Исповедь ученого

Сегодня на Земле примерно 6 миллиардов человек, а значит 6 миллионов тонн мозгового вещества. Но в науке фундаментальные проблемы также далеки от разрешения, как и сто, и двести лет назад. До сих пор учёные не в состоянии чётко ответить на вопросы, что такое масса, инерционность, поле, какова природа силы, в том числе и гравитационной. Вероятно, рост количества людей на Земле не ведет к росту числа учёных-исследователей, приносящих цивилизации новые представления о мироздании.

Скорее всего, растёт телесная масса цивилизации и не более. Увеличение телесной массы вынуждает решать проблему питания, а она тем острее, чем больше масса. Если питания мало, то все иные проблемы отходят на второй план, и человечество, становясь более прагматичным, сосредотачивается на добыче пищи, на борьбе за территорию и собственную нишу. Мораль отходит на второй план.

Представляя человечество единым живым организмом, мы конста-

тируем рост его телесной массы. Потребление растёт, но возможности окружающей среды остаются прежними. Если однажды потребление превысит возможности среды к воспроизводству, то на Земле разразятся серьёзные конфликты, а, по сути, - банальная борьба за пропитание.

Некоторые сильные мира сего, не от большого ума, правда, уже объявляют чужие территории зонами своих интересов. Это первый сигнал к тому, что на Земле пригодного для жизни пространства становится всё меньше и меньше. Если ситуация станет катастрофической, то на фоне уничтожения человеческой массы произойдёт и уничтожение фундаментальных научных достижений, что равносильно откату на доисторические позиции. Каков выход, если мы не хотим вернуться в каменный век?

Попытки искусственно ограничить рождаемость не приводят к желаемым результатам. Уж слишком сильно в человеке развито стремление к самовоспроизводству. Освоение других планет? Космические

технологии чересчур примитивны для этого. Освоение морских глубин? Но с нашими технологиями моря и океаны быстро станут помойками.

Некоторые говорят, что природа сама, через естественный отбор, расставит всё по своим местам. Но тогда причём здесь человек разумный? Поведение представителей научной сферы в целом мало отличается от поведения собратьев из иных социальных ниш. «Учёные», обзаведясь званиями и степенями (у многих это первостепенная цель), стремятся занять наиболее благоприятную, но каждый свою нишу в научной сфере деятельности. Далее сценарий банален: если появляется «незапланированный» талант, то кто-то из уже устоявшейся команды должен освободить место. Именно поэтому возникают трудности при продвижении новых представлений о физических процессах и явлениях. Увы, таков процесс существующего научного познания.

Что касается финансирования фундаментальных научных исследований, то оно зависит от всего, чего угодно, только не от доброй воли общества и искреннего стремления понять и освоить мир, в котором мы живём. Нужно было, например, создать атомную бомбу, чтобы сначала догнать, а затем перегнать конку-

рента, так по указанию товарища Сталина затянули пояса у всей страны, но цели добились. Но это при диктатуре. При демократии сложнее. Никто не даст денег на супердорогой «безумный» проект, пока СМИ не нагонят на сограждан страх перед агрессивными соседями по планете. Так, например, чтобы выбить деньги в конгрессе США на

космические исследования, политики стали пугать народ угрозой из космоса. Если бы такую «байку» придумать и раскрутить не удалось, то многие научные работники остались без работы.

Каждое «тело» стремится создать запас. Если «тело» общества обуревает страх голода, то оно «платит» только за те исследования и технические решения, которые позволят утолять эту систематическую потребность. Если имеется страх перед вторжением извне, то «вот вам деньги, только обезопасьте от пришельцев». Что же касается перспективных исследований, то есть поиска ответа на вопрос «что делать, если грянет перенаселение или ещё какой-нибудь природный катаклизм?», то имеющих деньги, а потому сытых и находящихся в относительной безопасности, это мало волнует. Многие из них думают: «На мой век хватит, да и моим потомкам тоже!»

Многие исследователи знают» что космос, хоть и кажется «пустым», но далеко не безопасен. Мы, например, до сих пор не знаем, что произошло с Фаэтоном, который был полноценной и, возможно, обитаемой планетой. Да и звёзды время от времени взрываются, превращаясь в сверхновые! Со стороны, конечно, выглядит красиво, но как знать, быть

может, во время взрыва погибли миллиарды разумных существ?

Однако некоторые «учёные» убаюкивают народ: не бойтесь, Солнце спокойно, а потому всё нормально. Но насколько, никто из них сказать не может. Да и как требовать от них ответа, когда они до сих пор не могут объяснить, откуда Солнце берёт дополнительную энергию, чтобы светить! Общепризнанные расчёты показывают, что для этого термоядерной энергии явно недостаточно. Что касается других идей, то для них они - лженаука.

Можно также представить ситуацию, когда обнаруживается летящий с огромной скоростью в направлении Земли болид. Ощущение не из приятных, однако, тогда вопрос финансирования разработчиков новых способов перемещения в пространстве был бы решен моментально. Цивилизация сосредоточила бы все ресурсы, а учёные, политики и бизнесмены забыли о занятых ими нишах и амбициях.

Здесь напрашиваются два исхода. Первый - мы не успеваем создать более универсальный, чем традиционная ракета, аппарат для полёта в открытом космосе. Второй - учёным и технологам удается понять, как изготовить несколько тысяч компактных и малозатратных летательных аппаратов.

В первом случае спастись, то есть вылететь на околоземную орбиту, удастся сотне человек. Остальные будут обречены на гибель, хотя и те, кто будут находиться на околоземной орбите, имеют крайне низкие шансы уцелеть - куда полетишь, если реактивный двигатель требует безмерного количества топлива (к.п.д. в лучшем случае 5%).

Во втором случае ситуация более обнадёживающая: несколько тысяч человек - это, по крайней мере, не сто. Как будет вести себя сохранившийся «генофонд», сказать трудно, но факт, что в его распоряжении будут более манёвренные и менее энергозатратные машины, обнадёживает. Во всяком случае, шанс выжить у новоявленных «Адама» и «Евы» будет гораздо выше, чем в первом случае.

Происходящее сейчас в науке и человеческом обществе наводит на грустную мысль, что все это уже когда-то случалось неоднократно. Быть может, люди устали выживать в бесконечных просторах Вселенной и времени, и не желают более, а потому признают себя побеждёнными? Быть может, не нужны наука и учёные? Но тогда нужно честно сказать об этом и фундаментальную науку, как вид деятельности, запретить навсегда.

Юрий Иванов,

академик РАЕН.

http://mirit.narod.ru.

На грани невозможного 4,2001