Тайна гибели туристов группы Дятлова. Путь к разгадке
Фонд памяти группы Дятлова объявил о намерении обратиться в СКР с просьбой возобновить дело о гибели туристов. Заметим, что это будет далеко не первое такое ходатайство. И запросы не остались без реакции: «МК» опубликовал недавно материал о результатах исследования, проведенного в 2015 году по поручению председателя СКР. Криминалисты комитета предложили свой вариант ответа на ключевые вопросы, связанные с трагедией. Сегодня у нас появилась возможность рассказать, как именно родилась эта версия.
Напомним, что результатом проверки стало «Заключение по уголовному делу о гибели 9 туристов в феврале 1959 года в Ивдельском районе Свердловской области», подписанное Сергеем Шкрябачем и датированное 5 июля 2015 года. Статья в «МК» стала первой публикацией в СМИ, подробно отразившей содержание этого документа. К сожалению, его составителя уже нет в живых: незадолго до выхода материала, в конце января этого года, государственный советник юстиции 3-го класса Шкрябач ушел из жизни после тяжелой болезни.
На момент исследования Сергей Яковлевич формально находился на покое. Однако, будучи почетным сотрудником СКР (до ухода в отставку генерал занимал пост заместителя руководителя главного управления криминалистики Следственного комитета), продолжал принимать активное участие в жизни ведомства. К изучению обстоятельств дела его привлек следователь-криминалист Владимир Соловьев, которому, по информации «МК», и была поручена проверка. Справка, явившаяся итогом этого исследования, — плод их совместной работы.
Согласно оказавшемуся в нашем распоряжении документу, криминалисты СКР пришли к твердому убеждению, что спусковым механизмом трагедии, случившейся в ночь с 1 на 2 февраля 1959 года на горе Холатчахль, стала небольшая лавина, точнее, оползень, сход снежного пласта, спровоцированный не в последнюю очередь действиями самих дятловцев — подрезкой ими склона в ходе обустройства стоянки.
Публикация «МК» вызвала предсказуемо негативную реакцию исследователей-«дятлововедов». Во всяком случае, тех из них — но это, увы, большая часть, — которые склонны к поискам в темной комнате отсутствующей там черной кошки, предпочитают простым и рациональным интерпретациям более сложные и менее рациональные. А то и вовсе фантастические.
Первое, за что отчитали вашего покорного слугу, — заключение, подготовленное Шкрябачем и Соловьевым, не является, мол, «официальным заявлением Следственного комитета», поскольку никакой представитель СКР ничего такого публично не говорил. Мол, это всего лишь «частное мнение бывшего следователя».
Насчет публичности спорить не будем: так как содержимое справки не предавалось гласности, под категорию «официальных заявлений» она, конечно, не подпадает. Однако никак нельзя считать «частным мнением бывшего следователя» служебный документ, появившийся во исполнение поручения, данного председателем СКР, и положенный ему на стол по завершении работы. По информации «МК», процитированное нами заключение было результатом первой, предварительной фазы проверки — оценки имеющейся информации. Предполагалось, что за ней последует вторая — восполнение пробелов расследования 1959 года.
Указание на это содержит сам документ. «Обстоятельства гибели группы Дятлова требуют более детальных исследований», — говорится в его финале. Криминалисты предлагали тщательно проанализировать данные о метеоусловиях и сейсмической обстановке в районе трагедии в январе–феврале 1959 года, обследовать местность, поставить ряд следственных экспериментов, привлечь экспертов — специалистов спасательной службы МЧС, ученых-гляциологов, судебных медиков.
Однако по каким-то причинам Александр Бастрыкин не дал развернуться своим подчиненным. Возможно, глава СКР не захотел переходить дорогу коллегам из надзорного ведомства. С формальной точки зрения Следственный комитет, появившийся как самостоятельный орган лишь в январе 2011 года, никакого отношения к делу о гибели дятловцев не имеет: и возбуждалось, и расследовалось, и прекращалось оно прокуратурой. Именно в ее компетенции находятся дела минувших дней, не переданные в СКР после его создания. Только прокуратура и еще суд могут отменить в таких случаях решение о прекращении дела.
Впрочем, прерогативы прокуратуры ограничиваются процессуальными действиями. Провести ни к чему не обязывающую проверку Следственному комитету ничто не мешало. Собственно, в своем заключении криминалисты как раз подчеркивали, что «проведение этой работы возможно и без возобновления расследования». Как бы то ни было, ходатаям, взыскующим «правды о деле Дятлова», было рекомендовано впредь обращаться с подобными просьбами в органы прокуратуры. Проверка была свернута, а заключение — положено под сукно.
Но незавершенность исследования ничуть не умаляет значения этого во всех смыслах исторического документа. Это первая с 1959 года попытка ответить на вопросы, оставшиеся после закрытия дела, предпринятая в рамках деятельности официального правоохранительного органа. И пока что последняя, имеющая своим результатом законченную цельную версию: итоги проводимой в настоящее время прокурорской проверки ожидаются не ранее августа этого года.
Ход мыслей криминалистов изложен в заключении по делу достаточно обстоятельно. Однако вопросы, конечно же, остаются. Попытки «МК» получить комментарий сотрудников СКР, причастных к проверке четырехлетней давности, не увенчались, увы, успехом: руководство Следственного комитета не дало санкции на такое интервью. К счастью, с обозревателем «МК» согласился побеседовать на условиях анонимности ветеран следствия, хорошо знакомый с ходом и результатами этого исследования.
Линия партии
На вопрос, что натолкнуло его коллег на мысль о лавине, мой собеседник отвечает, что, по его информации, толчком послужили рассекреченные материалы ЦК КПСС, полученные из Российского государственного архива социально-политической истории. Речь идет, во-первых, о докладной записке оргбюро Союза спортивных обществ и организаций РСФСР о результатах расследования гибели свердловских туристов, направленной в ЦК 23 марта 1959 года. Расследование производилось членами маршрутно-квалификационной комиссии секции туризма Бардиным и Шулешко, работавшими совместно с комиссией Свердловского обкома КПСС и областной прокуратурой.
Второй документ — выписка из протокола заседания бюро Свердловского обкома от 10 марта 1959 года, на котором были представлены итоги работы обкомовской «следственной» комиссии во главе с заместителем председателя облисполкома Павловым.
Как видим, предположение некоторых исследователей о существовании второго, параллельного дела о гибели туристов, в сущности, не лишено основания. Параллельное расследование было — партийное. Но сразу скажем, что содержание этих бумаг совершенно разочарует конспирологов: никаких страшных тайн, несмотря на интригующие грифы «секретно» и «строго секретно», там нет.
Тем не менее, по уверению источника «МК», документы очень помогли криминалистам в поисках истины, поскольку, во-первых, содержали важную информацию о погодных условиях в районе трагедии. Докладная записка Союза спортивных обществ сообщает, что, по данным метеостанции в городе Ивделе, «с 1 на 2 февраля в горах было -30…35°С, и ветер достигал 25–35 м/сек». А обкомовская комиссия прямо называет непосредственной причиной гибели группы Дятлова «большой ураган, который застиг ее при подходе к горе Отортен».
Правда, причина, по которой туристы покинули палатку, ни в одном, ни в другом документе не названа. В записке события роковой ночи описываются следующим образом: «Выход из палатки был крайне поспешным, не допускавшим ни минутного промедления… Причиной, вынудившей туристов покинуть палатку, мог быть только страх перед немедленной смертью. Группа начала отступление вниз по склону организованно, но затем в условиях темноты и метели была разбросана на каменных грядах, люди потеряли связь друг с другом и погибли в буране».
Версия обкома еще более лаконична: «Все участники группы, покинув по каким-то причинам палатку, поставленную на склоне высоты 1079, были раскиданы ураганным ветром, потеряли ориентировку, не сумели вернуться в палатку и погибли от мороза».
Однако именно обкомовская комиссия впервые указала на ошибку, допущенную дятловцами при выборе места ночевки: «По заключению комиссии и опытных туристов — мастеров спорта, утверждается, что установка палатки на склоне горы в условиях безлесья и частых ураганных ветров была совершенно неправильной».
Есть в партийных документах и ряд других важных деталей, мимо которых прошли следователи в 1959 году. Скажем, постановление о прекращении дела содержит такое описание походного жилища дятловцев: «Палатка и все то, что находилось в ней, хорошо сохранились. Осмотр палатки показал, что она поставлена правильно и обеспечивала ночлег туристам». А протокол осмотр места происшествия сообщает, что она «растянута на лыжных палках, закреплена веревками».
Может создаться впечатление, что палатка была найдена, что называется, в первозданном виде — такой, какой ее поставили туристы, устраиваясь на последний в их жизни ночлег. Ну, за исключением того, что сторона, обращенная к спуску, была «разрезана изнутри в двух местах, на участках, обеспечивающих свободный выход человека». Но впечатление обманчиво. Судя по всему, работники прокуратуры, прибывшие на Холатчахль спустя день-два после обнаружения стоянки, описали палатку такой, какой увидели ее сами, — освобожденной от снега, поднятой и приведенной в относительный порядок.
В докладной записке Союза спортивных обществ дается совершенно иная картина, основанная на свидетельствах поисковиков: «Палатка была почти вся засыпана снегом. Из снега торчал один конек палатки со стороны входа... При раскопках обнаружилось, что скат палатки, обращенный к склону, был разорван ближе к входу, и в дыре торчала меховая куртка. Скат же, обращенный к спуску по склону, был разорван в клочья». Кроме того, в отличие от прокуроров, не уделивших никакого внимание рельефу местности, авторы записки указали, что «палатка была установлена на склоне крутизной 18–20 градусов», а отдельные участки склона имеют крутизну до 30 градусов.
Уже эта информация — погодные условия, рельеф местности и состояние палатки в момент ее обнаружения — давала основание предположить, что дятловцы стали жертвой снежного обвала. По мнению ученых-гляциологов, лавиноопасным при определенных условиях может являться уже склон с крутизной 15 градусов. А сильный ветер, понижение температуры воздуха, не говоря уже о подрезании снежного пласта, — важнейшие провоцирующие факторы лавины.
Тем не менее, по словам собеседника обозревателя «МК», лавинная версия далеко не сразу стала для криминалистов основной.
Летела ракета...
Действовали они методом исключения, отбрасывая одну несостоятельную версию за другой. Одной из первых под нож пошла криминальная: ни следов присутствия посторонних, ни признаков конфликта внутри группы обнаружено не было. Собственно, эта версия была полностью исключена еще следователями прокуратуры в 1959 году. Но это, пожалуй, единственное, в чем они совпали с криминалистами Следственного комитета. Пионеры расследования вполне допускали, к примеру, что туристы стали жертвами НЛО. Это не шутка: горячим сторонником сей гипотезы был сам руководитель следствия по дятловскому делу Лев Иванов.
В самом деле, разумеется, ничего подобного нет. В постановлении об его прекращении сказано лишь, что причиной гибели туристов явилась стихийная сила, преодолеть которую они были не в состоянии. Однако в 1990 году Иванов, находившийся тогда уже в отставке, опубликовал статью с говорящим названием «Тайна огненных шаров», в которой утверждалось следующее: «На основании собранных доказательств роль НЛО в этой трагедии была совершенно очевидной… Я знаю все детали этого происшествия и могу сказать, что больше меня об этих обстоятельствах знают только те, кто был в этих шарах. А были ли там «люди» и есть ли они там всегда — это пока никто не знает».
Полеты «огненных шаров» на Урале действительно наблюдали тогда многие. Правда, не в ту самую ночь, когда погибли дятловцы, а или раньше, или несколько позже — 17 февраля и 31 марта. Однако криминалистов СКР «шаровая» версия совершенно не увлекла. На их взгляд, ничего необычного в этих «НЛО» не было. «Я сам видел эти «огненные шары», — поясняет мой собеседник. — Это было в Астраханской области. И, помню, я очень удивился. Но астраханские коллеги мне сразу сказали, что эти шары здесь летают каждую ночь: это ракеты, которые запускают с Капустина Яра. Видны шары, кстати, были прекрасно, хотя до полигона было километров 300».
Точный ответ на вопрос, откуда и куда летели «огненные шары», которых видели в Уральских горах зимой — ранней весной 1959 года, дать сложно. Но даты наблюдений совпадают с датами испытательных пусков легендарной «семерки» — межконтинентальной баллистической ракеты Р-7, детища Сергея Королева. Траектории тоже сходятся. «Семерка» в то время регулярно летала по маршруту: полигон Тюратам (нынешний космодром Байконур, Южный Казахстан) — полигон Кура (Камчатка). Это не противоречит имеющемуся в деле свидетельству техника-метеоролога Ивдельской метеостанции Токаревой: «звезда с хвостом», наблюдавшаяся ею ранним утром 17 февраля 1959 года, «двигалась с юга на северо-восток».
В общем, объяснение «шарам» было найдено: ракеты. Но была еще и собственно ракетная версия, а также попытки объяснить гибель туристов испытаниями какого-то иного секретного оружия. В числе сторонников «испытательного» сценария можно обнаружить, например, бывшего непосредственного начальника Льва Иванова — Евгения Окишева, занимавшего в 1959 году должность заместителя начальника следственного отдела Свердловской областной прокуратуры.
Криминалистам СКР удалось получить его объяснения из первых уст (на момент этого разговора — май 2015 года — Окишеву исполнилось 96 лет). «Там было что-то вроде полигона, — поделился ветеран воспоминаниями с коллегами. — Было два варианта: либо мог упасть элемент космического аппарата, либо испытание нового вида оружия». Сам он, впрочем, как выяснилось, на месте происшествия никогда не был.
И Иванов, и Окишев были, мягко говоря, крайне разочарованы тем, что вышестоящее руководство заставило их свернуть следствие задолго до его финала. Именно эти переживания, считает источник «МК», и стали причиной того, что прокурорские работники ударились в конспирологию. Между тем никакой скрытой подоплеки у закрытия дела, уверен мой собеседник, не было — было обычное начальственное высокомерие, пренебрежение мнением нижестоящих «винтиков»: «В Свердловск приехал заместитель прокурора республики. И когда, изучив обстоятельства дела, убедился, что никакого «второго дна» там нет — ни криминала, ни аварии, что это просто несчастный случай, решил: «Все, хватит, прекратить дело!»
До каких-либо объяснений участникам расследования высокое начальство не снизошло. Хотя, возможно, и не могло снизойти: ведь в этом случае пришлось бы объяснять, что это за «огненные шары» летают над страной, а на это зампрокурора РСФСР, если его и посвятили в гостайну, явно не был уполномочен. Как бы то ни было, для следователей такой поворот явился полной неожиданностью. И собеседник обозревателя «МК» понимает чувства коллег: «Для них это, конечно, было шоком. Они собирались еще 2–3 месяца заниматься этим. Хотели развернуть следствие, провести новые экспертизы…»
Однако никаких шансов «нарыть» что-то экстраординарное или запретное у следователей не было, уверен собеседник обозревателя «МК». Версию о существовании в том районе секретного ракетного полигона он отвергает как совершенно абсурдную: «Никто никогда не делает местом испытаний горы или какую-то иную труднопроходимую местность. Поди найди потом эту ракету!» Но самое главное — следы падения рукотворных объектов либо еще какой-либо техногенной катастрофы на месте происшествия напрочь отсутствуют. Ни осколков, ни обломков, ни воронок, ни последствий взрыва — ни-че-го».
Источник «МК» обращает также внимание на очень широкий круг лиц, привлеченных к поискам дятловцев. Да, без военных тоже не обошлось, но это было обычным делом при таких ЧП. Никакое другое ведомство тогда, кроме военного, не могло предоставить вертолеты. Однако поисковые группы состояли в основном из собратьев дятловцев по увлечению, свердловских туристов — студентов, инженеров, рабочих, научных работников. При этом передвижения поисковиков не ограничивались, подписку о неразглашении с них тоже потом не брали.
«Если бы там действительно было что-то секретное, — уверен мой собеседник, — гражданских бы близко не подпустили». В том числе и «гражданских» прокуроров. В качестве подтверждения мой собеседник приводит случай, связанный с расследованием гибели подлодки «Курск». Его коллегам-криминалистам было отказано в доступе на поднятый со дна подводный крейсер: присутствовать на секретном военном объекте позволено было лишь сотрудникам военной прокуратуры.
При наличии в деле каких бы то ни было военных тайн оно было бы немедленно передано в спецпрокуратуру, военную прокуратуру либо в КГБ, уверен источник «МК». Однако в материалах следствия нет и намека на привлечение к нему каких-либо специальных органов.
Еще более показательны в этом отношении материалы партийного расследования. Уж тут-то ответственным товарищам не перед кем было таиться. Товарищи, напротив, могли нарваться на большие неприятности, если бы вздумали водить ЦК за нос. Тем не менее в цековских бумагах под грифом «совершенно секретно» ни о каких государственных секретах нет ни слова. Зато много сказано о ветре, снеге и морозе.
Простые истины
«Мы, следователи, всегда стараемся найти простые объяснения на первый взгляд сложным событиям, — поясняет мой собеседник. — И, как правило, именно эти простые объяснения и ведут к разгадке». Когда сложные версии были отброшены криминалистами, остались естественные, природные причины спешной эвакуации дятловцев из палатки. Точнее, одна единственно возможная естественная причина — сход на ее палатку лавины, снежного пласта.
Кстати, криминалисты совсем не одиноки в своем мнении. Первым лавинную версию озвучил руководитель одной из поисковых групп, разыскивавших пропавших дятловцев в феврале 1959 года, — Моисей Аксельрод. В заключении по делу отмечается, что изо всех участников поисков Аксельрод дал «наиболее реальную оценку происшедшему». Для справки: Моисей Абрамович ушел из жизни в 2000 году. Он очень хорошо знал Игоря Дятлова, неоднократно ходил вместе с ним в походы. Его объяснение причин трагедии впервые опубликовано в книге Николая Рундвиста «Сто дней по Уралу», увидевшей свет в 1993 году.
Аксельрод предлагал следующую реконструкцию событий трагической ночи: «Грохот, шум и внезапный удар снежной лавины по части палатки, примыкающей к входу. Другая часть палатки, оказавшаяся под прикрытием большого снежного уступа, не пострадала, лавина пролетела над ней и умчалась вниз. Удар принимают на себя четверо крайних ребят… Темнота, стоны травмированных товарищей. Выйти через вход невозможно. Кто-то выхватывает нож, разрезает палатку и помогает всем выбраться наружу. Игорь принимает решение немедленно вернуться к лабазу, где аптечка, теплые вещи, укрытие леса… Сориентироваться точно не удается, и ребята спускаются к лесу, но не к тому, где лабаз, а, увы, к другому…»
В заключении по делу упомянут еще один участник поисков группы Дятлова, разделявший лавинную версию, — скончавшийся в прошлом году Борис Слобцов. Нелишним будет отметить, что именно Слобцов руководил группой, которая нашла палатку. Борис Ефимович стал соавтором Евгения Буянова — исследователя, внесшего, пожалуй, наиболее фундаментальный вклад в разгадку гибели группы Дятлова. Книга Буянова и Слобцова, посвященная трагедии на горе Холатчахль, впечатляет и своей логикой, и своей обстоятельностью. Представленная в ней версия картина произошедшего подкреплена фактами, расчетами, примерами из истории, мнениями экспертов и ученых.
От версии Соловьева и Шкрябача она отличается, по сути, лишь в одном пункте: по убеждению Буянова и Слобцова, тяжелые травмы, обнаруженные у троих туристов из группы Дятлова — Тибо-Бриньоля, Дубининой и Золотарева, — были получены ими в момент снежного обвала. По версии же криминалистов, переломы — следствие более поздних событий: туристы оказались над вымытым в месте истока ручья снежным гротом, который провалился под их тяжестью, — рухнув вниз, они были накрыты многометровым слоем промерзшего снега.
Источнику «МК» более убедительным кажется вариант коллег: «Не могли такие травмы быть получены от сползания снега. Снег их, конечно, прижал, прессанул, так что им с трудом удалось выбраться из заваленной палатки. Однако с горы, судя по сохранившимся следам, все они сошли самостоятельно. Что было бы абсолютно невозможно, если бы у Дубининой и Тибо-Бриньоля уже в тот момент были те травмы, которые у них установили. После таких повреждений они прожили очень недолго — считаные минуты».
Но спор этот вряд ли можно считать принципиальным. Несмотря на имеющиеся разногласия, авторы и сторонники обеих версий находится по одну сторону разделивших «дятлововедение» баррикад. Адептам конспирологии и эзотерики одинаково не нравится ни та, ни другая. За примерами далеко ходить не надо: по словам главы вышеупомянутого Фонда памяти группы Дятлова Юрия Кунцевича, версия криминалистов — «чушь» и «повтор книги Буянова». Надо, мол, «нормально вести работу, а потом уже делать выводы».
Правда, сам Юрий Константинович и его единомышленники делают выводы, не затрудняя себя особыми усилиями. Новые захватывающие версии возникают с легкостью необыкновенной. К примеру, глава фонда не так давно поведал миру, что дятловцы выполняли некое секретное задание КГБ, — об этом ему якобы рассказала «одна женщина», работающая в спецслужбе.
Несколько странно, что, столь сурово оценив работу криминалистов СКР, господин Кунцевич взывает сейчас к тому же Следственному комитету. Который к тому же неоднократно отвечал отказом на просьбы возобновить дело. На что рассчитывает глава фонда? На то, что СКР «одумается» и что за дело возьмутся другие люди, которые придут к иным, «правильным» выводам? Вряд ли.
Судя по всему, причина этой активности — в приближающейся дате оглашения результатов прокурорской проверки. Похоже, Кунцевич и Ко предчувствуют, и не без основания, что она их жестоко разочарует. Прокуроры ведь уже заявили, что рассматривают три основные версии, и все они связаны с природными явлениями — лавиной, снежной доской или ураганом. Признавать результаты проверки «дятлововеды»-конспирологи, разумеется, не станут. Но не у всех хватит духу назвать официальное решение надзорного ведомства некомпетентной чушью.
На этот случай у «нонконформистов» будет хорошая отмазка: ждем, мол, что решит СКР. Ну а когда придет предсказуемый отказ, обратятся еще куда-нибудь. Потенциальных адресатов много: Госдума, Верховный суд, президент, ООН… The show must go on.
