14.10.2026. - Сделали ли нас религиозными волшебные грибы

Сделали ли нас религиозными волшебные грибы

В мае 1957 года в журнале Life была опубликована чрезвычайно популярная и влиятельная статья под названием «В поисках волшебных грибов». В ней состоятельный банкир и миколог-любитель Р. Гордон Уоссон рассказывал о путешествии бесстрашного исследователя, который отправился в горы на юге Мексики, принял участие в тайных ритуалах и стал «первым белым человеком в истории», употребившим священные грибы, лежащие в основе древних мистерий.

Поэтичный рассказ Уоссона о том, что он пережил под воздействием грибов, быстро вдохновил целое поколение духовных искателей и вызвал огромный интерес к психоделикам, охвативший Северную Америку и Европу в 1960-х годах. В то же время Уоссон и другие, вдохновленные его работой, начали выдвигать гипотезы о том, что психоделические грибы лежат в основе других религиозных традиций — от индуистских Вед до греческих мистерий — и, возможно, даже способствовали развитию человеческой эволюции и самой цивилизации.

Хотя большинство современных экспертов относятся к работе Уоссона с большим скепсисом, его утверждения о психоделической природе духовного опыта по-прежнему очень влиятельны и широко распространены в массовой культуре.

В начале 2000-х годов ученые из Университета Джона Хопкинса и Нью-Йоркского университета возобновили исследования псилоцибина, спустя пятьдесят лет после первых публикаций Уоссона. В 2006 году Роланд Р. Гриффитс и его коллеги опубликовали основополагающую статью “Псилоцибин может вызывать мистические переживания, имеющие существенное и устойчивое личностное значение”, которая помогла спровоцировать новую волну научных исследований псилоцибина и других психоделиков.

За последние два десятилетия было проведено огромное количество исследований, посвященных возможностям псилоцибина, ЛСД и МДМА в лечении широкого спектра психологических расстройств, включая тревогу, депрессию, ПТСР и злоупотребление психоактивными веществами. В то же время, неудивительно, что фармацевтические компании начали вкладывать миллионы долларов в исследования психоделиков в надежде открыть революционно новый класс лекарств. Между тем, грибы, как магические, так и немагические, также проникли в массовую культуру благодаря фильмам, таким как "Фантастические грибы", и книгам-бестселлерам, таким как "Ключ к бессмертию". Внезапно, кажется, что восхищение магическими возможностями грибов распространилось повсюду.

Фантастические грибы: Что такое псилоцибовые грибы и что такое псилоцибин?

Псилоцибе - это большой род грибов, содержащий более 150 видов, которые распространены на всех континентах земного шара. Более крупной биологической категорией, частью которой являются виды псилоциб, является царство грибов — обширная область, включающая в себя все, от дрожжей и плесени до мясистых споровых организмов, таких как грибы. В свою очередь, грибы играют несколько важных ролей в различных экосистемах. В то время как некоторые из них паразитируют, питаясь и часто убивая другие организмы, другие являются микоризными, растущими вокруг корней деревьев и растений во взаимовыгодных симбиотических отношениях. Другие виды, включая псилоцибе, являются сапробными, что означает, что они питаются мертвым и отмирающим органическим материалом, помогая расщеплять и перерабатывать другие организмы. Таким образом, виды псилоциб, как правило, предпочитают и даже процветают в районах, подвергшихся экологическому ущербу, будь то природному или антропогенному, где имеется большое количество мертвого органического вещества, подлежащего расщеплению.

Мы могли бы с полным основанием задаться вопросом, не помогаем ли мы, люди, искатели волшебного гриба, просто грибку — сознательно или бессознательно — в его собственной репродуктивной работе.

Таким образом, они, как правило, следуют за человеческой цивилизацией, питаясь древесной стружкой и мусором, которые окружают наше развитие, а также разрушают природную среду. «По мере того как люди вырубают леса и занимаются искусственным строительством, — объясняет Пол Стаметс, — псилоцибы и другие сапрофиты, питающиеся органическими остатками, размножаются, поедая древесную щепу и мусор, особенно в пограничных зонах, где люди, леса и луга с трудом сосуществуют. Поскольку развитие человечества неразрывно связано с нарушением экологического баланса, псилоцибиновые грибы и цивилизация продолжают коэволюционировать».

Точная роль псилоцибина в эволюции грибов и его место в экосистеме в целом до конца не ясны. Некоторые исследователи предполагают, что псилоцибин мог служить грибам защитным механизмом от организмов, которые их поедают, отпугивая их своим токсическим или дезориентирующим действием. Другие считают, что псилоцибин мог способствовать более широкому распространению спор грибов, изменяя поведение животных, которые вступали с ними в контакт, и тем самым расширяя потенциальный ареал их распространения.

В этом смысле можно задаться вопросом, не помогаем ли мы, люди, ищущие волшебные грибы, грибам — сознательно или бессознательно — в их репродуктивной функции. Выращивая эти грибы по всему миру и употребляя их в измененном состоянии сознания, не помогаем ли мы грибу делать именно то, для чего он эволюционировал, — то есть распространять свои споры как можно шире, в том числе с помощью дезориентированных животных, в том числе людей?

По сравнению с другими «классическими психоделиками», псилоцибин по своей силе воздействия на человека занимает промежуточное положение: он примерно в десять раз сильнее мескалина, но в то же время примерно в сто раз слабее ЛСД. При приеме малых и средних доз люди часто отмечают более интенсивное восприятие цвета, изменение зрительных паттернов и более глубокие эмоциональные переживания. При приеме больших доз люди могут отмечать более радикальные изменения в восприятии привычной реальности, по-новому смотреть на мир и испытывать ощущение расширенного или даже безграничного сознания. Более смелые психонавты рекомендуют «героические дозы» в пять и более граммов тем, кто хочет достичь того, что они называют «шаманским» опытом, включающим встречи со сверхъестественными существами и глубокое понимание природы реальности.

Однако до сих пор неясно, как именно псилоцибин и другие психоделики оказывают свое специфическое воздействие на человека. Мы знаем, что психоделики, такие как псилоцибин и ЛСД, по-видимому, очень сильно воздействуют на определенный рецептор в мозге, называемый рецептором 5-HT2A, но, помимо этого, у нас пока нет удовлетворительного объяснения специфических видов субъективных эффектов и изменений сознания, которые они обычно вызывают. Хотя точная причина психоделических переживаний — ощущение взаимосвязанности, потеря эго, выход за пределы времени и пространства и так далее — до конца не изучена, некоторые исследователи предложили возможные объяснения.

Британский психофармаколог Робин Кархарт-Харрис предполагает, что есть доказательства того, что псилоцибин действительно снижает мозговую активность, особенно в одной из систем мозга, известной как “сеть режима по умолчанию” (DMN). Расположенный в центре головного мозга, DMN связывает участки коры головного мозга с более глубокими структурами, отвечающими за память и эмоции. Таким образом, он функционирует как своего рода “дирижер оркестра” мозга, столица или корпоративный руководитель, отвечающий за управление всей системой. Многие предполагают, что она тесно связана с нашим самосознанием, или с тем, что мы обычно называем «я» или «эго»: «Сеть пассивного режима работы мозга наиболее активна, когда мы вовлечены в «метакогнитивные» процессы более высокого уровня, такие как саморефлексия, мысленные путешествия во времени, ментальные конструкции (например, представление о собственном «я» или «эго»), моральные суждения и «модель психического состояния» — способность приписывать психические состояния другим людям».

Однако следует подчеркнуть, что точное понимание того, как действуют псилоцибин и другие психоделики, в лучшем случае остается туманным.

Когда псилоцибин и другие психоделики снижают активность в этой конкретной области мозга, это может приводить к ощущению растворения «я» или выхода за пределы собственного «я», о котором часто сообщают люди, принимавшие психоделики, — к размыванию привычных границ между «я» и окружающим миром и ощущению «океанической безграничности» или слиянию с чем-то большим. В то же время снижение активности сети пассивного режима работы мозга может приводить к повышению активности других областей мозга. Если сеть пассивного режима работы мозга больше не сдерживает их, на поверхность могут выйти другие процессы, обычно недоступные сознанию, в том числе эмоции, воспоминания и подавленные травмы.

Однако следует подчеркнуть, что до сих пор нет чёткого понимания того, как именно действуют псилоцибин и другие психоделики, и остаётся много нерешённых вопросов о сложных физических, психологических, культурных и религиозных факторах, которые влияют на эти переживания. Более критически настроенные исследователи, такие как Брайан Пейс и Неше Девено, утверждают, что социальная и политическая среда, в которой употребляются грибы, не менее, а то и более важна, чем химический состав мозга.

Сыграли ли психоделические грибы какую-то роль в развитии религии?

Относительно скромные на вид грибы рода псилоцибе и другие психоактивные грибы стали предметом ожесточённых споров о том, какую роль они могли сыграть в развитии религии и человеческой культуры в целом. По мнению многих любителей грибов — начиная с Р. Гордона Уоссона, затем Теренса Маккенны и заканчивая современными авторами, такими как Брайан К. Мурареску, — психоделические грибы лежат в основе самой религии, являясь химическим катализатором, который породил одни из самых ранних мистических переживаний, духовных видений и представлений о божественном.

Начиная с Уоссона, многие исследователи считали психоделические грибы источником мистических путешествий в иные миры, священным напитком Элевсинских мистерий, ведическим ритуалом сомы и, возможно, даже христианской евхаристией. Эта идея легла в основу множества бестселлеров, таких как «В поисках Персефоны», «Священный гриб и крест», «Пища богов», а в последнее время — и вышеупомянутой книги «Ключ к бессмертию». Эта тема даже всплывала в таких популярных журналах, как Popular Mechanics, где была опубликована статья о том, что «волшебные грибы могли повлиять на формирование нашего сознания».

Более скептически настроенные авторы, напротив, в целом считали эти утверждения о психоделической природе истоков религии надуманными, дилетантскими и ошибочными. Большинство авторитетных ученых отвергали или высмеивали все теории Уоссона, Маккенны и Мурареско о психоделической природе истоков религии.

Идея о том, что псилоцибиновые грибы и другие виды грибов широко использовались в религиозных целях за пределами Мезоамерики, остается интригующей, но по большей части надуманной гипотезой.

Исторические свидетельства, судя по всему, рисуют гораздо более сложную картину, чем теория Уоссона о древних религиозных истоках употребления грибов и их случайном повторном открытии в XX веке. Хотя некоторые виды грибов явно использовались в Мезоамерике во времена испанского завоевания, их происхождение ни в коем случае не ясно, и (по крайней мере, в крайне предвзятых испанских источниках) они использовались как для рекреационных, так и для “духовных” целей. Идея о том, что они были своего рода “таинством”, была в значительной степени проекцией испанского католического духовенства, которое рассматривало их как извращенную форму христианской евхаристии.

Между тем, идея о том, что псилоцибе или другие грибы широко использовались в религиозных целях за пределами Мезоамерики, остается интригующей, но в основном плодом воображения. Доказательства наличия грибковой основы для напитка сома из Вед или кикеона из элевсинских мистерий действительно провокационны, но сегодня все еще оспариваются большинством индологов и классицистов. Ничто из этого, конечно, не помешало идее о грибковом происхождении религии продолжать широко распространяться в популярной культуре и Интернете, где она и по сей день остается очень распространенным явлением.

Есть один любопытный и важный момент, связанный с грибами псилоцибе, на который мы должны обратить особое внимание. Хотя психоактивные виды псилоцибе встречаются во многих регионах мира, включая Северную, Центральную и Южную Америку, Европу, различные части Африки, Южную и Восточную Азию и Австралию, существует на удивление мало свидетельств того, что эти грибы употреблялись в пищу в культурах за пределами Южной Мексики и некоторых других регионов. Как отмечает Эрик Дэвис, «одна из любопытных особенностей псилоцибиновых грибов заключается в том, что, несмотря на их широкое распространение по всей планете, лишь немногие коренные народы проявляли к ним особый интерес».

В соответствии с их непредсказуемым, спонтанным и довольно таинственным образом появления и исчезновения в природе, психоделические грибы до сих пор остаются малоизученными с точки зрения их роли в истории и религии. Возможно, мы можем проследить их появление в ранней Мезоамерике, но мы не можем с уверенностью сказать, что это были за грибы. Некоторые из них явно использовались в шаманских практиках в Сибири, но их применение — как в религиозных, так и в рекреационных целях — сильно отличается от того, как их используют сегодня. И хотя многие авторы высказывали предположения о роли грибов в религиозных практиках в Древней Индии и Древней Греции, эти утверждения кажутся в лучшем случае спекулятивными. В то же время мы не можем игнорировать тот факт, что на протяжении долгих периодов истории многие человеческие культуры не обращали внимания на растущие вокруг них мухоморы, псилоцибы и другие психоделические грибы (а возможно, даже боялись их и избегали, как и многие похожие на них ядовитые виды, с которыми им приходилось сталкиваться).

Тем не менее, несмотря на скудость и противоречивость имеющихся свидетельств, идея о том, что психоделические грибы лежат в основе человеческой религии и культуры, по-прежнему весьма популярна. Во многом это связано с распространением информации о псилоцибине и других психоделиках, которое началось в 1950-х годах и особенно активно велось такими исследователями, как Уоссон, Уолтер Панке и Маккенна. Психоделический ренессанс возродил эту идею, о чем свидетельствуют такие книги, как «Ключ к бессмертию» и другие. Учитывая наш нынешний интерес к волшебным грибам и терапевтический потенциал психоделиков в XXI веке, мы, вероятно, склонны рассматривать исторические свидетельства через призму психоделической теории, а не предполагать, что в основе религиозного опыта лежат какие-то другие, непсиходелические факторы.

Вероятно, у нас также есть сильное желание найти древние источники, подтверждающие и легитимизирующие современное использование психоделиков, вместо того чтобы просто принять его как нечто «новое». Эти тенденции требуют серьезного осмысления и исторической критики.

Источник