Есть стресс и есть СТРЕСС. Первый — просто неприятная часть повседневной жизни, которая в каком-то смысле полезна, ибо воспитывает характер. Второй — убивает.
В чём разница? Учёные остановились на странном субъективном объяснении: чем более беспомощным чувствует себя человек перед источником стресса, тем хуже результат.
И чем ниже вы стоите на социально-экономической лестнице, тем слабее это чувство контроля. Люди, живущие «на дне», умирают «преждевременно» втрое чаще, чем «наверху». К тому же они чаще страдают от депрессии, сердечных заболеваний и диабета. Стресс из-за бедности в юные годы оказывает поистине разрушительное воздействие на здоровье в последующей жизни.
Даже тот, кто смог «подняться», больше склонен к болезням, чем богачи, которые никогда не были бедными. Богатство снижает риск заболеваний, уменьшает чувство беспомощности и открывает более широкий доступ к ресурсам вроде физкультуры, хорошего питания и социальной поддержки. Но последствия раннего жизненного стресса неблагоприятно сказываются на развитии нервной системы и, по-видимому, ускоряют старение.
Британский эпидемиолог Майкл Мармот называет это явление «синдромом статуса». Он изучал госслужащих в своей стране, которые десятилетиями скованы жёсткой иерархией, и пришёл к выводу, что учёт обычных «подозреваемых» — курения, питания и доступа к медицинскому обслуживанию — не отменяет стресса на работе. Существует прямая связь между здоровьем, благополучием и положением в большой схеме. «Чем выше вы находитесь в социальной иерархии, тем лучше ваше здоровье», — говорит учёный.
Г-н Мармот винит в этом конкретную разновидность стресса. Это не мучения руководителя, столкнувшегося с длинным списком дел, и не волнения зажиточных родителей, решающих в какую из элитных школ пристроить ребёнка. В отличие от людей более низкого ранга у генерального директора и богача есть ресурсы для решения своих проблем. У бедных, по определению, их гораздо меньше.
Таким образом, стресс, который убивает, характеризуется отсутствием чувства контроля над своей судьбой. Психологи, изучающие животных, называют это приобретённой беспомощностью.
Было бы поучительно узнать, как они её стимулируют. Электрический шок отправляет животных в своего рода депрессию, притупляет способность учиться и запоминать. Но если животное может в некоторой степени контролировать продолжительность тока, оно остаётся несгибаемым.
Биологи объясняют это реакцией «борись или беги»: повышается адреналин, учащается пульс, растёт кровяное давление. Это необходимо для того, чтобы убежать ото льва, медведя или грабителя, но при хронической активации она разрывает наш организм. И это особенно вредно для детей, чья нервная система ещё не сформировалась окончательно.
Отпечаток раннего жизненного стресса можно обнаружить десятилетия спустя. Например, хроническое воспаление увеличивает риск дегенеративных заболеваний вроде болезней сердца и диабета. Теломеры, по всей видимости, короче у тех, кто испытал невзгоды в ранний период жизни (показатель ускорившегося старения). К тому же обнаружена связь (независимо от текущего дохода) между нищетой в начале жизни и более высоким риском сердечно-сосудистых заболеваний, высокого кровяного давления и артрита в зрелом возрасте. Рубцовую ткань всё труднее заживить.
Подобные исследования пролили свет на расовые различия в продолжительности жизни. В Соединённых Штатах белые живут дольше в среднем примерно на пять лет, чем афроамериканцы. Но в 2012 году сотрудники Принстона подсчитали, что на социально-экономические и демографические факторы (а не генетику) приходится от 70 до 80% этой разницы. Самым крупным фактором был доход, которым можно объяснить более половины неравенства. А вот другие исследования говорят о том, что столкновение с расистскими настроениями (основной источник стресса среди афроамериканцев), судя по всему, тоже влияет на здоровье. Сообщения о дискриминации коррелируют с накоплением висцерального жира у женщин, что увеличивает риск метаболического синдрома (и, следовательно, риск развития сердечных заболеваний и диабета). У мужчин они аукаются повышенным артериальным давлением и сердечно-сосудистыми хворями.
По выражению нейробиолога Брюса Макьюэна из Университета Рокфеллера в Нью-Йорке (США), бедность проникает под кожу. У социального статуса есть биологическая составляющая. Социальное положение родителей и уровень стресса в детстве, когда мозг и тело только формируются, влияют на уязвимость к дегенеративным заболеваниям десятилетия спустя. Они могут изменить даже восприимчивость к инфекции. Например, учёные из Университета Карнеги в Меллоне (США) попытались заразить добровольцев простудой. Тот, кто рос в бедной семье, не только сопротивлялся вирусу менее эффективно, но и впадал в более тяжёлое состояние.
Нейробиолог Питер Джанарос из Питтсбургского университета (США) обнаружил, что студенты, которые считали, что их родители имели низкий социальный статус, демонстрировали более выраженную реакцию на изображения сердитых лиц, которая измерялась активностью миндалевидных тел мозга, координирующих страх. Учёный подозревает, что такой стресс со временем способствует формированию артериальных бляшек. Он показал также, что в группе из 48 женщин, за которыми наблюдали в течение примерно 20 лет, более высокий уровень стресса коррелировал с уменьшением объёма гиппокампа, важного для обучения и памяти. У животных хронический стресс тоже сокращает эту область мозга и препятствует обучению.
Эти корреляции поднимают серьёзные вопросы о роли стресса в наших жизненных достижениях. Уровень образования и школьная успеваемость давно связаны с социально-экономическим классом, и расхождения между детьми очевидны с самых первых лет. Одно из исследований показало, что у трёхлетних детей, родители которых имеют профессию, словарь вдвое больше, чем у сверстников из семей, живущих на пособие. Возможно, бедные родители просто меньше разговаривают со своими детьми.
Нейробиолог Марта Фара из Пенсильванского университета (США) отметила также, что у детей социально-экономический статус коррелирует со способностью концентрировать внимание и игнорировать отвлекающие факторы. Наблюдаются различия в функционировании префронтальной коры, связанной с планированием и самоконтролем.
«Не надо быть неврологом, чтобы понять: молодым семьям необходимы снижение стресса, более высокий уровень образования, больше поддержки всех типов, — говорит г-жа Фара. — Это не только вопрос равных возможностей, но и проблема общественного здравоохранения».
Исследования на животных помогли развеять сомнения в том, что болезни и тревоги сопутствуют жизни в нижней части социально-экономической пирамиды. Самки приматов более склонны к развитию сердечных заболеваний по сравнению со своими коллегами с более высоким статусом — например, это связано с тем, что они едят нездоровую пищу. Чем ниже статус макаки, тем сильнее работают гены, участвующие в воспалении. У высокопоставленных самцов раны заживают быстрее, чем у нижестоящих. Самцы низкого ранга чаще выбирают кокаин вместо пищи.
Но отчаиваться не стоит. Экспрессия генов нормализуется по мере возвышения особи. «К тому же есть вероятность контекстуальных влияний, которые не всегда неизменны», — подчёркивает Дэниэл Хэкмен из Питтсбургского университета (США). И всё же у людей, столкнувшихся с трудностями в первые годы жизни, нервная система работает немного по-другому. Правильное воспитание и широкие социальные связи необходимы для развития мозга и созревания здоровой реакции на стресс. Именно этого нас лишает бедность. Если ваши папа с мамой зарабатывают мало и погружены в мысли о необходимости заплатить за квартиру, а вокруг раскинулся криминальный район, едва ли они будут хорошими родителями. В США каждый пятый ребёнок живёт за чертой бедности, что на 35% больше, чем десять лет назад. ЮНИСЕФ поставил США на 26-е место в списке 29 развитых стран по уровню детского благополучия. В том, что касается детской бедности, хуже США только Румыния.
Неравенство доходов в США растёт, и в результате снижается социальная мобильность. По некоторым оценкам, за американской мечтой лучше ехать в Канаду или Западную Европу. Хотя к концу XX века граждане США стали жить дольше, это произошло за счёт обеспеченных слоёв населения, тогда как лица, не имеющие среднего образования, не испытали значительных улучшений с середины XX века. Малообразованные белые потеряли несколько лет продолжительности жизни в последние десятилетия.
Национальный исследовательский совет сообщает, что американцы в среднем болеют чаще и живут меньше, чем обитатели 16 других богатых стран мира. По распространённости диабета у взрослых старше 20 лет США занимают первое место, а по уровню смерти от ишемической болезни сердца и лёгочных заболеваний — второе. Японцы курят больше, чем американцы, но переживают их. Французы и немцы пьют больше, но тоже почему-то живут дольше. Это тем более удивительно, что США тратят на здравоохранение почти в два раза больше на душу населения, чем страна, занимающая по этому показателю второе место.
Из этого следует, что вопрос о социальном неравенстве не нравственный, а экономический. Чем больше денег вкладывается в социальные службы, тем лучше отдача в дальнейшем. Стресс — проблема не бедных, а всех и каждого.
При использовании материалов с сайта активная ссылка на него обязательна
