Среди святых, почитаемых мусульманами, особое место занимает шейх Ходжа Ахрар

Среди святых, почитаемых мусульманами, особое место занимает шейх Ходжа Ахрар

С его именем связаны многие легенды - он, по преданиям, мог сковать реку льдом, а зимой на лозе выращивать виноград. А еще умел, раздваиваясь и даже растраиваясь, одновременно появляться сразу в нескольких частях света.

В поисках наставника Ходжой Ахраром святого стали звать уже в зрелом возрасте. Настоящее его имя - Ходжа Убайдулла. Он родился в горном кишлаке Богистан близ Ташкента в 1404 году.

Уже в раннем возрасте у него проявляются признаки мистической натуры - он задумчив и впечатлителен. Мальчик не тянется к детским играм, много времени проводит в мечетях и на мазарах – могилах святых. Кладбище, ночь и глухая тишина предрасполагают к мистическому созерцанию. Уединение настраивало молодого мистика на присутствие божества, обращалось в источник религиозного восторга. Испытав его милостью Неба однажды, он тоскует по минутам одиночества, погружающим в созерцание божественного.

Религиозная восторженность юноши вызывала непонимание близких. Это и заставило их отправить 22-летнего Ахрара на учебу в Самарканд: они надеялись, что парень там развеется и успокоится.

Самарканд тогда был центром культурной жизни Востока. Он привлекал к себе великолепными дворцами, богатыми торговыми рядами, медресе, мечетями и в последнее время, при правлении Улугбека — царя и ученого, своими научными изысканиями. Но Ходжу Ахрара эта сторона жизни не привлекла. Его не интересовали точные дисциплины, зато еще с большей силой тянули к себе святые места, а их в Самарканде было достаточно. К тому времени настоящей Меккой для мусульман Средней Азии стал некрополь Шах-иЗинда, где, по преданию, находилась могила Кусам-ибн-Аббаса, двоюродного брата пророка Мухаммеда.

Рядом с гробницей размещалось несколько мечетей, а также были многочисленные кельи, в которых обитали суфии и дервиши. Большую часть своей жизни в Самарканде Ходжа Ахрар провел именно здесь — в молитвах и радениях, и ему являлись святые видения - пророки Мухаммед и Иса (Иисус Христос). Они укрепили его веру в высшие силы Духа.

Однако в Самарканде юноша не нашел истинных духовных наставников, а потребность в них усиливалась. Та духовная энергия, которую вселили в него видения у могилы Кусам-ибн-Аббаса, лишь сильнее пробуждала в нем тягу к познанию неведомого.

Ходжа Ахрар как паломник идет в Бухару, центр исламского просвещения, а затем в Герат, где в течение пяти лет усердно обучался у знаменитого шейха Сайда Табризи.

По правилам, мюрид, то есть послушник, должен заслужить право считаться таковым. Он прощается со своими мирскими привычками, ведет аскетический образ жизни и отдает себя полностью в руки своего наставника — шейха или ишана.

Самое главное, он должен безоговорочно принять учение о внутреннем духе.

Исходной точкой учения ордена Накшбандиев, которому поклонялся юноша, является положение о том, что человек постоянно находится перед очами Аллаха.

Он наблюдает за своим сердцем, стараясь изгнать из него все мирское. Чтобы добиться этого, мюрид должен погрузиться в созерцание божества, отказавшись совершенно от собственного «я».

В Герате до Ахрара дошли слухи о выдающихся познаниях в суфизме прославленного шейха Якуба Чархи, в котором он наконец обрел достойного учителя. Хотя за годы послушничества послушник, недоедая и ведя аскетический образ жизни, сильно подорвал здоровье, он пешком отправился из Герата в далекий горный кишлак, где жил Чархи. Путь был нелегок, и тем с большей радостью он в один из счастливейших дней припал к ногам святого шейха.

Тот сразу проникся к Ахрару доверием и признал своим мюридом. Он посвятил его в особенности зикра — таинства пути к Аллаху. Для этого, в частности, мюрид за одно моление должен был произнести 112-ю суру Корана 1001 раз. Она гласит: «Во имя Аллаха милостивого, милосердного! Он — Аллах — един; Аллах, вечный, не родил и не был рожден, и не был ему равным ни один!» Зикр включал в себя регламентированную позу, контроль над дыханием, концентрацию сознания на мысленном многократном повторении имени Аллаха. Цель зикра — вызвать у молящегося состояние транса, то есть облегчить путь души человека к Аллаху.

Чархи передал полюбившемуся мюриду и свои чудотворные тайны. В заключение учитель нашел ученика настолько укрепившимся в познаниях и достойным по образу жизни, что выдал ему разрешительную грамоту на право самому поучать идущих «по пути» суфиев. После этого Ходжа Ахрар, 29 лет от роду, возвратился на родину.

Несущий свет Духа Новый учитель вернулся в Ташкент на вид жалким и немощным, но сильным духом и верой, с ясным словом, проникающим в душу каждого, кто слушал его.

Жизнь вел воздержанную, много молился, сторонился мест увеселения, носил простую одежду, ранее уже кем-то ношенную.

Особое слово находил для больных, для бездетных женщин, давал им амулеты, которые приносят страждущим облегчение.

Первые годы после возвращения Ходжа Ахрар также занимался хлебопашеством на своем небольшом участке земли, сам вел и торговые дела. Всю вырученную прибыль он отдавал тем, кто нуждался.

Вскоре слава об Ахраре дошла до Туркестана, Бухары, Самарканда. К нему потянулись послушники, желавшие стать мюридами у шейха, который получил благословение на зикр от Якуба Чархи, а тот в свою очередь от самого шейха Бахауддина Накшбанди - у суфиев очень ценилась прямая преемственность святости. В эти годы и получил молодой шейх Ходжа Убайдулла прозвище Ахрар, что значит —«посвященный Аллаху», то есть человек, несущий свет Высшего Духа людям. Каждый, кто слушал Ахрара, испытывал на себе воздействие его духа.

Ведь он в течение двадцати лет укреплял его праведным образом жизни, увеличивая мощность своего биополя, которым его с детства отметили высшие силы. Подобные способности даются многим, но лишь у единиц хватает воли и терпения развить в себе эту энергию, чтобы затем направить ее на пользу людям. Именно они становятся подвижниками.

Соблазны у наставников суфийских орденов велики. Власть шейха над мюридами почти безгранична, он становится их господином и повелителем. В заповедях дервишского ордена говорится: «Мюриду во всех своих делах следует руководствоваться волей шейха и беспрекословно ему повиноваться, будь то дела веры или дела житейские; ничего не следует предпринимать без его разрешения, его воле должно подчиняться даже принятие пищи».

Столь жесткое послушание предполагало и материальную поддержку учителя. Небольшая группка послушников жила возле ишана, а остальные были приходящими.

Одни посещали ишана довольно часто, иногородние — не реже одного раза в год.

Обычно для этого выбирался месяц мусульманского поста Рамадан. Мюриды, как правило, проводили этот пост со своим шейхом. Они привозили ему подарки и от себя, и от своих отсутствующих земляков, тоже мюридов, дарили верблюдов, лошадей, баранов, деньги, халаты, хлеб. В те времена бытовала пословица: «Усердие мюрида узнается по его подаркам».

Если ишан был обыкновенным, не радеющим за веру человеком, богатые подношения позволяли ему жить в свое удовольствие. К концу жизни Ходжа Ахрар имел в собственности десятки тысяч гектаров земли, миллионные стада овец, тысячные табуны лошадей, верблюдов.

Но для себя из всего этого он не брал ни толики. Когда его посещали сильные мира сего в роскошных одеяниях, на их фоне он выглядел нищим. Жил Ходжа Ахрар тоже скромно, без излишеств, зато построил десятки мечетей и медресе.

Однажды, когда случился неурожай и населению Ташкента грозил голод, Ходжа Ахрар раздал неимущим из своих закромов зерно, а монгольскому хану, собиравшему дань, выдал из личной казны 300 тысяч динаров, избавив крестьян от рабства и унижений. Нетрудно догадаться, что жители области боготворили его, молились за здоровье и благополучие святого ишана. Помимо земледелия и скотоводства, Ходжа Ахрар занимался и торговлей. Его приказчики ходили с караванами в Китай, Персию и Индию.

Святость города берет Но все же смыслом его жизни было служение Богу. Все построенные мечети Ахрар освящал молитвой, известной ему одному. Как гласит предание, Ходжа знал некое таинственное слово, которое даровал ему ангел с благословения Аллаха. Произносил свое таинственное слово он лишь в исключительных случаях.

Об одном из них легенда рассказывает: «Турецкий султан Мухаммед Второй с войском около трехсот тысяч человек никак не мог взять приступом Константинополь и уже готовился к длительной осаде священного города, как вдруг вперед вырвался всадник на белом коне, одетый во все белое (цвет одежды ордена Накшбандиев), и увлек воинов вперед.

В тот день, 29 мая 1453 года, Константинополь был взят. И первым ворвался в него таинственный всадник. Никто не знал, кто он. Лишь Мухаммеду Второму на мгновение открылось его лицо в момент, когда порыв сильного ветра на миг приподнял покрывало.

Султан долго не прекращал поисков таинственного героя. Он составил словесный портрет всадника и разослал гонцов во все свои земли с наказом найти человека в белой одежде. Один из них прибыл в Самарканд. Въезжая в городские ворота, он повстречался с Ходжой Ахраром и, пораженный его сходством с разыскиваемым, пристально и молча разглядывал его. Ахрар улыбнулся и сказал: «Напрасно его Высочество султан Мухаммед беспокоится, разыскивая всадника, скакавшего на белом коне впереди его войска! Идите теперь к султану и скажите ему, что это был я. Передайте своему повелителю мой поклон, а щедрый подарокнаграду верните обратно. Ибо тот, кто богоугодное дело делает своекорыстно, не божий человек».

Но самой выдающейся и, как сегодня сказали бы, миротворческой инициативой была его блистательная акция по предотвращению войны между тремя сопредельными среднеазиатскими государствами. Их войска - более 200 тысяч человек - стояли друг против друга под Ходжентом, в любой момент могла разразиться кровопролитная битва. Но шейх предотвратил ее: самаркандский, ферганский и ташкентский правители не только помирились, но и со слезами раскаяния просили друг у друга прощения.

***

Ходжа Ахрар ушел из этого мира 89 лет от роду, в 1489 году в местечке Камангаран близ Самарканда. Там и находится его могила, поныне ежегодно привлекающая десятки тысяч паломников. И почти каждый месяц оттуда в исламскую прессу поступают сообщения о чудесах, которые посмертно совершает пророк: один исцелился от тяжелой болезни, другой избавился от несправедливого обвинения…

Сергей ГОРНОСТАЕВ

Тайная Власть 04,2010