|
Люди в черном представлялись офицерами КГБ
|
|
|
|
Эта история случилась с поэтом и писателем Евгением Дмитриевичем Лебковым (1928-2005). В 1975 году Лебков после развода с женой уехал на остров Кунашир, один из островов Курильской гряды, чтобы, по его собственным словам, «прийти в себя после увлекательной семейной жизни». Поселился Евгений Дмитриевич в пустовавшей избушке лесничего недалеко от вулкана Тятя.
|
|
|
|
Утром 14 августа 1975 года писатель отправился на рыбалку к речке, которая протекала неподалеку от вулкана. Приближаясь к месту рыбалки, Лебков обратил внимание на облако дыма, курившегося над Тятей. Накануне, вспомнил Лебков, он слышал по местному радио прогноз вулканологов: ожидается резкое усиление активности вулкана Тяти примерно через две недели, то есть в конце августа. Евгений Дмитриевич расположился на берегу речки и... Последнее, что он запомнил, было, как он закинул удочки. Дальше — провал в памяти.
|
|
|
Когда писатель очнулся, то обнаружил себя лежащим на топчане в покосившейся избушке, которую Лебков, подходя к речке, приметил на ее противоположном берегу. Одежда на нем была вся изорвана. Тело ныло, к горлу подкатывала тошнота, а голова раскалывалась от адской боли.
|
|
|
|
Лебков бросил взгляд в окно и изумился. Во-первых, за окном сгущались вечерние сумерки — а он, как мы с вами помним, потерял сознание утром. Во-вторых, над вулканом Тятя стояло громадное черное облако и был явственно слышен грохот, несшийся от его вершины. Вулкан проснулся!
|
|
|
|
В избушке сидели за столом трое ужинавших мужчин. Как позже выяснилось, это были охотники-браконьеры. Заметив, что Евгений Дмитриевич пришел в себя, они обрадовались и пригласили его к столу. Браконьеры рассказали писателю, что пару часов назад он сам вошел в избушку, качаясь из стороны в сторону, точно пьяный, и рухнул в беспамятстве на пол.
|
|
|
|
Лебкова сильно удивил их рассказ. А тем временем извержение вулкана Тятя продолжалось. Евгений Дмитриевич, поглядывая в окошко избы на оживший вулкан, проронил задумчиво:
|
|
|
|
— Смотри-ка, что делается! Вулканологи дали прогноз, что извержение начнется в конце августа. А оно сегодня началось.
|
|
|
|
Браконьеры переглянулись, и один из них снисходительно потрепал Лебкова по плечу. Потом молвил:
|
|
|
|
— Тебе, друг, надо хорошенько отлежаться. Ты по виду весь больной, да, как я погляжу, и мозги у тебя совсем уж набекрень съехали. Сегодня ведь и есть конец августа.
|
|
|
|
— А какое нынче число? — спросил Лебков, недоумевая.
|
|
|
|
— 29 августа, — сообщили ему охотники.
|
|
|
|
Потерял же Лебков сознание на берегу речки утром 14 августа. Где был писатель в течение двух недель? Он ничего не запомнил из того, что случилось с ним между 14 и 29 августа! Вернее, почти ничего — кроме каких-то слуховых, как потом он решил, галлюцинаций.
|
|
|
|
Воспоминания об этих галлюцинациях мучили писателя долго. В памяти остались некие странные звуки, похожие, по словам Евгения Дмитриевича, на свиристение ящериц. Но Лебков почему-то — он и сам затрудняется объяснить почему — был уверен в том, что это свиристение было осмысленной речью.
|
|
|
|
Любопытно, что писатель, пробывший неведомо где в течение двух недель, не потерял ни единого килограмма собственного веса. А на щеках не появилась, как ни странно, двухнедельная щетина.
|
|
|
|
Лебков решил никому не рассказывать о случившемся с ним. Он понимал — начни он трепать языком, и его в лучшем случае поднимут на смех, никто не поверит ему, а в худшем дело может закончиться встречей с психиатром.
|
|
|
|
Но в 1981 году он приехал по путевке в писательский дом отдыха — в так называемый Дом творчества Союза писателей СССР, который находится в подмосковном поселке Переделкино. Однажды вечером в столовой Дома творчества собралась за столиком теплая дружеская компания — прозаики, поэты.
|
|
|
|
Со скуки стали они травить друг другу разные страшные истории. Ну, про убийства, пожары, изнасилования и даже про встречи с нечистой силой. Лебков, послушав других, решил «по секрету» поделиться с приятелями собственными воспоминаниями о происшествии в окрестностях вулкана Тятя.
|
|
|
|
«ЛЮДИ В ЧЕРНОМ»
|
|
|
|
И тут начинается вторая часть этой истории. Компания, наговорившись вволю, разбрелась по своим комнатам около полуночи. А на следующее утро — ровно в семь часов утра — Лебкова разбудил стук в дверь.
|
|
|
|
В комнату вошли два бравых молодых человека, которые с ходу предъявили удостоверения офицеров Комитета госбезопасности СССР.
|
|
|
|
— Евгений Дмитриевич, — задушевным голосом молвил один из них, — насколько правдива та история, которую вы давеча рассказывали в столовой?
|
|
|
|
Лебков опешил. Да и было от чего. С того момента, когда он расстался в полночь с приятелями, прошло не более семи часов.
|
|
|
|
Понукаемый незваными визитерами, он выложил им во всех деталях все то, что запомнил о странном происшествии в окрестностях Тяти. Офицеры КГБ выслушали его показания, ничего не записывая. Когда писатель закончил свой рассказ, один из офицеров сказал:
|
|
|
|
— По разрозненным данным, КГБ СССР склонен предполагать, что где-то на Курильских островах находится крупная база внеземных «летающих тарелок». Мы уверены — вас похищали внеземляне! И убедительно просим вас согласиться на участие в сеансе гипноза. В штате КГБ есть, к вашему сведению, опытные гипнотизеры. Мы, конечно, не можем заставить вас, но, если вы пожелаете, мы готовы подвергнуть вас гипнотизированию.
|
|
|
|
— Зачем?! — спросил Лебков.
|
|
|
|
— Так надо, — последовал ответ.
|
|
|
|
— Пошли вы с вашим гипнозом сами знаете куда! — вскричал Евгений Дмитриевич, свирепея. — Я — писатель, а не ваш подопытный кролик. Ясно?
|
|
|
|
Офицеры КГБ не стали настаивать на своем предложении. Они лишь попросили Лебкова ни в коем случае не рассказывать никому об этом их раннем визите. Просьба была сформулирована в достаточно резкой форме. Она больше походила на приказ, нежели на просьбу. Было, в частности, сказано: «Советуем вам помалкивать о нашей с вами встрече. Если будете болтать языком, у вас начнутся большие неприятности».
|
|
|
|
Распрощавшись с писателем, визитеры покинули комнату.
|
|
|
|
И вот тут начинается третья часть этой истории — самая занимательная.
|
|
|
|
Лебков — удивительная вещь! — не запомнил, как выглядели молодые люди, сунувшие ему под нос удостоверения. Как ни тщился он потом восстановить в памяти внешний облик визитеров, увы, лица не вспоминались. Будто оказались стертыми из памяти неведомой силой.
|
|
|
|
Ему очень не по душе пришлось решительное требование кагэбэшников помалкивать об их визите в Переделкино.
|
|
|
|
— Я не служу в их шпионском заведении, — размышлял Лебков. — Так как же смеют они отдавать мне приказы?
|
|
|
|
Из чувства противоречия Лебков принялся в тот же и в последующие дни рассказывать об их визите всем подряд, с кем только в Доме творчества не встречался. Очень быстро информация о его рассказах дошла и до исследователей аномальных явлений.
|
|
|
|
Позже в Переделкино удалось разыскать среди обслуживающего персонала Дома творчества женщину, которая, судя по всему, была невольным свидетелем визита к Лебкову. Она оказалась одной из горничных.
|
|
|
|
В тот день, когда был нанесен визит к Лебкову, эта женщина шла ранним утром на работу по подъездной аллее к Дому творчества. И вдруг видит — стоит на обочине автомобиль. А из Дома творчества выходят два молодых человека. Быстро, почти бегом они направляются к автомашине, садятся в нее, и автомобиль стремительно срывается с места.
|
|
|
|
На другой день горничная услышала в вольном изложении своих сослуживиц рассказ Лебкова о его встрече в семь часов утра с кагэбэшниками. Естественно, она тут же связала его с теми двумя молодыми людьми, которых ни до того момента, ни позже никогда более не встречала на территории Дома творчества.
|
|
|
|
— Автомобиль был черный и иностранной марки. А те молодые люди, что вышли из Дома творчества, тоже были в черном. Детали их костюмов я не разглядела. И на вид, как китайцы! Глаза узкие, как щелочки. А лица — смуглые. Помню, когда я потом услыхала рассказ про налет кагэбэшников на Лебкова, очень удивилась. Вот не думала, что в нашей госбезопасности работают китайцы. И на задания выезжают национальными парами...
|
|
|
|
Обычно считается, что феномен "Людей в черном" распространен лишь на Западе. В США они выдают себя за офицеров ВВС либо за агентов ФБР. «Люди в черном» также предъявляют соответствующие служебные удостоверения, неотличимые от настоящих. В СССР они стало быть выдавали себя за офицеров КГБ. А с распадом СССР они возможно представляются теперь сотрудниками ФСБ или какой другой службы.
|
|
|
|
Источник
|
