Шаман обьявился одновременно в семи местах

Случаи непроизвольного (или намеренного) появления такихдвойников известны давно. Римский историк Тацит рассказывает, что император Веспасиан (9-79 гг. н.э.), будучи в Египте, решил вопросить божество о будущем империи. Приказав удалить всех и один войдя в храм, он с удивлением заметил позади себя неведомо как появившегося человека. С недоумением он узнал в нем одного из египетских сановников по имени Базилид, лежащего больным на расстоянии нескольких дней пути отАлександрии! Он справился у жрецов, не был ли Базилид сегодня в храме, у прохожих - не видел ли кто его в городе, наконец, послав всадников, удостоверился, что Базилид был в это время за 80 миль.

Такая легендарная фигура как Калиостро тоже, очевидно, была способна по собственному желанию создавать своего двойника и даже отправлять его с какими-то поручениями. Правда, именно этой своей способности граф не афишировал, скорее, скрывал. Догадаться о ней можно лишь по некоторым

из бумаг, оставшихся после его смерти. Среди них, в частности, было обнаружено письмо лионских масонов, которые благодарят его за то, что он, Калиостро, посетил их в Лионе. Однако, если судить по дате, когда его там видели, то в действительности Калиостро в то время находился весьма далеко - в Лондоне.

Другой не менее легендарной и странной личностью был живший в то же время некий Пинетти. Под этим именем его знали при дворах прусских королей, шведского короля, короля Франции ЛюдовикаХУ1. Для современников это был иллюзионист, человек, который вызывал изумление всех. Правда, многое из того, что делал Пинетти, и сегодня не может быть объяснено просто ловкостью рук. Но личина фокусника, конечно, служила ему единственной защитой от подозрений в чернокнижии и обвинений в чародействе.

В 1800 году, когда Пинетти прибыл в Петербург, император Павел был уже наслышан о немиоего чудесах от придворных, присутствовавших на встречах с ним при дворах в Париже, Стокгольме или в Берлине.

Пинетти был приглашен во дворец к семи часам вечера. Однако в Овальном

зале, где собрались Павел и те, кого счел нужным пригласить император, часы медленно пробили семь раз, а Пинетти не появился. Не было его и через минуту, и через десять минут, и даже через полчаса. Такого не мог позволить себе при дворе никто. Пинетти имел наглость явиться ровно час спустя после назначенного срока. Когда же собравшиеся высказали ему крайнее свое неудовольствие, он, удивленно вскинув руки, предложил всем посмотреть на часы. На всех часах стрелки стояли на семи, в том числе и на тех больших, которые час назад - это помнили все - пробили семь раз!

Однако ровно через минуту, когда Пинетти завершил свои извинения, часы снова показывали то время, которое было в действительности - восемь часов.

Другие вещи, которые демонстрировал он, привели зрителей в не меньшее изумление. Пинетти было предложено явиться за гонораром на следующий день, в полдень, лично к императору в его кабинет. Сложность такого визита заключалась в том, что император приказал охране

ще никого не впускать во дворец.

На другой день, не полагаясь на стражу, император приказал запереть все ворота и все входы во дворец и положить ключи ему на стол. Это было проделано. Без пяти минут двенадцать начальник департамента полиции сообщил Павлу депешей о том, что Пинетти из своего дома не выходил.

Император едва успел прочестьдепешу, как Пинетти уже входил в его кабинет!

- Вы опасный человек, - с неудовольствием заметил Павел.

- Только, чтобы развлечь Ваше Величество.

- Не собираетесь ли вы покинуть Санкт-Петербург?

Пинетти достаточно приходилось бывать при дворах, чтобы понимать высоких собеседников с полуслова.

- Да. Если только Ваше Величество не пожелает продлить мои выступления.

-Нет.

- В таком случае я уеду через неделю. Накануне отъезда Пинетти

просил уведомить императора, что покинет столицу России завтра в полдень через все пятнадцать городских застав одновременно! Несуразность этого заявления вызвала еще большее неудовольствие властей. Заявление мага тут же стало известно жителям, и на другой день в полдень у каждой из застав стояла толпа любопытных.

Когда пушечный выстрел с крепости обозначил, что наступил полдень, на каждой из пятнадцати выездных застав полицейские чины и собравшиеся видели Пинетти и карету, которая увозила его. Более того, в докладе, представленном императору департаментом полиции, сообщалось, что отъезд Пинетти и его паспорт были зарегистрированы на всех пятнадцати заставах города!

О людях, способных создавать собственных двойников, рассказывают и некоторые этнографы и путешественники. Как одно из недавних таких свидетельств, приведу запись французского

тешественника П. Д. Гэсо, посетившего вместе с четырьмя своими спутниками Гвинею некоторое время назад. Во время пути они остановились у местного колдуна Вуане и расположились спать в его хижине. "Напротив меня, - пишет Гэсо, - спит колдун. Вдруг слышится скрип открываемой двери. На пороге стоит... Вуане в коротких штанах, с непокрытой головой. Но ведь он здесь, у моих ног, на своей

циновке! Он лежит на боку, повернувшись ко мне спиной. Я вижу его бритый затылок. Между нами на земле стоит лампа, горящая тускло, как ночник. Я не смею пошевелиться и, затаив дыхание, смотрю на Вуане. Он какое-то мгновение колеблется, наклоняется, проходя под гамаками, и медленно укладывается... в самого себя! Вся эта сцена разыгрывается за несколько секунд. Утром, когда мы с Вуане остались наедине, я спрашиваю его:

-Тыне выходил сегодня ночью?

- Выходил, - отвечает он спокойно. И еле заметная ироничная улыбка появляется на его губах".

Практика создания двойников издавна известна была и сибирским шаманам. Об этом говорит хотя бы эпизод, связанный с якутским шаманом Кычаканом. Дело было до революции. Современники рассказывали, что, когда власти попытались его арестовать по какому-то поводу, он объявился одновременно в семи местах! И никто не мог сказать, какой Кычакан настоящий, а какой лишь его фантом, двойник.

Об умении тибетских лам вызывать к жизни собственных двойников упоминает в своих записях известная исследовательница и

ственница Александра ДэвидНил.

Однажды, находясь в Тибете, она вместе со своим поваром-тибетцем подходила к палатке, и они оба увидели знакомого ламу-отшельника, который сидел у входа на складном стуле, видимо, поджидая ее.

"Это не удивило нас, - пишет она,- потому что ламачасто приходил поговорить со

мной. Повар сказал только:

- Римпош пришел. Я пойду и быстро приготовлю ему чай.

- Хорошо, - ответила я, - приготовь чай и принеси его нам.

Он отправился делать это, а я направилась к ламе, все время глядя на него, в то время как он продолжал сидеть неподвижно. Когда мне оставалось несколько шагов до палатки, передо мной возникла как бы туманная дымка, подобная занавесу, который медленно отодвигался в сторону. И внезапно лама исчез!

Немного погодя пришел повар, неся чай. Он удивился, видя, что я одна. Чтобы не пугать его, я сказала:

- Римпош приходил только, чтобы сказать мне кое-что. Он не смог остаться на чай.

Потом я рассказала самому ламе об этом видении, но он только посмеялся и не ответил на мой вопрос. Тем не менее он повторил это еще раз. Мы разговаривали с ним на дороге, когда он внезапно исчез. При этом поблизости не было ни дома, ни палатки, вообще никакого укрытия".

Остается предположить, что собеседником Дэвид-Нил на пустынной дороге был не сам лама, а его двойник, настолько неотличимый от самого ламы, что у нее не возникло на этот счет ни малейших сомнений.

Александр ГОРБОВСКИЙ

НЛО 42 (105),1999