Кровавые камни Аусангате

Кровавые камни Аусангате

Коренным жителям Латинской Америки Христос представляется в виде горного пика, навевающего человеку дивные видения и чувства. И чтобы их испытать, они готовы карабкаться до области вечных льдов.

Дань людям и богам Это было необычное восхождение – в нем участвовали сотни людей. К востоку от древней высокогорной столицы инков Куско расположено одно из самых почитаемых святилищ – Койлльюр Рити, что находится на самой высокой скале горы Аусангате. Туда приходят не только горцы Перуанских Анд, но и индейцы со всей Латинской Америки. Происходит это ежегодно в июне, во время католического праздника Тела Господня.

Как ко всякому восхождению в горах, к паломничеству на Аусангате нужно хорошенько подготовиться. Прежде всего, запастись теплой одеждой, поскольку наверху безумно холодно. Даже многие из молодых людей надевают по трое брюк и по четыре шерстяных джемпера. По заведенной традиции – ведь молиться они будут не только за себя, но и за односельчан – собирающиеся в паломничество взимают на деревенском рынке в качестве дани провизию: продавцы охотно подают на столь благое дело маис, картофель, масло, макароны. И обязательно – пакетики с листьями коки, которые придадут сил.

Как принято, перед дорогой – трапеза. Закуска не обильная. Но главное, по кругу, из рук в руки переходит бутылка с каньей – обжигающим самогоном из сахарного тростника. Перед тем как отхлебнуть этой горячительной жидкости, каждому нужно плеснуть на землю несколько капель – это дань богине Пача Маме, матери-земли.

Теперь – в путь. Вначале – несколько десятков километров к подножию на грузовиках. На них, кстати, погружены альпаки и ламы – эти выносливые, смирные, послушные домашние животные, «мини-верблюды», предназначены для жертвоприношения. Католическая общественность в глухих уголках Латинской Америки с жертвоприношениями животных предпочитает чересчур активно не бороться.

Вместе с паломниками едут и кинооператоры, фотокорреспонденты, журналисты. По ходу паломничества будет отслеживаться вся процессия. Бледнолицые парни с блокнотами, ручками и фотоаппаратами любят совать свой нос куда их просят и куда не просят. Индейцы, просвещенные христианством, белых людей в жертву больше не приносят, хотя век-два назад такое нередко случалось… Последняя остановка перед святыней ждет у горной деревушки на высоте пять тысяч метров. Здесь возникает импровизированный городок, палаточный лагерь и своеобразный передвижной рынок.

Это сбор перед броском к леднику. Кто достаточно состоятелен, может получить за небольшую плату еду и ночлег в комфортабельной палатке, а кто победнее, тот довольствуется прихваченными продуктами, тряпьем и брезентовыми накидками.

Кроме молитвы и благословения священника в деревенской церквушке, стоянка обеспечивает «детей Анд» забавой на оживленном рынке. Это, как отметили журналисты, «царство иллюзий» – место, где можно купить и продать мечту. Здесь идет торговля и фальшивой валютой, и фиктивными акциями. Все заранее знают об «аферах», но не считают их надувательством, а вовлекаются в детскую игру по принципу «не обдуришь – не продашь».

По этим фантикам тут можно приобрести не только диплом крупного специалиста, но и «стадо свиней», «виллу с бассейном» и даже жениться… Понарошку-то понарошку, но какое развлечение и утешение! Кресты на скалах Оставлены на склоне грузовики и палатки, началось восхождение. Дышать все тяжелее. Горцам с их более развитыми легкими высота привычнее, а «бледнолицым братьям» становится не по себе.

Индейцы предлагают листья коки. Пожевав их, можно «погасить» артериальное давление. Но перед этим не забыта богиня Пача Мама. Один из паломников взял несколько листочков коки, свернул их и закопал в землю. Приняв дань, богиня должна оберегать восходителей.

Но, оказывается, на мулов эта благодать не распространяется. Вот один из них, поскользнувшись, рухнул в расщелину эдак метров двести глубиной… Нескончаемая вереница паломников двигается все медленней. Не зря горцы говорят: тот, кто спешит, напрасно теряет время. Нередко приходится останавливаться, чтобы перевести дух. По пути на черных скалах воздвигают кресты. В целом, на расстоянии восьми километров их было установлено двенадцать.

Подобные скалы у инков называются «уаки» – святилища. Возле них паломники останавливались, чтобы спеть и потанцевать: сил хватало на веселые зажигательные пляски. Музыка и танцы помогали преодолевать усталость и холод.

Рядом со скалами и крестами находятся сложенные из камней холмики. На них индейцы кладут свои подношения – хлеб и фрукты. К такому холмику каждый добавлял принесенный от подножия свой камень.

Католическая церковь, расставив здесь кресты, хотела превратить эти священные скалы в места для покаяний. Но у индейцев сохранились свои верования.

Положенные камни у скал – это символ жизни, признание своей принадлежности к Природе. Здешние люди, по поверьям, родились из камней и после смерти снова превратятся в них.

Для «детей Анд» гора Аусангате и церковь – одно целое. Они не стали протестовать против новой веры, которую внедряли здесь католические миссионеры.

Во-первых, сопротивляться такой большой силе было бессмысленно. Во-вторых, церковь не заслоняла им священную гору.

Так, за внешней покорностью, сохранились и древние верования. Почему Пача Мама не может ужиться с Мадонной, Иисусом Христом? Почему люди должны враждовать? Пока что земли всем хватает.

А недоразумения можно устранить… Паломники подошли к «великой уаке» – главной скале. Священники попытались распространить свою власть и на это языческое святилище. Капище было заключено в стены церкви. Но индейцы прорубили в ней окно – оно открывало вид на Куско, центр андской вселенной.

Церковники попытались перехитрить язычников – они водрузили перед окном крест. В этом «состязании» индейцы посвоему одержали победу: они возложили на крест камень, похожий на багровое око. Это был знак того, что «взгляд уака» был обращен к тому же Куско.

Мистика высокогорья О верованиях андийских племен, связанных с культом гор, известно издавна.

Современные потомки инков верят, что у апуса, или горного божества, есть свои замки внутри священных пиков, таких, как Аусангате. На многих вершинах и сейчас совершаются ритуальные обряды, даются клятвы. И ничем эту веру не изжить.

По признанию ряда восходителей и даже просто людей, часто бывающих в горах, одухотворение, очеловечивание или обожествление поднебесных обителей находит свое объяснение. Поднимаясь на большую высоту – 5-6 км (а такова примерно средняя высота андийских пиков), волей-неволей проникаешься в той или иной мере мистическим чувством перед вершинами.

Не последнюю роль здесь играет экстремальное состояние организма, вызванное недостатком кислорода и пониженным давлением воздуха. У меньшинства наступает угнетенное состояние, у большинства – ощущение эйфории, возбуждения.

У некоторых перед глазами появляются видения. Немало путников признавалось, что на значительных высотах они нередко чувствовали себя как-то неуютно, будто ощущая, что присутствует кто-то невидимый и ведет наблюдение… Что и говорить, здесь, среди этих неприступных, грозных, непредсказуемых гигантов, даже самый просвещенный «гомо сапиенс» не лишен осознания того, что он – лишь ничтожная песчинка в мироздании космоса. В ночное время при идеальной прозрачности воздуха кажется, что даже звезды становятся намного ближе. Ну, а местным горцам таинственность, населенность гор духами и богами передается через родовые предания. Словом, вершины воодушевляют и вдохновляют.

При мерцании света, движении пластов тумана кажется, что скала дышит.

Паломники крестились перед изображением Христа и подходили поближе, чтобы дотронуться до багрового камня.

Многие плакали. От переизбытка чувств, от воспоминаний о прожитом, грехах и радостях… Театр жизни А чтобы дело не доходило до отчаяния, недалеко от «камня крови Христовой», располагается «волшебное» место. На ровной площадке собирались зрители и люди в масках. Самодеятельные артисты в цветных вязаных масках изображали животных, чиновников, а то и саму Смерть. Эта последняя не с косой, а с плетью могла наброситься на всесильного бюрократа, а то и на лицемера-священника. Довольные зрители покачивались в такт музыке и пению. «Театр жизни» отвлекал от грустных мыслей.

В полночь – прелюдия к последнему действу. На восхождение к самой вершине пойдут не все – собрание старейших выбрало 700 человек. Это «укуку» – ряженые танцоры, которые изображают медведей, сторожей духа гор Апу. Крепкие, высокие молодые люди, в накидках с красными и черными капюшонами, с лицами в масках разделяются на четыре группы. Продвижение неторопливое, под несмолкаемую музыку и посвистывание ветра. В бледном свете луны впереди вырисовываются четыре пика Аусангате. К каждому направляются свои посланники.

Цель достигнута. В эту ночь великого обновления завершается ритуал. На леднике священник награждает одного из «укуку» ударами плети. Остальные опускаются на колени и начинают откалывать куски льда. Обжигающий ледяной скол заворачивают в кожаные тряпки, обвязывают кожаными ремнями и, взвалив на плечи, несут вниз, в родные деревни.

Влага эта священна – она пойдет на поля, обеспечит плодородие.

Взоры паломников обращаются к горе.

Когда первые лучи восходящего солнца касаются вершины, она становится местом, где совершается «брак» между землей – женским началом, и небом – началом мужским. Другие символы – лед и звезды. По преданиям инков, встреча воды и скалы породила их цивилизацию. Вода с небес сохраняла их силу, а выходящий из земли камень давал миру энергию глубин. К дарованным свыше благам необходимо относиться не только почтительно, но и бережно, чистоплотно.

Жители деревни Каркунка у подножия Аусангате следят за порядком и чистотой на крутых горных тропах. Оставшийся после паломников мусор своевременно убирается. Прерванные тишина и покой воцаряются до июня будущего года. Возле большой «уаке» остается дань, принесенная горе-святилищу.

*** Полное завершение церемонии состоится в Куско – «пупе Земли», как переводится название этого центра инкской цивилизации и духовности. Там будет произнесена молитва и совершится поклонение Иисусу Христу, родному брату Великого Инки, отважному воину… К другим же христианским святым у индейцев менее почтительное отношение.

Говорят, что в эту ночь праздника Тела Господня и святые не скучают: Христофор, известный бонвиван, не пропускает ни одной юбки, Иероним может даже не явиться домой, потому как подхватит дурную болезнь, у Бласа же – репутация вечного рогоносца. Праздник есть праздник, можно расслабиться и подурить после трудного восхождения…

Юрий СУПРУНЕНКО, кандидат географических наук

Тайная Власть 11,2009