Заклинание обстоятельств нависших у вас над головой

В своем стремлении управлять погодой человек на протяжении веков использовал самые разнообразные средства. На заре рода человеческого и до наших дней где-нибудь в глухих уголках заклинатели нашептывают магические слова над кучкой куриной требухи, уговаривая облака разразиться дождем. Если дождь пойдет - им вера. Если не пойдет - они сваливают всю вину на то, что современное прогнозирование погоды называет "не зависящими от него обстоятельствами".

Какой-нибудь шаман, более наблюдательный, чем его современники, вероятно, подмечал, что за большими лесными пожарами следовали ливни. Но раздуть лесной пожар можно только там, где есть лес, да и занятие это опасное: кто знает, покроет ли заклинатель себя дождем и славой или его зажарят самого в этом пожаре! И все-таки казалось, что связь между дымом и дождем имеется. Х

На эту связь обратили внимание великие ученые еще тогда, когда люди стали разрешать свои международные споры с помощью пороха и особенно пушек. Казалось, что после каждой битвы дождь лил как из ведра. Рядовые солдаты, малообразованные, но дошлые, заметили, что к белым облакам пушечного дыма, поднимающимися к небесам, вскоре присоединяется и подкатывается грозовая туча, и там,

где над полем в начале битвы голубело небо, в конце сверкали молнии, дул ветер и лил дождь. Была ли на самом деле во всем этом взаимосвязь?

Во время Гражданской войны в Соединенных Штатах ливневые дожди настолько часто сопровождали сражения с массовым применением артиллерии с обеих сторон, что солдаты стали воспринимать дождь как естественное сопутствующее обстоятельство. В солдатских письмах тех лет то и дело упоминаются "ливневые грозы", сопутствующие сражениям. И если перед началом битвы день выдался ясным, тихим или безветренным, то следовавшие за сражением бури были особенно свирепыми. Возможно, дождь следовал за сражением по совпадению, ведь битва обычно разыгрывалась в хорошую погоду, а погожие дни

няются ненастными - независимо от того, идет сражение или нет. Возможно.

За десять лет до начала XX века один австралиец по имени Фрэнк Мельбурн приехал в Америку и объявил себя профессиональным заклинателем дождя. Разумеется, формула, которой пользовался Фрэнк, была секретной. Когда он принимался за работу, то устанавливал высокую парусиновую загородку вокруг рабочей площадки (примерно 30 кв. футов) и никому не позволял заглядывать внутрь. В большие железные чаны он засыпал свои химикаты, и вскоре в небо через металлическую трубу высотой 30 футов устремлялись клубы дыма.

В 1891 году в Гудленде, штат Канзас, разразилась жестокая засуха. Фермеры наскребли необходимую

сумму и наняли Фрэнка Мельбурна. Установив свое оборудование в неглубокой впадине, бывшей когда-то прудом, Фрэнк послал в синеву неба свой таинственный туман. Когда он начал, в небе не было облачка, и так уже продолжалось в течение многих дней, но к полудню стали собираться облака. Облака темнели, густели, а к вечеру радостные фермеры стояли под проливным дождем, с удовольствием промокая до нитки.

Несколько банкиров учредили маленькую фирму и убедили Мельбурна продать свой секрет за часть доходов. Фирма заключила десятки соглашений на производство дождя - нет дождя, нет и отчислений. Затем наступил дождливый год, и Мельбурна в последний раз видели в Африке, где он продолжал заниматься своим делом, наживая состояние.

Возможно, Мельбурн поторопился с отъездом из Америки, ибо, согласно сообщениям канзасских

зет, его заменил в 1893 году предприимчивый диспетчер с железной дороги по имени К.Б.Джуэлл, чья технология по вызыванию дождя не только приравнивалась к мельбурновской по эффективности, но по красочности и забавности превосходила ее куда более значительно. Мистер Джуэлл обычно поступал так: привязывал к небольшому воздушному зонду связку динамита, запускал его на высоту 1000 футов и там подрывал с помощью телеграфного шнура. По его словам, забрасывая взрывчатку прямо в небо, он добивался тех же результатов при меньшем весе исходного материала. Сражения сотрясали небеса ударными волнами, отраженными от земли, говорил он, а он воздействует на них напрямую.

Мистер Джуэлл потешал публику своими дневными фейерверками, радовал фермеров потоками дождя, лившегося с небес и наполнявшего их пруды и цистерны. Позже к излюбленному приему Джуэлл добавил новый: в огромных каменных емкостях он генерировал газ с помощью электрических разрядов; после некоторого шипения и бульканья в небо устремлялись клубы дыма, вызывая "нарушение равновесия небес", как объяснял сам автор изобретения.

Рок-айлендская железнодорожная компания страдала от засухи вместе с фермерами. Сами посудите: если фермерам нечего будет отправлять, то и дороге

нечего возить. А если этот Джуэлл действительно может вызвать дождь, то он послан самим Богом. Администрация любезно предоставила Джуэллу бесплатно перевозить его оборудование по.дорогам компании.

С правом на свободный переезд, получив в свое распоряжение три большие железнодорожные платформы, Джуэлл переезжал из одной пострадавшей от засухи местности в другую по железной дороге РокАйленд. Запустив в небо вонючие пары, он непременно получал дождь. Иногда случались и неприятности:

дождь оказывался слишком проливным и затяжным, а здесь, как признавался сам Джуэлл, он бессилен. "Я могу вызвать дождь, - говорил он раздраженным фермерам, чьи урожаи заливала вода, - но ни одна живая душа не в состоянии прекратить ливень".

Пожалуй, самая замечательная демонстрация была устроена Джуэллом под Уичито. В течение нескольких недель горячие пыльные дьяволы носились по почти облысевшим пшеничным полям местных фермеров. Удрученные фермеры, которых ожидало сильное разорение, послали за Джуэллом. Когда он прибыл туда на своих трех платформах, редакторы газет Уичито встретили его улюлюканьем и свистом. Они цитировали одного известного ученого за другим в поддержку собственного утверждения, что все заклинатели дождя - шарлатаны, а тем, кто их нанимает, не хватает немного здравого ума.

Бывший диспетчер железной дороги, а в настоящее время заклинатель дождя отнесся к такому

бому приему с обычным для него спокойствием. Как только он установил свой инвентарь на одной из ферм недалеко от Уичито, он послал записку самому горластому журналисту о том, что собирается превратить главную улицу Уичито в реку.

Через 24 часа реки и речушки вышли из берегов, а дождь все лил и лил как из ведра. Джуэллу не совсем удалось пустить реку по главной улице Уичито, но общественное мнение теперь было полностью на его стороне. Ядовитые передовицы из газет исчезли.

Пожалуй, самым известным, любимым и наиболее запомнившимся среди заклинателей дождя был американец Чарлз Мэллори Хэтфильд. Еще мальчиком, живя на ферме отца вблизи Сан-Диего, он слышал о легендарных подвигах "пророка Поттса", который объявил себя специалистом по осадкам и действовал в Южной Калифорнии на стыке XVIII-XIX веков. Хэтфильд говорил, что Поттс заронил в его детскую душу интерес к этой профессии; необходимо было только бросить зерна в эту благодатную почву. Это произошло однажды, когда Хэтфильду в руки попала книга Эдварда Пауэрса, написанная в 1871 году, о научном подходе к вызыванию дождя. Пауэре утверждал, что дождь можно заставить пролиться с небес научным способом. Книга привлекла к себе такое внимание публики, что конгресс отпустил в 1891 году деньги на проведение исследовательских работ и опытов по теории Пауэрса.

Чарлз Мэллори Хэтфильд опередил официальное постановление - он уже работал в данной сфере и проводил свои собственные опыты с одержимостью, которая свойственна немногим людям.

К 1902 году он настолько продвинулся в этом деле, что бросил работу продавца швейных машин и с головой окунулся в занятия по вызыванию дождя. Хэтфильд, как Мельбурн и Джуэлл до него, также пускал дым в атмосферу. Он построил огромный деревянный резервуар, который опирался на крепкие деревянные опоры на высоте примерно 12 футов над землей. Хэтфильд насыпал свои химикаты, хорошо размешивал их, наливал воду, добавлял несколько галлонов кислоты, закрывал деревянной крышкой и спускался вниз. Минут через двадцать он открывал крышку длинным шестом и наблюдал, как вонючие клубы дымообразных паров штопором ввинчивались в небо.

Хэтфильд был тихим и чрезвычайно скромным человеком. Он никогда не утверждал, что может вызывать дождь, а говорил, что просто помогает

роде. Как? Нарушением атмосферного равновесия путем концентрации влаги вместо рассеивания ее, отвечал он.

Первый свой контракт "на дождь" на 50 долларов он заключил в 1903 году с фермером, жившим около Лос-Анджелеса. К великому изумлению собравшихся, обильный ливень последовал после того, как Хэтфильд установил свою "аппаратуру" и пустил дым к небесам. Обрадованный фермер расщедрился и дал еще 50 долларов впридачу.

Всего за 25 лет своей деятельности в Лос-Анджелесе и прилегающих районах Хэтфильд заключил более 500 контрактов стоимостью от 50 до 10000 долларов. За 40000 он подрядился заполнить водой Хеметское водохранилище. Последовавшие за этим дождевые осадки выпали на 11 дюймов, что подняло уровень воды в водохранилище на 22 фута и позволило, по словам обслуживающего персонала, получить самую большую прибыль, которую они когда-либо получали.

Хэтфильда с его испарительными чанами и химикалиями можно было встретить повсюду. В 1906 году речки Клондайка пересохли настолько, что старатели не могли работать с промывочными лотками, чтобы отделить золотой песок. Послали за Хэтфильдом. Шахтеры Доусон-Сити собрали ему 10 тысяч долларов золотом, только бы он согласился прийти на помощь. Они и получили, что заказали. Через 36 часов после того, как Хэтфильд принялся за дело, в небе перекатывались грозовые облака, а выпавшие осадки (4 дюйма) с лихвой удовлетворили нужды старателей.

В 1922 году на южные районы Италии обрушилась страшная засуха, принесшая с собой горе и разорение. Правительство обратилось за помощью к Хэтфильду, и Хэтфильд приехал немедленно. Провалиться в таком деле означало загубить карьеру. Но Хэтфильд не провалился: Его труды не пропали даром: проливные дожди заполнили все речушки и водоемы, вдохнули новую жизнь в высохшие и выжженные поля. Хэтфильд превратился в национального героя Италии, его имя не сходило со страниц итальянских газет.

От Италии до Аляски и от Канады до Аргентины возил Хэтфильд свои деревянные чаны и пускал в небо таинственные облака, нарушая баланс в атмосфере. В Рандсбурге, в районе голой Могавской пустыни, пары Хэтфильда вызвали необычный ливень - за три часа выпало 40 дюймов осадков. Такого не случалось там ни до, ни после. Это был блестящий и разящий ответ Хэтфильда на нападки известного специалиста Дэвида Старр Джордана, который утверждал, что Хэтфильд всегда выжидает, когда закончится период засухи, а затем уже принимается за дело. В Могавскую пустыню, где засуха никогда не кончалась, Хэтфильд прихватил с собой журналистов, и на последовавший потоп доктор Джордан не нашел что ответить.

Смерть застала старого вызывателя дождя в его доме в Пирблоссоме, штат Калифорния, 22 января 1958 года. Он дожил до того времени, когда Америка стала тратить миллионы долларов на различные эксперименты, некоторые из них повторяли приемы, которыми пользовался Хэтфильд,

В 1951 году доктор Ирвинг Лангмуир завершил длинную серию опытов по заданию военно-морского флота. По окончании эксперимента он заявил: "Я могу послать пары йодистого серебра в небо в НьюМексико и вызову дождь на всем пути до Мичигана!"

Когда мичиганские владельцы курортов вспомнили о необычайно обильных осадках, испортивших им курортный сезон, они подняли такой шум, что военно-морское ведомство вдруг стало все отрицать, а доктор Лангмуир неожиданно замолчал и больше не проронил по данному вопросу ни слова. Поистине труден и тернист путь вызывателей дождя.

В год смерти Хэтфильда (1958) наука серьезно занялась проблемами осадкообразования. Забрасывая в атмосферу пары йодистого серебра и другие химикаты, ученые обнаружили, что они могут вызвать образование небольших капель влаги и в одном месте или, как говорил Хэтфильд, сконцентрировать влагу в воздухе, нарушая равновесие в природе.

Чарлз Мэллори Хэтфильд дожил до тех дней, когда его объяснения подтвердились, а его методы легли в основу новой науки, известной под названием "регулирование погодных условий". Хэтфильд был настоящим мастером своего дела, хотя и не получил должного признания, что мало его волновало.

Хэтфильд был всегда заряжен на хороший дождь - он с готовностью подпускал в небо грозовую тучу с градом и молнией.

Фрэнк Эдвардс

НГН 19 (223),1999