|
Кала-Корейш. Заброшенное село, полное тайн
|
|
|
|
Кала-Корейш — дагестанская Атлантида, которая не ушла под воду, а напротив, вознеслась высоко над миром, надежно укрытая от чужих глаз горными перевалами. Когда-то давно село было столицей крупнейшего средневекового феодального владения — Кайтагского уцмийства. Увы, от этой исламской цивилизации остались только кладбище с могилами уцмиев XII?XIX веков и мечеть XI века.
|
|
|
|
Но даже то немногое, что уцелело в селе за более чем тысячу лет существования, поражает воображение: надмогильные плиты со стихами и философскими изречениями, похожие на саркофаги надгробия с вырезанным на них мировым древом, покрытые кружевной вязью деревянные ворота мечети. Чтобы все это увидеть, сегодня не надо совершать паломничество в труднодоступное село-крепость. Затерянный мир с помощью ученых, фотографов и благотворителей перенесен в главный музей страны: почти месяц, с 25 сентября по 21 октября, в Эрмитаже проходит выставка «Слова камней. Опыт чтения и трансляции наследия Кала-Корейша».
|
 |
|
Эрмитаж впервые разместил выставку, на которой нет ни одного оригинала. Абсолютно все экспонаты — копии. Артефакты оцифрованы с помощью 3D-сканера с высочайшим разрешением и воссозданы с точностью до мельчайшей черточки. 3D-модели надгробных плит и дверей мечети можно потрогать, с помощью планшета — рассмотреть детали, воспользоваться наушниками или большим сенсорным экраном. В один из дней работы выставки в Эрмитаже прошел Международный круглый стол по вопросам разработки конвенции о копировании объектов культуры. В эпоху информационного общества и музейное дело, консервативное по своей природе, должно меняться. Копирование, которое, по словам директора Эрмитажа Михаила Пиотровского, является «важнейшим способом рассказа об искусстве», позволяет сохранить шедевры, несмотря на их труднодоступность и внешние угрозы.
|
|
|
|
Научные работники обсуждали новые реалии, а древнее дагестанское село, неожиданно оказавшееся в фокусе внимания ученых XXI века, все так же хранило свои тайны, поделившись с нами одной сотой — или одной тысячной — из них.
|
|
|
|
У легендарного поселения и история соответствующая — круто замешанная на невероятных космогонических событиях. По преданиям, основали село люди, приплывшие сюда во времена Всемирного потопа, а где-то в горах вмуровано в отвесную скалу железное кольцо, к которому и швартовались корабли. Как ни странно, в этой легенде есть доля правды: когда-то на месте Кавказских гор плескалось Сарматское море, а сами горы выглядели как острова. Но было это слишком давно — 10—14 миллионов лет назад. Другая легенда приписывает основание крепости арабам-корейшитам — мекканскому племени, к нему принадлежал и пророк Мухаммед. Эта версия объясняет название селения: Кала-Корейш в переводе с арабского — «крепость корейшитов» (местные жители называли село по-своему — Урцмуци).
|
|
|
|
В VII—VIII вв. (если верить арабским летописям) либо в IX—X вв. (в соответствии с исторической хроникой «Тарих Дагестан») в Кайтаг пришли арабские газии — поборники ислама, которые под знаменем священной войны огнем и мечом насаждали новую религию в Дагестане. Труднодоступная вершина горы, стоящей у слияния пяти рек, была для воинственных миссионеров идеальным стратегическим пунктом. Со всех сторон гору окружали ущелья, в село вела только узкая тропинка над отвесным обрывом. Высокие двухэтажные дома, глухой стороной обращенные к ущелью, были настоящей крепостной стеной. Укрепив поселение и построив систему сигнально-оборонительных башен, пришельцы превратили Урцмуци в один из первых форпостов распространения ислама на Северном Кавказе. Именно здесь была резиденция кайтагских уцмиев, которые, приняв ислам, утверждали, что ведут свой род от дядей пророка Мухаммеда — корейшитов Хамзы и Аббаса, — чьи потомки завоевали Кайтаг. — Это не более чем версия, — говорит Махач Мусаев, директор Института истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра РАН.
|
|
|
|
Он объясняет, что это обычная практика: когда правящая династия как бы легитимизирует свою власть, возводя свой род к героям, царям, мифическим персонажам, богам, пророкам. — Самый древний исламский артефакт, найденный нами в Кала-Корейше, относится к началу XI века. Значит, можно говорить о том, что как минимум в середине X века сюда пришли мусульмане. Но к этому времени Арабский халифат уже сдавал свои позиции, и с большой долей вероятности мы можем говорить, что в Кала-Корейш пришли не арабы, а сельджуки или другие газии. Это было весьма распространенным явлением в раннем средневековье — отправиться за границы мусульманских земель нести ислам язычникам. К тому же на могилах первых кайтагских уцмиев имена не арабские, а местные, например Ахсибар, Хиздан. То есть апелляция к дядям пророка, причисление их к своим предкам — не более чем политический ход, попытка доказать свои права на престол в период дефеодализации. Поэтому мы не знаем, когда именно было основано поселение и когда было завоевано арабами, да и были ли это арабы.
|
|
|
|
«Смерть — это дверь»
|
|
|
|
|
|
Джума-мечеть XI века и пантеон кайтагских уцмиев с уникальными надгробиями XI?XIX веков — то, ради чего в Кала-Корейш поднимаются и паломники, и туристы, и ученые. Стелы выполнены в едином «уцмийском стиле»: на плите из местного камня арабской вязью вырезаны коранические тексты, философские изречения, стихи, их оплетают геометрический и растительный орнаменты. Удивительно: на редких могилах встретишь имя покойного.
|
|
|
|
— Из 39 надгробий имена есть только на пяти-шести. Арабская вязь выполняет не только эстетическую функцию, но в первую очередь — смысловую. Текст первичен, — комментирует эту особенность Махач Мусаев. — Он соответствует традиции и носит назидательный характер: рассказывает о неизбежности смерти, которая вместе с тем — «дверь» в загробный мир, о равенстве всех перед Господом, о бренности мира. «Все сущее тленно, кроме Него», «Разве не подобен этот мир и все, что в нем, тени, что уходит с закатом солнца?», «И днем, и вечером прибывают обитатели земли, и стираются их прекрасные черты» — изречения говорят о тщете всего сущего, о том, что имя человека забудется, останется лишь вечная мудрость. — Помимо текстов из Корана на плитах вырезаны отрывки из произведений поэтов разных стран. Так, на надгробии Амир-Хамзы (XVIII век) — стихи андалусского ханафитского ученого XI века Абу-Бакра ат-Туртуши. На других стелах встречаются тексты Фараздака — арабского поэта VII—VIII вв. из Басры; Зейн аль-Абидина — правнука пророка, подвижника, философа, очень набожного человека, жившего в Медине в VII веке, — продолжает Мусаев.
|
|
|
|
Но если все изречения на могилах посвящены смерти, то изображения говорят о вечности жизни. — Удивительно, что дагестанские камнерезы пользуются мотивами и символами, которые появились задолго до ислама: здесь и бесконечная виноградная лоза, и мировое древо с птицами на ветвях и зверями у корней, и солярные знаки, и свастика. Все это общемировые символы, которые появились еще в первобытные времена и встречаются в искусстве Ирана, Древней Руси, среди рунических камней викингов, у народов Дальнего Востока… Так, львы и орел, изображенные на саркофагообразном надгробии Хиздана XII—XII вв., поразительно напоминают животных, вырезанных на стенах Дмитровского собора во Владимире конца XII века.
|
|
|
|
Остановись, мгновенье!
|
|
|
|
В XIX веке уцмийство в Кайтаге было упразднено, и Кала-Корейш лишился былой славы и прежнего величия. А в 1944 году случилось событие, от которого селение так и не смогло оправиться: его жителей насильственно переселили в Чечню вместо депортированных чеченцев. С тех пор в Кала-Корейше никто, кроме хранителя, не живет.
|
|
|
|
Ветра и дожди делают свое дело, разрушая историко-архитектурные памятники. Археологи пытаются сохранить для истории ускользающую красоту: исследования Кала-Корейша с перерывами продолжаются с 1960 года. Однако можно смело сказать, что в прошлом году началась новая эра в изучении уцмийской династии: весной благотворительный фонд бизнесмена Зиявудина Магомедова «Пери» высадил в Кала-Корейше десант фотографов и ученых. — Наш фонд — единственная благотворительная организация в России, занимающаяся сохранением культурного наследия через оцифровку, — говорит Полина Филиппова, исполнительный директор «Пери». — Многие спрашивают: почему? Да, это не очевидно. Но одной из основных своих задач фонд видит создание нового поколения — умных, образованных молодых людей, у которых есть культурная идентичность, сформированная на наследии предков. Оцифровывая шедевры, мы сохраняем их навсегда, а новые технологии позволяют рассказать о них молодежи на доступном ей, актуальном языке.
|
|
|
|
Работали в Кала-Корейше тоже в основном молодые — кураторы, фотографы, ученые. Отобранные по конкурсу фотографы прошли обучение в Испании в фонде Factum Foundation. После этого месяц команда жила в горах: фотографы снимали, ученые-востоковеды расшифровывали надписи. Затем сводили и обрабатывали многочисленные файлы, писали тексты, создавали копии объектов на 3D-принтерах — на подготовку выставки понадобилось полгода. — Как поступить с цифровыми копиями, мы как раз сейчас думаем, — рассказывает Филиппова. — Конечно, они будут выложены в сеть: мы хотим, чтобы Кала-Корейш увидели и оценили во всем мире. Это будет виртуальный музей, возможно, в нескольких форматах: ведь ученому понадобится высокое разрешение фотографий и данные, которые не нужны простому обывателю.
|
|
|
|
Для фонда это первая выставка, но проект «Культурное наследие 2.0.» не завершен. Продолжают оцифровываться рукописные и архитектурные памятники Дагестана, и уже закончена оцифровка фресок Дионисия в соборе Рождества Христова Ферапонтова монастыря.
|
|
|
|
Источник
|
