старого не сделать нового. Даже одного шага вперед. А что касается сочувствия Робинзона потерянному птенцу, то это продиктовано человеческим свойством сопереживать -- это бязательное свойство именно социального существа, а не существа уникального, как Высший Разум.

Если бы мы стали свидетелем того, как волчица хватает зубами ягненка, то обязательно, если смогли бы, вступились за невинную душу ягненка. Мы тут четко понимаем: волчица -- зло, а спасти ягненка -- добро. Однако у волчицы куча детей, и она несет добычу им. Но если она не будет кормить детей, то они умрут с голоду. Зло это или добро? Мы спасаем ягненка, но убиваем этим милых волчат. Тот же ягненок объедает траву, убивает ее, тоже живую. Он не камни ест и не землю, он ест живое. Такой же изверг.

Птенец, которого Робинзон спасает от гибели и возвращает в гнездо, думая, что делает доброе дело, потом вырастет в птицу и сожрет огромное количество других живых существ: стрекоз,бабочек, червячков. А они тоже желают жить, и у них тоже есть свои дети.

В скобках скажем -- забавна, кстати, идеология вегетарианцев: мясо не едят, а рыбу едят. А что,рыба разве похожа на морковь? Нет. Но страдания умирающей рыбы не производят угнетающего впечатления на вегетарианцев: мучается она перед смертью как-то иначе, не трогают ее мучения.Эти вегетарианцы, конечно, не считают, что у рыб тоже могут быть свои дети, не говоря уж о насекомых: это, мол, такие безмозглые существа, что они даже не осознают, что у них что-то родилось. Откуда такая уверенность? Да все просто: если не есть не только мясо, но и рыбу, то недолго и в ящик сыграть.

Вернемся к спасенному птенцу. На самом деле поступок всякого нормального человека, спасающего птенца, вызван не тем, что мы обтекаемо называем состраданием или сопереживанием, а вызван тем,что мы как бы ставим себя на его место и, зная о своей неминуемой смерти, по инерции сознания боремся со смертью везде, где ее видим. В сопереживании -- наш инстинктивный страх перед собственной болью и собственной смертью.

Но вот какая вещь получается: Высший Разум по определению бессмертен и бестелесен. Он вечен. Не испытывая страх перед смертью и болью, как он может сопереживать? Инстинктов у него нет. Картина чужой смерти не может вызвать у бессмертного эмоций. Естественно, не может быть и ощущения сделанного Добра -- от иллюзии, что сделал нечто "доброе", а на самом деле от ощущения утоления беспокойства, вызванного сопереживанием с чужой болью. Это, повторю, инстинкт, а не разумное поведение. Ибо разумное поведение руководствуется пользой, а так называемое "Добро" совершается,исходя из чувств и часто во вред спасаемому и во вред самому благодетелю (как говорят, совершать добрые поступки -- занятие неблагодарное). Таким же инстинктом является и чистое Зло – получать удовольствие от страдания других: это тоже на уровне эмоций, биологии, и присуще тем, кто некогда в силу своей впечатлительности получил от сцен насилия такой шок, что психика не выдержала. Сломанный инстинкт Добра перерос в инстинкт Зла -- то есть, злодей стал получать удовлетворение не от избавления окружающих от страданий, а от переживания окружающими страданий.

Так вот Высший Разум, думается, не руководствуется ИНСТИНКТАМИ, инстинктом добрых поступков,который присущ живым смертным, в том числе и животным, а не только человеку, или искаженной формой этого инстинкта -- тягой к злым поступкам, появившейся от психического шока. Он может руководствоваться ПОЛЕЗНОСТЬЮ, но спасать кого-то тонущего, зная в силу своего всезнания, что это тонет некто бесполезный или вредный, Высший Разум не станет. Как не станет и глумиться над тонущим, пусть тот даже злодей -- злодей-то не сам таким родился, а это беда его и его болезнь, ненормальность, уродство. Он бы спас тонущего, если бы тонущий был полезен. Но чем любой тонущий человек может быть полезен Высшему Разуму? Трудный вопрос. Может, проще сделать нового, чем спасти этого. Так вот согласитесь: "Добро" и полезность -- вещи совершенно разные.

Замечу, для Высшего Разума и само время течет совсем иначе. Я по себе помню, как пошел в школу ?19 в городе Чита в 1971 году, и надпись классной учительницы в тетради "20 сентября" для меня была так отдалена от 1 сентября, словно прошло -- как я позже в 6-7 классе понимал – несколько месяцев или даже год по меркам старшеклассника. Уйма времени. Я четко помню это ощущение 20 сентября 1971 года, когда я смотрел на эту надпись. Чем я старше становился, тем быстрее летело время. Сегодня для меня год -- что месяц в 16 лет. Чем дальше, тем эта свистопляска все быстрее.Лето, зима, лето, зима -- уже без разницы, незаметно. К 70-ти годам это все настолько быстротечно, что все сливается в одну общую пору года. Почему? А потому, что каждый наш опыт за прожитый сезон не воспринимается сам по себе, а только приплюсовывается к существующему, уточняет его. А раз мы уже многого навидались и этот опыт мало принципиально нового несет, то и психологически не воспринимается как существенный вклад для нашего сознания. Это новое мы можем принимать или не принимать, не считая новым или нужным. Если не принимаем, то оно проходит мимо,и так же мимо пролетает и время, потраченное на восприятие этого нового. Так вот если у нас,живущих так еще мало по сравнению с миллиардами лет Высшего Разума, время имеет тенденцию ускоряться в невероятном темпе, то что же воспринимает Высший Разум? Вся наша история для него -- мельтешение. Бзик, бзик -- туда, сюда. Все промелькнуло. Для него миллион лет -- что наша неделя. Мы -- мгновение. Как тут можно понимать друг друга?

Мы видим, что никаких переживаний относительно процесса Жизни на планете у Высшего Разума быть не может. Кто-то кого-то ест -- великолепно, значит, Жизнь идет, бурлит, не умирает. Какая тут совесть? При чем здесь? Радоваться надо. На то и Жизнь, чтобы жрать друг друга; так и была задумана. Тонет кто-то? Нормально. Освобождает нишу молодым особям. Молодой тонет? Слаб.Ошибкой является думать, что человеческое общество тут чем-то разительно отличается от Жизни на планете. Главная цель людей -- выжить и вырастить потомство. Ясно, что и тут идет такая же борьба за выживание, как и в остальной живой природе. Если кто-то кого-то убивает за кусок хлеба -- это может вызвать справедливый гнев общества, заботящегося о своей безопасности и способного в силу природных инстинктов сопереживать смерть -- что абсолютно безразлично бессмертному Высшему Разуму.

Мы считаем такое убийство Злом, хотя всюду общеприняты подобные массовые убийства ради того же куска хлеба, Злом никем не считаемые, -- хотя бы войны. Видя на всем протяжении истории все это сверху, видя миллионы убитых, чего вступаться за кого-то персонально? Это нормальная Жизнь, по законам Природы, ибо человек -- существо дикое и хищное, самое плотоядное на планете.Нашему цинизму нет предела. Чаду своему рассказываем сказку о том, какой гад этот волк, сожравший козлят, и как его за это убили самого, -- и тут же после сказки кормим чадо мясом такого же убитого детеныша козы. Так а сказка тогда о чем? Волку нельзя, а нам можно жрать семерых козлят?

Так о каком Добре и Зле говорят теоретики? Нет никаких Добра и Зла -- это демагогия. Есть только мода на мораль в данную эпоху в данном обществе и инстинктивный страх перед болью и смертью.А Высший Разум, если он есть, руководствуется только понятиями полезности и бесполезности.Англичане уничтожили индейцев, немцы -- евреев. Высший Разум молчит. Для одних Добро, для других Зло. И те, и другие думали о пище и своих детях. Это Природа, и тут вступаться Высшему Разуму нет смысла: так всегда было в истории человечества, побеждает сильнейший, в этом -- эволюция, и в этом закон Природы.

А Природе полезны как раз самые приспособленные популяции, абы что не выживает. А если бы это "абы что" выживало, то и человек никогда бы не появился -- история Природы остановилась бы на примитивных формах. Если вообще могла бы начаться в этом случае.Все это достаточно понятно. Но возникает такой вопрос: если Высшему Разуму чужды наши выдуманные понятия Добра и Зла, то в чем его для нас польза? О чем ему молиться? К какому Суду готовиться?

Со мной будут спорить, но возьму на себя смелость заявить, что человек настолько ничтожен, что не только не достоин Суда своих никчемных поступков, никому совершенно неинтересных, но не достоин и вообще крупицы внимания Высшего Разума. Это каждый о себе думает, что он -- Что-то в этом мире. Однако если это "что-то" неинтересно даже соседям и родным, то почему оно должно быть интересно кому-то свыше? Это не самоуверенность, это наглость. Заставлять кого-то копаться в своем грязном белье. Это противно и неинтересно никому здесь, но кому это может быть интересно там, где все это безобразие видали миллиарды раз?

Ну а молиться можно о чем угодно. И кому угодно. Хоть ООН. Авось услышат -- и станут всей Организацией Объединенных Наций обсуждать, как вылечить у мужа алкоголизм, а сына заставить перестать быть балбесом.Но если даже ООН не отвечает, то какие основания думать, что вашим делом заинтересуется Высший Разум? Поставьте себя на его место.

Никому почему-то в голову не приходит простая мысль: если даже у ООН есть свои дела поважнее того, чтобы давать оценку поступкам отдельно взятого человека, то почему таких дел нет у Высшего Разума? Ему что, делать больше нечего? Удивительное самолюбие людей. Это к вопросу о Высшем Суде. Собственно, зачем вообще этот Суд? Кому он нужен? Если задуматься -- никому, ни подсудимому, ни судье, это бессмыслица. Чадский на нем непременно спросил бы: "А судьи кто?". И правильно спросил бы. Наконец, нет ничего глупее -- суд над мертвым. Какая вам разница, что скажут судьи, -- вы-то уже мертвы. Ну, решится вопрос, в ад вас или в рай, в тот концлагерь или в этот. Все равно без разницы -- вы-то уже померли. Фатально. В футбол не сыграете и коньяка не выпьете. Друзей и родных не увидите. Все. Это -- как мертвому припарки, не утешит, и мысли не о том. Ну, скажем, в рай распределят. А вдруг вам там не понравится? И что делать?

Судья по определению не может быть добрым, он должен быть объективным -- следовать букве закона. Таким образом, от Высшего Разума нельзя ждать доброты -- если он Судья. То есть, и по этой причине Высший Разум чужд понятиям "Добро" и "Зло". С другой стороны, хоть незнание закона и не освобождает от наказания, но все-таки хотелось бы увидеть, как Высший Разум показывает нам,еще живым, кодекс, за нарушения которого потом строго судит? Библия таким кодексом не является,то собрание противоречивых летописей кочевых дикарских племен Ближнего Востока, где в разных главах подается как нормальное явление и содомия, и скотоложство, и кровосмешение. Заповеди Моисея слишком общи и примитивно банальны для того, чтобы являться законом, они не что-то устанавливают собой, а только перечисляют нормы поведения, и без Моисея существующие сами по себе для любого нормального общества. Заповеди Моисея -- это как заповедь умирающего еврея из анекдота, открывшего своей родне, что "пить из чашки надо, когда ее дно внизу, а не вверху, а то выливается".

Когда-то, в эпоху Моисея, эти заповеди были важны диким народам, были для них,увлекавшихся скотоложством, содомией и кровосмешением, открытием, но сегодня современный человек в них не нуждается. Других "документов" Высшего Разума мы не знаем. Собственно, нет такого кодекса на Земле. Никто из людей не знает, на каком законодательстве осуществляется Высший Суд.

Уфологи употребляют выражение "цивилизации, служащие другим" в противовес цивилизациям,служащим себе". Это тема для отдельного разговора. Как говорят уфологи, только "цивилизации,служащие другим" приятны Богу и находятся потому на некоем более высшем уровне. Все это – такой же миф, словоблудие. Попытка привязать понятия "Добро" и "Зло" с расплывчатым определением "служения себе или другим" -- хоть и кажется кому-то содержательной на первый взгляд, на самом деле не имеет содержания. Что значит "служение"? Это слово пугает. Если, предположим, Гитлер действительно служил для интересов только своей нации (цивилизации) -- и тут все просто, то товарищ Сталин свой народ загубил ради интересов Мировой революции -- это ли не пламенный пример "служения другим"? Не ради корысти, не ради алчной прибыли, а ради светлых идеалов построения нового общества Сталин, завоюй Землю, обернул бы свой взгляд на инопланетян, продолжая и туда, в галактические дали, пролетарскую революцию. Я сам об этом читал массу советской фантастики, как наши космонавты устраивали революции на Марсе и на всяких тау-Кита.

Упаси Господь Вселенную от такой "цивилизации, служащей другим", и от такого Высшего Разума,стань им через миллион лет сталинская цивилизация. Но в наши дела никто не лезет, из галактической дали не прилетают на Землю пол поты и клары цеткин. И это великолепно. С нами не поступают так, как мы в советской фантастике поступали с другими отсталыми цивилизациями, неся им "правду марксизма". Как Пушкин писал, а он знал, о чем пишет, "нет правды на Земле, но нет ее и выше".В этом, может, не беда, а наше счастье.

Конечно, если есть что-то ВЫШЕ, а оно должно быть, то и какая-то правда там своя, вероятно,есть. Но эта правда, как говорится, "не из той оперы". Ее никто на Земле не знает и узнать не сможет никогда в силу нашего положения: умом не доросли. Это нечто другое, не для нас и нашему пониманию не подвластное. Не подвластное и пониманию наших все обо всем всегда и навсегда знающих теологов и уфологов -- таких же, как мы, обывателей, но только более склонных к мечтаниям и фантазированию. Никто не может запретить им заниматься выдумками, но никто и не обязывает нас, господа, верить в их наивные фантазии.

г.Минск,Аналитическая газета "Секретные исследования"