ЖДИТЕ ОТВЕТА

"Алфавит", 18.10.2001, Москва, n42, стр. 12-13



Я к ним "здрасьте-здрасьте", инопланетяне меня игнорируют...





Собрав рюкзак, я позвонил Аркадию Натановичу Стругацкому.

- Инопланетяне прилетели, - сказал я.

Классик помолчал. Что-то булькнуло.

- Давно пора, - спокойно сказал он. - Передавай им привет.





Все-таки права была писательница Ольга Ларионова, клятвенно заверявшая, что Аркадий и Борис Стругацкие - это инопланетяне, потерявшие связь с кораблем-маткой. Меня ждал М-ский треугольник.

Публикация в конце 80-х годов в "Советской молодежи" наделала шуму на весь Советский Союз и даже за его пределами - тираж газеты был, страшно сказать, около миллиона.

Трудился тогда в газете симпатичный молодой человек Паша М. Особыми талантами он не блистал, но был приятен в общении, писуч и трудолюбив - так, с удовольствием ездил в дальние командировки. Одна из них привела его в Пермь. Пашу пригласили местные уфологи, восхитившись мастерством, с которым он передрал какой-то материал об НЛО из зарубежной прессы.

Оттуда он и привез сенсационные материалы об М-ском треугольнике. Пермские уфологи доставили рижанина в район деревни Малебки (чего уж там хранить тайну!) и почтительно наблюдали, как Паша въедливо и бесстрашно изучает то, что открылось его глазам.

А открылась его глазам сенсация космического масштаба - контакт состоялся!

Эти сочные травяные угодья не посещают даже коровы, а медведи торопливо уносят лапы. Оказывается, глухие таежные места на берегу прозрачной речки Сосьвы в силу каких-то загадочных причин избрали посадочной площадкой целые стаи внеземных цивилизаций. Среди них были и доброжелательные и вредные, с которыми лучше бы не сталкиваться. Правда, ни кораблей, ни тарелок никто в глаза не видел, но Паша заверил, что они там регулярно болтаются, он записал диалоги пришельцев. В общем, жутко перепугал читателей, передав мрачные предсказания инопланетян о грядущих бедах и катаклизмах.

Естественно, такого шанса пообщаться с инопланетянами упускать было нельзя.

Загрузившись в старенький "Жигуленок", мы рванули в дорогу и через пятьдесят два часа чистого хода остановились у деревушки Малебки. Еще час ходьбы через буреломы - и мы разбили палатки на высоком берегу Сосьвы.

На другое утро мои спутники обнаружили первые следы внимания инопланетян к нашей экспедиции. Правда, мы уже не были для них экзотикой. Как редакция ни хранила тайну буквы "М", в чаще разбили бивуаки еще с полдюжины компаний рижан, и когда я натыкался в лесу на человека с кастрюлей-скороваркой в руках (как выяснилось, прекрасный локатор), сразу же говорил ему: "Свейки!"

- Ты только посмотри! - возбужденно сообщил мне коллега. - Завинтил спиннинг как только мог, положил в багажник, а когда вынул - весь разболтан! И еще. Вечером ставил кеды носками наружу, а проснулся - они лежат на боку носками внутрь. Но вот что самое главное... - он осторожно раскрыл записную книжку, между страницами которой уже угнездился какой-то лесной мусор. - Видишь эту травинку? Изогнута точно как созвездие Вероники!

Мои слабые возражения, что после двух суток тряски в багажнике развинтилась бы даже чугунная чушка, что при жизни в палатке кеды могут оказаться даже под головой, а веточки и травинки, как их ни выкидывай, обязательно найдут себе приют среди вещей, - все эти возражения были отринуты на корню, как пронизанные гнусным скептицизмом.

Мне не меньше, чем коллегам, хотелось пообщаться с инопланетянами. Но сказывалось отравившее меня на всю жизнь руководящее указание древнего монаха Оккама: "Не умножай число сущностей сверх необходимости". На современном языке это был простой и мудрый совет: сталкиваясь с чем-то странным и непонятным, не воспаряй в поисках объяснений в заоблачные выси. Пошарь сначала под боком. Руководствуясь этим принципом, я и пустился на поиски.

Как установил Паша М., инопланетяне давали знать о своем появлении, оставляя дырочки в коре деревьев на опушках. Паша насчитал их пару десятков. Я сбился на второй сотне и, поколебавшись, совершил кощунство: вырезал ножом несколько кусков коры с полукружиями загадочных дырочек. Среди диких и оголодавших исследователей оказался зоолог. Скрывая свои порочные намерения, я попросил консультации.

- Да это же поползень, - ничтоже сумняшеся ответил наивный зоолог. Вот и следы ее коготков. Она вниз головой ползает по стволу и долбит клювом кору, доставая жучков.

Разочарования сыпались, как горох из дырявого мешка. Паша не только взволнованно и поэтично описал мрачную стену вековых стволов черной тайги. Он установил, что там, где корабли шли на посадку, вершины деревьев были срублены. "Как мечом", - нашел Паша поэтическое сравнение. Весь день я, чертыхаясь, ползал по бурелому в поисках следов этой космической рубки. Упавших верхушек было до черта - обломившихся от старости.

Коровы, скорее всего, не читали Пашиных опусов, и когда жители Малебки гоняли их сюда на выпасы, не сопротивлялись. Нимало не стесняясь присутствия космических гостей, они повсюду оставляли следы своей жизнедеятельности, большие и убедительные. Бродили тут и медведи, внушительные следы лап сам видел.

Руководствуясь указаниями Паши, я выбрался на поляну со старой развалившейся клетью. По его рассказам, здесь зашкаливало все приборы, а если опустить часы в ямку, они начинали идти чуть ли не в другую сторону. Но мои проявили удивительную стойкость привычек: шли себе как ни в чем не бывало.

Наконец, набравшись духу, ближе к ночи я отправился к месту рандеву с космопришельцами. Находилось оно неподалеку от нашего лагеря, на берегу речки, куда сквозь пролом в стене деревьев и выходили инопланетяне. До поры до времени мы обходили это место стороной, и когда за мыском скрылся огонек нашего костра и меня обступила тьма, признаюсь, стало как-то не по себе. "Появится сейчас какая-нибудь шестиметровая зеленая дама, - мрачно подумал я, - положит на ладонь и прихлопнет..." Изрядно продрогнув и поймав себя на том, что начал думать о совершенно не подобающих в этой обстановке вещах, я вернулся обратно.

- Ну как? - с замиранием голоса спросила меня спутница коллеги.

- Никак, - буркнул я. - Не пришли. Спят, наверно...

- Не глянулся ты им, - сокрушенно вздохнула собеседница.

Вот ее инопланетяне регулярно посещали во сне, и по утрам я с завистью слушал увлекательные рассказы о цветных пятнах, что ночью бродили по своду палатки. Меня космические пришельцы подвергли остракизму: после прогулок на свежем воздухе я спал как убитый.

Утром я бодро пробежался до места несостоявшейся встречи и убедился, что мог не опасаться шестиметровой зеленой дамы. В плотной стене деревьев в самом деле был проложен лаз. В виде полуметровой дырки. От него к воде тянулся отполированный глиняный желоб, по которому так удобно было скатываться бобрам.

Оставалось только выяснить тайну записей пермских уфологов. Паша рассказал, что инопланетяне выходили с ними на телепатическую связь. И если несколько человек самостоятельно зафиксировали одни и те же телепатемы...

Контактерша-медиум Инга от встречи уклонилась. Да, записи в самом деле имелись. На удивление схожие. Они и не могли быть иными. Уфологи садились в кружок, Инга вздымала руки к небу и вещала: "Передаю сообщение с Альфы Центавра!"

Таежные исследователи с помощью "Спидолы" ловили статические разряды из-за туч, возбужденно рассматривали непроглядные, безнадежно испорченные снимки и в их переливах видели темные шары и овалы. После моих осторожных намеков, что феноменом М-ского треугольника стоило бы заняться психологу, если не психиатру, я окончательно выпал из круга приобщенных к высоким истинам...

Тем не менее я с искренним удовольствием вспоминаю эти дни на берегу чистейшей Сосьвы. Посуду мы не мыли: клали в воду, и ее до блеска вылизывали рыбешки. Воздух хотелось прокачивать через себя гектолитрами. До чего приятно было под шелест теплого дождичка валяться в палатке и сквозь распахнутый полог наблюдать, как на фоне темного леса на другом берегу бесшумно несутся огромные фигуры в плащах с остроконечными капюшонами, - их-то и описывал Паша.И как-то не хотелось думать, что это всего лишь дымные столбы от затухающего костерка, подгоняемые легким ветерком.

И уж поистине райским блаженством было пиршество из цельного молока и теплых ломтей хлеба с медом, которыми нас угостили добросердечные жители Малебки, когда мы, отощавшие и обросшие, выбрались из тайги. За столом они выдали тайну огненных столбов и сполохов, которые действительно иногда вставали на горизонте.

- Так тут же военных полигонов полно, - бесхитростно продал военную тайну дед Пафнутьич.

В Риге мои спутники стали звездами первой величины. Они выступали по три раза в день в переполненных залах, за приличные гонорары рассказывая о непостижимых тайнах М-ского треугольника. Я же выступил только один раз, но мой бенефис имел скандальный характер. Я рассказал примерно о том, что вы прочитали. Треть слушателей возмущенно покинула зал. Правда, оставшиеся пожимали мне руку и благодарили, что я избавил их от страхов.

Но до сих пор я ломаю голову: кто же все-таки прилетал в М-ский треугольник?

Рига