О том, как наука исследует феномен шаманизма, «АиФ» поговорил с зав. Центром медицинской антропологии Института этнологии и антропологии РАН доктором исторических наук Валентиной Харитоновой. Дмитрий Писаренко, «АиФ»: Валентина Ивановна, зачем Академии наук понадобилось изучать шаманов?
Валентина Харитонова: Как зачем? Есть научные направления, которые давно сформированы. Шамановедение относится к религиоведению, с одной стороны, а с другой – к культурной и социальной антропологии. Это интересно этнографам, антропологам, психологам… Шаманы изучались издавна, традиционных шаманов описывали ещё первые путешественники по Сибири и Северу. На этой территории их изучают и современные учёные. Но сейчас есть и москвичи, считающие себя шаманами. Кстати, много шаманов, причём известных, вышло из стен факультета психологии МГУ. Например, его выпускница Алина Слободова стала шаманкой харнерского толка (школы, основанной американским антропологом Майклом Харнером). Другая, Вера Сажина, стала тувинской шаманкой. Один из местных стариков передал ей свои атрибуты, она считает себя его преемницей и даже камлает на тувинском языке, который специально выучила.
Шаманизм есть везде, на всех континентах, это общемировое явление. Поскольку его ритуалы яркие и красочные, они не могут не привлекать внимание учёных. Когда первые русские путешественники столкнулись с ним, для них, как нетрудно догадаться, это стало культурным шоком. О нём тогда говорили то как о психической аномалии, то как об особых религиозных воззрениях.
– А во времена СССР?
– Нельзя сказать, что шаманизм при советской власти исчез совсем, иначе бы он так быстро не возродился в 90-е. Между прочим, в сибирской глубинке я не раз слышала о том, что коммунисты первыми бежали к шаманам, когда им это было нужно.
Кстати, в СССР изучалось такое явление, как гипноз, а поскольку считается, что шаманы могут им владеть, то к ним был научный интерес со стороны нейрофизиологов. Скажем, Владимир Бехтерев не обходил вниманием эту тему. Его помимо гипноза интересовала и проблема телепатии – передачи мыслей.
– Тогда и у спецслужб должен быть интерес. Ведь гипноз и телепатию можно использовать в разведке – узнавать всякие тайны у врага.
– (Смеётся.) Я не работала со спецслужбами, поэтому не знаю. Их исследования засекречены. Но известно, что ЦРУ интересовалось темой индейских шаманов, так что, полагаю, советская разведка тоже не осталась в стороне.
«Ось сверхсознания»
– Вы ведь изучали мозг шаманов во время проведения ритуалов. Что удалось узнать?
– Да, под моим руководством работал проект, в котором участвовала профессор Нина Евгеньевна Свидерская из Института высшей нервной деятельности и нейрофизиологии РАН. Исследования велись преимущественно в Москве, но среди испытуемых были представители разных народов. Было у нас и два экспедиционных выезда в Южную Сибирь.
Мы хотели проверить, действительно ли шаман входит в изменённое состояние сознания (ИСС) и как при этом функционирует его мозг. На испытуемых (шамана и того человека, с которым он работал) надевали особые шапочки, которые фиксировали показания ЭЭГ, а специально написанная программа обрабатывала данные. Всё подтвердилось. Мы увидели, что активная работа мозга блокируется: погружаясь в ИСС, шаман переключает одни его зоны на другие. Если в обычном состоянии у испытуемых доминируют передние доли левого полушария и затылочные правого, то во время шаманских практик происходит наоборот: возбуждаются передние доли правого полушария и затылочные левого. Эти зоны отвечают за глубинную образность и внутреннее зрение. Свидерская считает, что у человека возникает «ось сверхсознания», так она называла это состояние. Похожую картину мы наблюдали у людей во время медитации. Правда, там общая картина зависела от типа медитации.
Надо сказать, что происходившее во время экспериментов не раз озадачивало исследователей. Конечно, любого должно удивить, когда кто-то начинает говорить на языке, которого он раньше не знал. Или когда испытуемый рассказывает что-то достоверное о человеке, которого видит первый раз.
– Чем может пригодиться изучение шаманизма? Допустим, могут ли его практики прийти в официальную медицину?
– В регионах, где традиционно развит шаманизм, одна из моих аспиранток недавно проводила опрос медиков. Выяснилось, что современные врачи в глубинке часто допускают, что какую-то помощь пациентам могут оказывать шаманы или знахари. И чем отдалённее регион, тем свободнее местные врачи к этому относятся. Мало того, в определённых ситуациях врач посылает пациентов к шаману, а шаман – к врачу. Так было всегда.
Сейчас интерес к шаманам есть у учёных во всём мире. Проводятся научные и научно-практические конференции, в которых участвуют исследователи из разных стран и университетов, академических учреждений. Издаются книги о шаманах. Иногда в таких конгрессах и конференциях участвуют практикующие шаманы. Интересно, что есть и учёные, которые прошли шаманские посвящения и сами стали шаманами (тот же Майкл Харнер, например, о котором я упоминала). Изучение шаманизма поможет нам лучше понять феномен человека, какие-то до сих пор не исследованные стороны его психики.
– Неужели вы как учёный можете признать, что в шамана входит дух другого человека – скажем, его предка?
– Нет, не могу (смеётся). Но я могу признать, что если кто-то ощущает, будто в него вселился некий дух, то это значит, что человек погрузился в определённое состояние сознания. Я как антрополог лишь описываю шаманские техники, но описываю их часто теми словами, которые используют сами шаманы. Да, для нас с вами камлание будет выглядеть как театрализованное представление с прекрасной актёрской игрой и пластикой. Но если вы спросите шамана, естественно, он вам скажет, что это был не он, а вселившийся в него дух шамана-предка, например. И будет утверждать, что его собственная душа в этот момент вышла из тела и оно будто бы стало пустым сосудом, в который вошёл чужой дух.
– Ещё считается, что шаманы способны менять реальность, воздействовать на погоду. Доводилось это видеть?
– Я наблюдала, например, ритуалы вызывания дождя. И иногда дождь действительно начинался, но у меня нет уверенности, что это не было простым совпадением.
Конечно, проще всего предположить, что шаман знает прогноз погоды, подстраивается под него. Но был такой случай. Мы находились в Туве, там стояла страшная засуха, пылали пожары. Нас сопровождал ныне уже покойный известный тувинский шаман Сайлык-оол Иванович Канчыыро, с нами были и два его московских ученика (один из них, кстати, выпускник всё того же факультета психологии МГУ). Нас попросили провести камлание на одном горном перевале, чтобы вызвать дождь, и так складывались обстоятельства, что дату для ритуала выбирала я, а не шаманы. Они втроём провели камлание, мы уехали, а после узнали, что вечером в этом районе пошёл сильнейший дождь, который лил несколько суток.
