Являются ли сторонники теорий заговора истинно верующими
Демократы убивают и едят детей. Вакцины содержат ДНК Сатаны. В Канаде появилась новая королева, которая на самом деле является инопланетянкой с особыми способностями. Многим людям трудно понять, как можно верить в такие дикие теории заговора. Но, с моей точки зрения, как философа, изучающего воображение, ключ к пониманию онлайн-теоретиков заговора заключается в том, чтобы понять, как может стираться грань между фантазией и реальностью. Факты свидетельствуют о том, что многие люди не до конца верят диким теориям заговора, которые они, кажется, принимают. Это объясняет, почему под давлением заговорщики часто останавливаются, чтобы не сказать, что теория верна. Вместо этого они говорят, что «просто задают вопросы» или что теория может быть правдой.
Зачем тратить так много времени на изучение теории, в которую вы на самом деле не верите? Зачем часами смотреть конспирологические видео на YouTube, читать конспирологические блоги и размещать сообщения на конспирологических форумах? Мы сможем лучше понять это поведение, если примем гипотезу о том, что многие заговорщики просто притворяются и разыгрывают фантазии. Некоторая поддержка этой гипотезы исходит из того факта, что участие в теориях заговора в значительной степени определяется тем, насколько они интересны, а не тем, сколько доказательств их поддерживает. Онлайн-сообщества конспирологов также полны самопровозглашенных «ролевых игроков в реальном времени», которые относятся к теориям заговора как к одной большой игре в притворство.
Легко понять, почему дикие теории заговора так ярко захватывают воображение людей. Из них получаются хорошие истории, сюжеты которых напоминают политические триллеры. Также забавно представить, что вы особенный, потому что вы знаете то, что знают немногие другие (просто представьте, что вы подслушиваете пикантный секрет или сплетню). Поскольку у многих сторонников теории заговора есть сильное желание быть особенными или уникальными, их привлекают фантазии о наличии секретных знаний, которые были скрыты от широкой публики. Конечно, было бы поспешно утверждать, что это относится ко всем конспирологам. Некоторые люди совершают экстремальные действия во имя теорий заговора. Это включало открытие огня в семейном ресторане во время расследования безосновательного так называемого заговора Pizzagate, а также попытку ареста полицейских по приказу «королевы» Канады. Обычно мы не делаем таких опасных и безрассудных поступков во время игр в притворство.
Возможно, тогда мы сможем лучше понять, как люди верят в такие теории, если задумаются о том, как фантазия может смешиваться с реальностью. Обычно мы не позволяем нашим фантазиям и притворным играм влиять на то, во что мы верим. Но мы также часто используем наше воображение, чтобы сформировать новые представления о мире: вы можете представить, каким будет ваше собственное будущее, или вы можете представить себе внешний вид своего дома, пытаясь выяснить, сколько в нем окон. Поскольку то, что мы воображаем, может питать то, во что мы верим, всегда существует риск того, что мы случайно позволим нашим фантазиям заразить наши убеждения. По разным причинам сторонники теории заговора особенно склонны совершать такого рода ошибки.
Во-первых, люди с большей вероятностью примут фантазию за реальность, когда воображают ярко или в мельчайших деталях. А группы людей, которые вместе воображают вещи, создают особенно яркие и подробные образы. Поскольку теории заговора часто изобретаются группами людей, совместно выстраивающих повествование, мы должны ожидать, что их воображение будет ярким и подробным. Теоретикам заговора также не хватает маркеров, которые обычно помогают нам отслеживать, что реально, а что выдумка. Представьте актера на сцене или детей, устраивающих воображаемое чаепитие. В таких случаях грань между вымыслом и реальностью четко прослеживается в поведении всех участников. Актриса может видеть, как публика смотрит на нее, и перестает притворяться, как только уходит со сцены. Дети видят, что их гости — куклы, и воздерживаются от настоящих глотков из своих игрушечных чашек.
В онлайн-пространствах заговоров таких маркеров нет. Социальные сети заставляют людей постоянно ставить лайки, делиться и ретвитить самый пикантный и возмутительный контент, а это означает, что пользователи конспирологических платформ постоянно вынуждены действовать так, как будто они верят в надуманные теории. Люди также, вероятно, поддерживают теории заговора отчасти для того, чтобы показать свою политическую лояльность, что создает дополнительное давление, чтобы не раскрывать, когда кто-то притворяется. Участвуя в онлайн-сообществах конспирологов, люди также находятся в окружении других людей, находящихся под таким же давлением.
Таким образом, сторонники теории заговора не видят многих явных признаков того, что они просто разыгрывают фантазии, ни в своем собственном поведении, ни в поведении окружающих. Так легче упустить из виду, что реально, а что выдумка. Воображение может быть инструментом для фантазирования и исследования вымышленных миров. Это также может быть инструментом для изучения новых вещей о реальности. Когда мы допускаем смешение этих способов использования, мы рискуем позволить фантазиям влиять на наши убеждения. Похоже, это ошибка многих теоретиков заговора, которые настолько поглощены своим воображением, что теряют связь между фантазией и реальностью.
