|
Невидимые спутники альпинистов и исследователей
|
|
|
|
Спускаясь сквозь туман с горы Бен-Макдуи, Норман Колли услышал позади себя шаги. Каждые несколько его собственных шагов сопровождались более тяжелым хрустом — словно кто-то другой шел следом, делая гораздо более широкие шаги. Вокруг никого не было. Колли прислушался, попытался отмахнуться от услышанного и продолжил путь вниз. Но звуки не прекращались. В конце концов, опытный альпинист настолько испугался, что бросился бежать, спотыкаясь о валуны и преодолевая мили в сторону леса Ротимерчус.
|
|
|
|
Позже, в 1925 году, на встрече клуба «Кэрнгорм» Колли рассказал об этом случае. Его история стала прочно ассоциироваться с легендой о «Большом сером человеке» с горы Бен-Макдуи, хотя сам Колли не видел никакой серой фигуры. В тумане не мелькало ни лица, ни силуэта, ни чего-либо, что могло бы скрыться за камнями. Его встревожило именно присутствие невидимого путника, который следовал за ним, шагая гораздо шире, чем он сам.
|
|
|
|
Поскольку никакой фигуры видно не было, Колли мог описать лишь сами звуки и свою реакцию на них. И все же пережитое потрясение было настолько сильным, что заставило его бежать сломя голову по пересеченной местности. Кем бы ни был тот, кто сопровождал его при спуске, Колли больше не хотел встретиться с ним в одиночку.
|
|
|
|
|
|
|
Другие посетители Бен-Макдуи также рассказывали о столкновениях с подобным неуловимым «присутствием». Одни слышали шаги. Другие чувствовали, что за ними наблюдают, или испытывали внезапные перемены в настроении, с которыми было почти невозможно совладать. Эти свидетельства создали горе дурную славу: здесь, по-видимому, обитало нечто более пугающее, чем просто причудливые очертания в облаках. Это нечто могло заявить о себе, не принимая при этом никакого различимого облика.
|
|
|
|
Одним из тех, кто столкнулся с подобным явлением, был спасатель Питер Деншем. В мае 1945 года, во время проведения спасательных работ, он остановился недалеко от вершины и почувствовал, что вокруг что-то изменилось. Гору окутал туман, и Деншему показалось, что за ним кто-то наблюдает. Затем раздался хруст шагов по снегу. Как и Колли до него, Деншем в страхе покинул это место.
|
|
|
|
В подобных встречах есть нечто пугающе близкое. Если видишь фигуру вдалеке, за ней можно наблюдать, к ней можно подойти или, наоборот, избежать встречи с ней. Шаги, звучащие совсем рядом, говорят о том, что некая встреча уже началась. Тому, кто их слышит, приходится решать: остановиться и подождать, обернуться в сторону того, кого не видно, или идти дальше, осознавая, что некто, по-видимому, следует следом.
|
|
|
|
Деншем также рассказал о еще более странном случае, произошедшем с его коллегой-спасателем Ричардом Фрером. В тот раз «невидимый гость» не просто прошел где-то поблизости. Фрер начал говорить так, словно вел с кем-то беседу, а вскоре и сам Деншем оказался вовлечен в этот разговор. Какое-то время оба мужчины вели себя так, будто присутствовал кто-то третий. Впоследствии они не смогли ни вспомнить, кем был этот третий участник, ни сказать, о чем шла речь.
|
|
|
|
В этом рассказе остаются досадные пробелы. Не сохранилось ни самого содержания беседы, ни описания того, кто якобы говорил, ни внятных подробностей того, как этот «некто» исчез. Тревожит сам факт того, что оба мужчины были убеждены в присутствии постороннего — и лишь потом осознали, что никого не было.
|
|
|
|
Среди других случаев, о которых сообщал Фрер на горе Бен-Макдуи, было внезапное, гнетущее чувство отчаяния, которое словно подавляло его собственные мысли. Покинуть гору становилось непросто — воля к действию будто ослабевала. А когда он все же выбирался с горы, его охватывал страх.
|
|
|
|
В совокупности эти истории описывают встречу, которая могла начаться еще до того, как человек замечал что-либо необычное — видел или слышал. Первым сигналом могло стать предчувствие: твердая уверенность в том, что за тобой наблюдают, внезапная и неприятная перемена в настроении или ощущение, что кто-то стоит совсем рядом. Объяснение могло прийти позже — а могло и вовсе не появиться. На горе главной задачей было одно: уйти как можно скорее.
|
|
|
|
Впрочем, невидимый спутник не всегда был тем, от кого хотелось бежать. В других местах путешественники описывали столь же отчетливое ощущение присутствия кого-то еще — ощущение, которое приносило не ужас, а, напротив, чувство поддержки. Один из самых известных подобных рассказов принадлежит Эрнесту Шеклтону и относится к 1916 году, когда он пересекал остров Южная Георгия.
|
|
|
|
Шеклтон совершал этот переход вместе с Фрэнком Уорсли и Томом Крином, преодолевая горы и ледники в поисках помощи. Во время изнурительного тридцатишестичасового пути ему неоднократно казалось, что их сопровождает еще один человек. Их было трое, но Шеклтону казалось, что в группе — четверо.
|
|
|
|
Во время перехода он никому об этом не сказал. Впоследствии Уорсли упомянул, что он тоже чувствовал, будто с ними путешествует кто-то еще; Крин подтвердил, что у него сложилось такое же впечатление. Шеклтон объяснял их спасение проявлением Провидения и включил описание этого случая в свой отчет об экспедиции, несмотря на то, что рассказать об этом было непросто.
|
|
|
|
У его «дополнительного» спутника не было ни отчетливого лица, ни голоса. Не было и встречи с незнакомцем, который затем бесследно исчез. Весь опыт сводился к устойчивому ощущению, что в их маленькой группе присутствует еще кто-то.
|
|
|
|
Если сопоставить это с рассказом Колли, контраст поразителен. Оба мужчины описывали присутствие кого-то невидимого, но эмоциональный характер этого присутствия был совершенно разным. На горе Бен-Макдуи Колли решил, что его кто-то преследует, и в ужасе бежал. На острове Южная Георгия Шеклтон, напротив, воспринимал это дополнительное присутствие как часть пути, который, как ему казалось, проходил под чьим-то незримым руководством.
|
|
|
|
Это различие становится еще более явным, если обратиться к опыту Фрэнка Смайта на Эвересте в 1933 году. Совершая одиночное восхождение, Смайт чувствовал, что рядом с ним кто-то есть. Это ощущение избавило его от чувства одиночества и подарило уверенность в том, что он находится под защитой. Ему даже казалось, что он связан со своим спутником веревкой — и тот удержит его, если он поскользнется.
|
|
|
|
Это присутствие стало настолько привычным, что, когда Смайт остановился перекусить мятным лакомством, он разломил его пополам и обернулся, чтобы предложить часть своему спутнику. Осознание того, что рядом никого нет, стало для него настоящим потрясением.
|
|
|
|
Это был самый обычный жест, совершенный в совершенно необычных обстоятельствах. В тот момент поделиться едой казалось вполне естественным — ведь создавалось полное впечатление, что рядом находится другой человек. Смайт описывал этого «спутника» как дружелюбного и готового помочь; это присутствие поддерживало его во время одиночного восхождения. Описание этого случая было опубликовано уже в 1934 году.
|
|
|
|
Здесь прослеживается сходство со случаем Деншема и Фрера на горе Бен-Макдуи. В обеих историях переживание переросло в социальное взаимодействие: Смайт предложил еду, а спасатели, по их словам, беседовали с неким «дополнительным участником». Это действия, которые люди обычно совершают в компании, — и здесь они были предприняты еще до того, как отсутствие реального человека стало очевидным фактом.
|
|
|
|
Впрочем, это сходство не означает, что сами события были идентичны. Спутник Смайта дарил утешение. Случаи на горе Бен-Макдуи относятся к гораздо более тревожным переживаниям, а разговор, о котором вспоминали Деншем и Фрер, впоследствии остался совершенно недоступным для понимания. Объединяет их лишь то, с какой легкостью пустое, казалось бы, пространство наполнялось чьим-то присутствием.
|
|
|
|
Пожалуй, самая запоминающаяся деталь в рассказе Смайта — это половинка лакомства, протянутая тому, кого на самом деле не было. Это придает физическое воплощение переживанию, которое в ином случае трудно себе представить. Шеклтон мог описать появление еще одного участника экспедиции; Колли — ритм шагов. Смайт вспоминал, как обернулся, держа в руке еду.
|
|
|
|
Подобные детали усложняют привычный образ «призрака» в дикой местности. Эти «гости» не обязательно представали в виде полупрозрачных фигур или говорили бесплотными голосами. Порой возникало лишь некое присутствие: кто-то следовал следом, кто-то наблюдал, кто-то шел рядом. Человек, столкнувшийся с этим, словно точно знал, где именно находится «другой», даже если видеть было нечего.
|
|
|
|
На горе Бен-Макдуи такое присутствие зачастую воспринималось как угроза. Шаги раздавались прямо за спиной идущего. Из-за чьего-то незримого наблюдения привычное занятие внезапно становилось невыносимым. В рассказе Смайта спутник находился совсем рядом — настолько близко, что можно было поделиться с ним едой; казалось, он даже мог предотвратить падение. Для Шеклтона же это присутствие ощущалось среди людей, совершавших переход.
|
|
|
|
Независимо от того, вызывал ли этот «дополнительный путник» страх или радость, он становился частью путешествия без всякого представления. Никто не видел, как он приближается. Не было какого-то конкретного момента, когда одиночество заканчивалось — приходило лишь растущее осознание того, что оно осталось позади.
|
|
|
|
Именно это придает подобным свидетельствам такую ??поразительную устойчивость. Ландшафт при этом может вовсе не меняться: альпинист по-прежнему узнает склон, снег и маршрут впереди, но при этом обретает твердую уверенность в том, что обстоятельства вокруг него совершенно иные. Он больше не один, или же состав группы стал не таким, каким был в начале пути.
|
|
|
|
После пережитого Колли больше не хотел отправляться в горы в одиночку. Для Смайта этот опыт оказался настолько обнадеживающим, что он даже попытался поделиться с «незнакомцем» своей провизией. Шеклтон вспоминал об этом присутствии, описывая борьбу своих спутников за выживание. Каждый вынес из такой встречи что-то свое, но всех их объединяло одно: в их путешествиях количество участников казалось неопределенным.
|
|
|
|
Где-то среди звуков шагов, разговоров и предложенной еды скрывается нечто неуловимое — встреча с незнакомцем, которого, возможно, никогда не удастся увидеть, но который на какое-то время становится столь же реальным и осязаемым, как человек, идущий рядом с вами.
|
|
|
|
Источник
|