|
Ирландия - родина Хэллоуина
|
|
|
|
Хэллоуин отмечают во всем мире, но не каждый знает, что на самом деле это – древний ирландский новый год! А популярным его сделали эмигранты с Изумрудного Острова, переселившиеся в США. Древние кельты верили: если Хэллоуин не встретишь правильно, землю может окутать вечная тьма, и мир мертвых поглотит все живое… 31 октября весь мир отмечает Хэллоуин – «прикольный» праздник, когда на экраны выходят голливудские ужастики, все переодеваются в вампиров, ведьм и прочую нечисть, а дети просят угощений, жгут костры и запускают петарды.
|
|
|
|
Но для того, кто чтит веру древних кельтов – все намного серьезнее. Историки полагают, что ночь Самайна (от ирл. – Samhain, таково древнее название праздника) когда-то была для жителей Ирландии самой важной в году. В Самайн стиралась граница между миром живых и обителью мертвых, и только от мудрых друидов зависел исход этой страшной ночи – вернется на землю солнце, или мир окутает вечная тьма?
|
|
|
«Древние кельты делили год на две части – лето и зиму», – объясняет ирландский историк Джо Конлон (Joe Conlon). «Лето начиналось в Бельтайн (Bealtinne) – 1 мая и длилось до Самайна – 31 октября. После Самайна начинался новый год по кельтскому календарю. В канун праздника друиды должны были зажечь священный огонь. Без этого ритуала в будущем году не могло быть ни посева, ни урожая, ни какой-либо другой деятельность. Над миром бы властвовала вечная зима».
|
|
|
|
МЕРТВЫЕ СРЕДИ ЖИВЫХ
|
|
|
|
Кельты верили: так же, как в году бывает лето и зима, так и в мире есть обитель живых и обитель мертвых. Канун нового года – Самайн – был промежуточным временем: уже не лето, но еще не зима. Граница между мирами пропадала, и духи мертвых могли бродить среди живых…
|
|
|
|
«Ирландцы верили, что в мире живых покровительствует Лу (Lugh) – бог света и знаний, – продолжает Джо Конлон. – На самом де-ле Лу был древним королем, которому удалось объединить всех ирландских кельтов. Но был еще и потусторонний мир, неподвластный Лу. В нем заправлял бог смерти – страшный Дун (Dun). Кроме этого кельты верили, что буквально бок о бок с ними живет другая раса людей, которая в свое время не подчинилась богу Лу. Этих существ называли феями (fairies), и по легендам они жили внутри холмов». В ночь Самайна вся эта нечисть покидала свои убежища и наполняла живой мир.
|
|
|
|
«Среди духов были хорошие и плохие, – продолжает Джо. – Духи умерших родственников приносили добро и удачу. Но были и злые привидения, которые могли накликать беду…» Кельты считали, что духов привлекает свет и тепло, и потому они тушили все огни в своих домах к ночи Самайна. Некоторые ставили на подоконники черепа, надевали маски – чтобы отпугнуть злых духов. А добрых, наоборот, старались приманить: накрывали для них стол в доме, звали заклинаниями.
|
|
|
|
«Именно отсюда и пошла традиция – «угощение или розыгрыш» (trick or treat), которая так популярна на Хэллоуин сегодня, – говорит Джо. – Ведь если духа не задобрить каким-нибудь угощением, он может обидеться на хозяина дома и сделать ему какую-нибудь пакость».
|
|
|
|
СВЯЩЕННЫЙ ОГОНЬ
|
|
|
|
В канун Самайна огни в домах гасли, вся страна погружалась во мрак… Даже при дворе ирландского короля на холме Тара тушили все огни, а взор властелина Острова обращался к соседнему холму – Трохта (Tlachtga), что в графстве Мит (ровно 12 миль от холма Тара, около городка Атбой – Athboy, co Meath. Кстати, сейчас его название – холм Уорд, Hill of Ward).
|
|
|
|
Холм Трохта был святыней ирландских друидов. Еще за две недели до Самайна друиды собирались на вершине этой горки и начинали древний ритуал. Они готовились зажечь священный огонь, который должен был победить зиму.
|
|
|
|
«Священный огонь зажигался в строгом порядке, – объясняет Джо Конлон. – Очень важна была порода дерева и особые травы, которые добавлялись в костер, а также – заклинания и прочие магические действия. Король Ирландии пристально следил за церемонией с холма Тара. Ведь появление священного огня означало, что страна переживет зиму, и лето вернется».
|
|
|
|
Когда огонь зажигался, друиды передавали горящую ветку из своего костра королевскому вестнику. На колеснице, запряженной тремя конями, вестник вез священный огонь – подобно Олимпийскому факелу – на холм Тара, и от него король зажигал собственный костер. Окрестности холмов тогда освещали два пылающих маяка, и люди во всей округе ликовали – ритуал удался, а значит, в новом году боги будут к ним благосклонны!
|
|
|
|
«Холм Трохта видно из пяти графств Ирландии! – говорит Джо Конлон. – От Роскоммона до дублинских гор люди с нетерпением наблюдали за его вершиной в ночь Самайна. Как только там загорался костер – это был сигнал. Люди поджигали ритуальные костры в своих графствах и несли священный огонь в каждую деревню и каждый очаг». Злые духи отступали перед пламенем, и по всей стране начиналось большое празднество – зима была побеждена!
|
|
|
|
СВ. ПАТРИК ВСЕ ИСПОРТИЛ
|
|
|
|
Но с распространением христианства, древние традиции пришли в упадок. Церковь не собиралась признавать языческие праздники, но вместе с тем полностью искоренить Самайн ей не удавалось. Поэтому проповедники поступили просто – к 31 октября приурочили церковный праздник – День всех святых (All Hallows Eve – отсюда и образовалось англ. Halloween). Однако ирландцы продолжали отмечать свой «старый новый год» традиционным способом, и поэтому к христианскому празднику примешивались кельтские мотивы – связанные с духами мертвых и огнем. Ирландские эмигранты привезли именно такой Хэллоуин в Америку, он прижился и отмечается по сей день.
|
|
|
|
Но Самайн не забыт, и некоторые пытаются возродить главный праздник древних кельтов. Джо Конлон рассказывает: «Вот уже восемь лет в Атбое собирается группа энтузиастов, в нее входит несколько настоящих современных друидов, а также я и моя дочь Дебора… В канун Самайна мы вместе поднимаемся на холм Трохта и зажигаем там костер, а также проводим ритуалы. Это не религиозное мероприятие, и большинство из нас делает это ради забавы, а также, чтобы почтить древнюю традицию нашей страны».
|
|
Не беспокоят ли их духи умерших?
|
|
|
|
«В контакт с духами вступать не приходилось, но на некоторых снимках, которые я сделал во время церемонии, проступают сотни – тысячи! – маленьких белых шаров. Откуда они взялись на фото – непонятно, но это наводит на мысли…»
|
|
|
|
Источник
|
