Путь отшельника

Путь отшельника

С незапамятных времен Тибет притягивал умы ученых и мистиков со всех концов света. Лабсанг Рампа по сути является единственным человеком, который смог прикоснуться к тайнам Тибета настолько, насколько это возможно для европейца. Его книги автоматически становились бестселлерами, и, тем не менее, сам автор заявляет, что он раскрыл лишь малую долю того, о чем молчат посвященные Тибета.

Школа терпения

Среди мировых религий буддизм, по мнению многих богословов, является самой мирной религией. Действительно последователи Будды, то есть Просветленного, никогда не навязывали своей веры другим, не обращали неверных в истинную веру, не устраивали завоевательных походов во славу своей религии.

Основатель религии Будда будучи принцем Гаутамой из племени Шакья создал свою религию на основе индуистских вед. Он принес новое учение о совершенствовании скрытых возможностей человека, но при этом не отрицал старых богов индуистского пантеона. Буддизм никогда не насаждался огнем и мечом, но при этом приобрел огромное количество последователей у разных народов.

Монахи немногочисленных тибетских монастырей ведут замкнутый и довольно размеренный образ жизни. С внешним миром они сообщаются только тогда, кода в обитель приходит очередной караван с продовольствием. Никаких других средств общения с внешним миром у монахов не существует. Жизнь монастыря размеренна и нетороплива. День начинается с молитвы и ей же заканчивается. Между молитвами монахи выполняют необходимую для существования монастыря работу и предаются медитациям, то есть уходу в другие слои реальности.

Жизнь монастыря напоминает потусторонний мир. Кроме молитв невозможно услышать ни одного лишнего слова. В одной из своих книг Рампа отмечает необыкновенную замкнутость монахов. Можно потратить часы на разговор с монахом, при этом он будет внимательно слушать собеседника, но не произнесет ни одного слова.

Действия монахов не лишены смысла. Своим молчанием они проверяют стойкость собеседника. По мнению монахов мир суетен и добиться понимания высшего смысла можно лишь терпением. А человек нетерпеливый, желающий знать все и сразу, не достоин владеть высшим знанием. И поэтому Рампе потребовались долгие месяцы терпеливого молчания, чтобы просто поговорить с тибетскими монахами о простых повседневных вещах.

Это тяжелое испытание помимо этического несет и сакральный, мистический смысл. Казалось бы отрешенный неземной взгляд монаха, направленный в иные пласты реальности, на самом деле смотрит в души собеседника и читает его самые сокровенные мысли. Если, человек пришел в обитель, гонясь за очередной сенсацией или просто ради любопытства, то тайны останутся сокрытыми для него навсегда. Только пришедшему ради знания, ради совершенствования своей души будут открыты тайны Тибета.

В добровольном заточении

Об отшельниках монахи всегда отзываются с уважением. Избравший этот путь монах уже при жизни считается подобием христианского святого. Об отшельниках тибетские монахи говорят крайне мало и неохотно, поскольку это является одной из самых сокровенных тайн. Собирая скупые сведения из обрывков разговоров, Рампа пытался понять, что представляют собой отшельники.

Монахом одного из тибетских храмов может стать далеко не каждый. Здесь не играет роли социальное положение. Все мирское остается за стенами храма. И кроме одежды, теплого одеяла и миски монах ничего не имеет.

А отшельниками становятся единицы из тех немногих, кто был принят в один из буддистских храмов Тибета. Не существует ни посвящения в отшельники, ни специальных критериев отбора. Просто однажды к настоятелю храма приходит один из послушников и говорит, что хочет стать отшельником. Слово у монахов имеет ту же силу, что и мысль, поскольку помыслы монахов открыты друг другу. И печать избранности хорошо видна настоятелю.

Отшельников условно можно разделить на два типа, каждый из которых является сугубо индивидуальным путем ищущего просветления. Этот путь выбирает не сам человек, а его высшая сущность, душа. Она выбирает не самый короткий, а самый оптимальный путь к познанию. Часть отшельников удаляется в пещеры, коих в Тибете существует очень много. Эта категория отшельников не дает обет молчания. Они общаются с приходящими.

Стоит отметить, что обычные люди относятся к монахами, а тем более, к отшельникам, с огромной долей почтительности. Еда для отшельника доставляется бесплатно. Более того, нередко купеческие караваны специально прокладывают путь таким образом, чтобы попасть к отшельнику. Встреча с ним дарует не только безопасность на горных тропах, где постоянно случаются обвалы, но и приносит мудрость. Ибо в каждом его слове есть частичка просветления. А попусту отшельники слов не тратят.

Но самым суровым испытанием для тела и духа является второй тип отшельничества. Избравший его, добровольно позволяет себя замуровать в небольшой хижине, лишив не только общения, но и солнечного света и свежего воздуха. Обет молчания навечно закрывает уста избранного и только молчаливый страж приносить пищу в узкое отверстие в стене.

Решивший добровольно заточить себя, должен сообщить об этом настоятелю храма. После этого будущий отшельник из числа монахов избирает себе стража, человека, от которого будет в последующем зависеть его жизнь. В древние времена отшельник и страж сами строили хижину. После этого в одну из комнат заходил отшельник, а страж закладывал ее камнями, оставляя лишь небольшое отверстие для того, чтобы передавать ему воду и еду.

Помещение для жизни очень маленькое - всего пару шагов в длину и ширину. Свет туда проникает через небольшое отверстие в замурованной стене, когда страж приносит еду. Происходит это раз в неделю. Пища самая простая – на неделю миска тцампы и кружка воды. И больше ничего! Воздух в комнате обновляется всего лишь один раз в неделю. Так что отшельник помимо голода и холода испытывает постоянную нехватку кислорода.

По мнению цивилизованного человека, подобное истязание плоти бесчеловечно и не может нести никаких духовных ценностей. Однако тибетские монахи считают - чем больше страдает плоть, тем сильнее становиться дух.

Отшельник, «отключенный» от окружающего мира, начинает видеть его по-иному. Зрение отбирает темнота, но обостряется слух. Со временем он начинает слышать, как бежит кровь по венам, а звук отодвигаемого кирпича в стене становиться похожим на звук камнепада. Мышцы постепенно атрофируются, и единственное, на что остается способен монах, подойти и взять порцию еды. Недостаток кислорода погружает его в состояние транса и постепенно он обретает духовную свободу, ради которой принял добровольное заточение.

Освобождение души

Человек рожден свободным, он вправе выбирать свой жизненный путь, поскольку душа не может находиться в заточении. Все наши действия - это всего лишь попытки души реализовать себя через бренное тело. Но что станет с душой, когда тело заточено в добровольной неволе, не может общаться с себе подобными и реализовывать себя?

Жизнь еще теплиться в человеке, но для прочих он уже мертв. Руки едва могут взять в руки миску, глаза давно уже не видели ничего кроме темноты, слух улавливает малейшие вибрации. И тогда душа, не в силах стерпеть одиночества, вырывается на свободу. Тибетские монахи считают, что лишь таким образом, сохраняя физическое существование на гране смерти, можно позволить душе путешествовать, возвращаясь для того, чтобы раз в неделю помочь материальной оболочке существовать и дальше.

Сначала душа отшельника путешествует по знакомым по прежней мирской жизни местам. Это своего рода адаптация, позволяющая разуму обрести контроль над своей духовной сущностью. Настоятели тибетских монастырей не скрывают, что общаются с душами отшельников. Это подтверждает и тот факт, что в обители с удивительной точностью узнают о смерти отшельника и посылают монахов для совершения обряда.

Обитель и хижина расположены далеко друг от друга и потому узнать о смерти ее хозяина можно лишь в тот момент, когда душа приходит проститься. Для тибетских монахов это стало частью реальной жизни и лишь у посторонних вызывает удивление. Страж вместе с монахами разбирает кладку и вытаскивает тело отшельника. Местность Тибета камениста и поэтому похоронить в земле не представляется возможным, дрова же слишком ценны для живых, чтобы их тратить на мертвых. Тело умершего расчленяют и оставляют грифам. Буквально через считанные часы от него не остается и следа.

Но перед тем, как его тело сожрут голодные стервятники, отшельник успевает многое. Его душа, незримо обойдя Тибет, устремляется дальше. Перед освобожденной душой открывается вся Земля. В считанные мгновения душа перемещается между континентами. Она способна заглянуть в любой уголок земли. Ведь расстояния для чистого духа не имеют преград. А за пределами нашего мира для души открываются бесконечные пространства иных миров, населенные совершенно другими существами, живущих по своим собственным законом.

Со смертью душа отшельника обретает большую свободу. Считается, что смерть для заточенного не является мучительным и страшным переходом, как для большинства смертных. Ведь по сути дела сам отшельник давно уже мертв и лишь забота о бренном теле заставляет его возвращаться в замурованную комнату. Таким образом преодолев физические страдания, душа оказывается более подготовленной для мира иного, тем самым избавив себя от более страшных духовный страданий.

Как отмечает Рампа, Тибет хранит множество загадок и тайн. Эти загадки бесконечны. И казалось бы неспешная жизнь монастырской обители открывает новые возможности духа, Просветления, о котором учил Будда. Однако знание это опасно для непосвященных, и потому даже самым терпеливым искателям открывается лишь малая доля непознанного.

Сергей Ветров

На грани невозможного 5,2006