11.09.2019. - Священники превратили тропический остров в царство разврата

Священники превратили тропический остров в царство разврата

Сообщество педофилов — к сожалению, все чаще в последние годы такую формулировку можно применить к представителям католической церкви. Святой престол был вынужден заплатить миллиарды долларов компенсации, множество католических приходов закрылись. Истории о домогательствах и педофилии потрясли Ирландию, Чили, Австралию, Францию, Польшу и в особенности США. С 2018 года епархии ряда американских штатов публикуют списки священнослужителей, которых обвиняли в сексуальном насилии над детьми. Речь идет о тысячах преступлений, срок давности по которым давно прошел, а многие ответчики и вовсе мертвы.

Не стали исключением и заморские территории США, в том числе Гуам — остров в Микронезии в западной части Тихого океана, расположенный гораздо ближе к Японии и Филиппинам. Там существовало целое сообщество педофилов. Однако списков пострадавших церковь составить не может — ни одной записи о прихожанах прежнее руководство не оставило. Истории жертв, решившихся поведать миру о произошедшем, и деяния заправлявших на острове отцов.

Католицизм с момента прихода первых христианских миссионеров на Гуам пустил крепкие корни в культуре коренного населения — чаморро. Детей с малолетства учат видеть в пасторах божьих посланников. Множество улиц здесь названы в честь священников и архиепископов, в том числе именами тех, кого теперь обвиняют в сексуальном насилии. На острове четверо из пяти жителей — католики, и многие годы фактическая власть на острове была в руках церкви.

Даже после того, как вопиющие случаи насилия начали вскрываться на континенте, происходившее на острове еще долгое время оставалось под завесой тайны. Покрывал педофилов архиепископ Аганьи (архиепархия с центром в городе Хагатна на Гуаме) Энтони Апурон. Главой местной церкви он стал в 1985-м после смерти предшественника, а в священники его рукоположили в 1972 году.

Как рассказывает Уолтер Дентон, он мечтал стать священником и быть похожим на отца Апурона, а потому почувствовал себя особенным, когда тот пригласил его провести ночь перед мессой в своем доме. После ужина тогда 13-летний Дентон почувствовал сильную сонливость. А когда очнулся, то не мог двигаться и лежал на кровати вниз лицом с расставленными в стороны ногами. Его изнасиловали, несмотря на мольбы и просьбы не делать этого.

Апурон затем просто отослал мальчика со словами: «Расскажешь что-то кому-либо, тебе никто не поверит». Так и получилось: мать обвинила его в выдумках, а другой священник в ответ на жалобы ничего не сделал. Впоследствии выяснится, что он тоже был педофилом. Когда Дентон через 10 лет рассказал о произошедшем уже в церкви в Мэриленде, ему просто посоветовали молиться.

«Я знал, насколько могущественным он был. Он считал себя неприкасаемым, что у него больше власти, чем у губернатора, — рассказывает Дентон. — Я знал, что я не был единственным».

«Это изменило всю мою жизнь. Он забрал у меня все. (...) Мне больно до сих пор. Это то, что я никогда не смогу забыть», — говорит Дентон.

Когда мужчина вырос, у него выдался шанс посмотреть в лицо своему насильнику — это произошло на вечеринке в штате Вашингтон, куда оказался приглашен и Апурон. По словам Дентона, при виде него архиепископ изменился в лице, будто бы увидел привидение. Затем он начал извиняться, однако раскаяния в его словах мужчина не заметил.

В 2015-м Дентон смог добиться своего: его жалобу приняло «начальство» Апурона — апостольский нунций, отвечавший за Тихоокеанский регион. Затем заверенное нотариусом письмо дошло и до Ватикана, началось расследование. В 2016 году — почти через 40 лет после изнасилования Дентона — Апурона отстранили. Со временем открыто говорить о пережитом начали и другие, кто пострадал от архиепископа.

Среди жертв Апурона — его родной племянник. Марк с самого детства знал, что дядя занимает важный пост, да и в семье его сан был поводом для гордости. Поэтому когда в 15 лет его родители переехали жить на Гуам, юноша решил проводить с родственником больше времени.

Однажды в 1989 году в резиденции архиепископа была вечеринка, и подросток помогал смешивать коктейли для гостей. В какой-то момент он взял стаканчик себе и пошел в ванную, чтобы еще и покурить. Он сидел там и нюхал одеколоны дяди, когда тот внезапно вошел в помещение и вспыхнул от гнева. Затем Апурон толкнул племянника к столу и стянул с него штаны: Марк ожидал, что его отшлепают, однако почувствовал нечто совершенно иное. Он смог оттолкнуть дядю и сбежать.

По его словам, он не смог рассказать родным о произошедшем, а также думал, что был единственной жертвой.

Сейчас, благодаря рассказам пострадавших и судебным документам, картина происходящего складывается более ясно. Уже известно о систематических злоупотреблениях Апурона на протяжении 60 лет: с 1950-х вплоть до 2013 года.

При этом архиепископ многие годы использовал свою власть и противостоял гуамским законодателям, которые пытались дать жертвам право судиться с церковью. Ограничения сняли лишь после отстранения Апурона. С тех пор подано уже более 220 исков о жестоком обращении и насилии против 35 священнослужителей, а также учителей и лидеров юношеского движения скаутов, связанных с католической церковью. Епархия Гуама в этой связи даже подала заявление о защите от банкротства: возможный ущерб уже оценивается в 45 миллионов долларов.

Апурона обвинили в сексуальных нападениях семь человек. Сам он ни одно обвинение в свой адрес не признает и настаивает, что подавшие заявления — лжецы. Несмотря на это, в 2018-м во время секретного церковного процесса в Ватикане мужчину признали виновным в развращении несовершеннолетних, отстранили от служения и фактически изгнали из Гуама. В то же время он все еще числится епископом и получает ежемесячную выплату от церкви. Где именно он сейчас находится, точно неизвестно.

Случаи сексуального насилия на Гуаме, конечно же, начались не с Апурона и не на нем закончилось: в педофилии обвиняют сразу несколько поколений священников. Причем и до Апурона все жалобы игнорировались.

Обвинения выдвигают против отца Луи Бруйяра. Уроженец Миннесоты прибыл на Гуам в 1948 году после изгнания из католической семинарии за попытки приставания к мальчикам. У него постоянно при себе был фотоаппарат, а местные прозвали его «Луи Леклок» — слово из языка чаморро, обозначающее мастурбацию. Он, похоже, чаще других ступал на грешный путь — в преступлениях сексуального характера его обвинили по меньшей мере 132 человека, как мужчины, так и женщины.

По рассказу Лео Туделы, которому сейчас 76 лет, Бруйяр жил в своем доме в католической церкви Санта-Тересита вместе примерно с пятью мальчиками. При этом он их постоянно домогался и насиловал. 13-летний Тудела оказался в числе его жертв. Кроме того, священник любил фотографировать обнаженных мальчиков, плававших в пруду среди джунглей во время бойскаутских вылазок.

Бруйяра отослали обратно в Миннесоту в 1981 году после жалобы в полицию. Через четыре года его окончательно отстранили от служения, хотя он оставался на попечении церкви. После начала расследования в 2016 году он признался в насилии над 20 детьми и попросил у них прощения. По его словам, он верил, что мальчикам нравятся его действия, а также неоднократно каялся в своих грехах вышестоящим священникам: те советовали ему молиться. Бруйяр умер в октябре 2018 года: ему было 97 лет, он все еще был в сане.

Обвиняют в сексуальном насилии и отца Антонио С. Круза — ближайшего соратника Бруйяра, а также покровителя молодого Апурона. В его отношении иски подали 15 мужчин, среди них — братья Рамон и Томас де Плата.

Рамон рассказал, что однажды он в поисках туалета зашел в комнату священника и увидел, как Круз и Апурон развлекаются с мальчиком из его семинарии. Ему предложили присоединиться, однако юноша отказался и ушел в шоке. Томас же поведал, что Бруйяр любил фотографировать Круза, пока тот издевался над воспитанниками. Он также рассказал, что однажды сжег все фотографии, которые нашел в столе священника, после чего уже не вернулся в церковь.

Под защитой Апурона действовали и святые отцы более низкого ранга. Одним из них был Рэймонд Сепеда, приходской священник католической церкви и школы Санта-Барбары. На него один из пострадавших жаловался старшему пастору, однако и тот оказался среди обвиняемых в педофилии. Жертва затем обратилась за советом еще «выше» — к самому Апурону, который посоветовал молиться, а также к его заместителю, отцу Адриану Кристобалу, который просто все проигнорировал. Последний, как можно догадаться, тоже был замешан в преступлениях, причем вплоть до 2013 года, а жертв подкупал деньгами из пожертвований. Сейчас же Кристобал, как и его бывший начальник, исчез из поля зрения.

Сепеда же, несмотря на жалобы, еще долгое время оставался в сане, а после его снятия ему все равно разрешали преподавать детям. Обеспокоенность по поводу поведения мужчины выражал бывший вице-спикер сената Гуама Б.Дж. Круз. Сам он в детстве стал жертвой насилия со стороны священника, а потом заметил странное отношение святого отца (ныне умершего) к своему крестнику.

Именно Круз в 2010 году стал инициатором законопроекта, по которому отменялся срок давности подачи заявлений о сексуальном насилии над детьми. Однако Апурон ему активно противостоял, лично уговаривая депутатов не давать документу ход. Проект в итоге все равно приняли, однако с поправками: истцов обязали пройти оценку психического здоровья, а если они проигрывали дело, то оплачивали все издержки церкви. Их адвокаты при этом рисковали потерять лицензию.

Несколько лет жертвы не решались выступить против духовенства, пока первым не заговорил один из бывших алтарников. Затем заявления подали в том числе Уолтер Дейтон и Лео Тодела, началось и расследование в Ватикане. Все это помогло принять новый закон, отменивший обременительные условия для жертв.

Впрочем, для большинства из обвиняемых земной расплаты уже не будет: они вместе с другими покоятся в тихом уголке католического кладбища, да и срок давности преступлений давно истек.

Один из еще живущих — отец Дэвид Кеннет Андерсон. В 1982 году он предложил 11-летнему Робби Пересу провести ночь в его доме при церкви. Для мальчика затем последовали пять лет насилия, о котором он никому не рассказывал. Под конец этого срока он влюбился в священника и признался ему, однако Андерсон тут же разорвал отношения: ведь Бога он должен ставить на первое место.

Перес был убит горем, ему потребовались годы терапии, чтобы перестать винить себя. «Это часть бытия истового католика — защищать церковь. Это как быть членом мафии. Ты знаешь о всяких неприятных вещах, но не выступаешь против семьи», — пояснил Перес, ныне 48-летний учитель начальной школы в Луизиане.

Андерсон же, уже уехавший с Гуама, при встрече с журналистом отметил, что нынешнему его окружению, среди которого тоже есть дети, не нужно знать о выдвинутых обвинениях. «Я был молодым, этот человек был молодым. Это все было давным-давно», — сказал 72-летний мужчина.

По сей день ни один из представителей католического духовенства на Гуаме не был привлечен к ответственности за сексуальные преступления. Местной епархии еще только предстоит повторить путь других американских священников и опубликовать списки достоверно обвиненных в подобных преступлениях.

Помочь могли бы засекреченные для общественности записи: по церковным законам епископы и архиепископы должны вести учет обвинений в сексуальном насилии. Однако Энтони Апурон своему преемнику, архиепископу Майклу Джуду Бирнсу, почему-то ничего не оставил. Пока единственное объяснение этому такое: Бирнс слышал, что перед отъездом Апурона за канцелярией пылал большой костер.

«Это ужасно. Грехи отцов оставлены детям. Церкви Гуама важно посмотреть в лицо выявленному злу и признать его», — считает новый глава. А пока ведутся расследования и ожидаются официальные выводы, священникам на острове просто-напросто запрещено находиться наедине с детьми.

57-летний Роланд Сондиа, пострадавший от Энтони Апурона в 15 лет, долгое время скрывал случившееся. «Я до сих пор спрашиваю себя: почему я? — говорит он. — Я все продолжаю думать: что я мог такого сделать, что он взялся за меня?»

«В те дни католические священники и братья были как Бог. Вы не подвергали сомнению их действия», — вспоминает Лео Тудела. Даже сейчас, спустя 60 лет после пережитого, воспоминания мучают его. Он до сих пор не понимает, как взрослые мужчины могли вытворять такое с детьми. И в искупление для насильника он не верит: «Мы все люди, поэтому нам даруется прощение, но этот человек, я не думаю, что Бог простит его».

Источник