Октябрины - пироги из глины

Октябрины - пироги из глины

Примечай будни, а праздники сами придут, - гласит народная мудрость.

И действительно, в огромном количестве приходят. Что-что, а праздновать у нас умеют и любят. Но - любопытная особенность - сегодня мы празднуем одно, а завтра совсем другое. Дело в том, что по какому поводу торжествовать, часто определяют не сами граждане, а государственная власть.

В соответствии с меняющимися политическими установками.

Святых - выноси! Большевики, взяв в свои руки рычаги управления страной, тут же принялись искоренять религиозные обряды и насаждать атеистические. Уже в 1918 году были упразднены церковные «метрические книги», в которых регистрировались крещения и венчания. Вместо них учредили «книги актов состояния». Велись они в загсах, подчинявшихся всесильному НКВД.

В том же году были установлены новые общегосударственные праздники. Среди них - не только 7 ноября или 1 мая. Но еще и годовщины «Кровавого воскресенья», московского вооруженного восстания, падения самодержавия и приезда Ленина в Петроград. А также день памяти Карла Либкнехта и Розы Люксембург.

Взамен крестин внедрялись Октябрины (они же Звездины).

Это, как объясняла в начале 30-х годов Малая Советская энциклопедия, «революционный обычай давать имена новорожденным на широких рабочих собраниях... Причем часто выбираются имена, связанные с революционными событиями или деятелями революционного движения: «Лениниана», «Октябрина», «Ким» (т.е. Коммунистический интернационал молодежи), «Марксиана», «Коммуна» и др.» Естественно, автоматически отпадал и такой важный для каждого русского человека праздник, как именины - День ангела. Св.

Ким или св. Марксиана в святцах же не значатся! Так же, как нет там и других новоизобретенных имен. Типа Рэм (Революция, Электрификация, Механизация).

Либо Диамара (Диалектический Материализм).

В дополнение к красным свадьбам организовывались красные похороны. Никакого отпевания усопших, исключительно гражданские панихиды! Музыкальное сопровождение похорон, начинавшееся с траурного марша Шопена, завершалось исполнением Государственного гимна СССР.

На могилах вместо крестов ставились увенчанные красными звездами обелиски. Геометрические подобия египетских и мексиканских пирамид, которые, как утверждают люди суеверные, обладают некоей сверхъестественной мощью. Неспроста же, говорят, в форме пирамиды выстроен мавзолей на Красной площади - с мумией внутри.

У нас в семействе бережно хранили старинные вещи. Увесистый мешок с медицинскими инструментами прадеда, железнодорожного и тюремного доктора, совмещавшего все существующие врачебные специалиазации - от офтальматологии до гинекологии... Бабушкины девичьи альбомы с наивными картинками и самодельными стишками... Вот только ни одной иконы в доме не было.

«Почему так?» - выспрашивал я у стариков. «Мы их в Гражданскую войну все в печке сожгли», - отвечали мне. «Неужели топить больше было нечем?» «Дело не в этом, в квартиру постоянно вламывались с обысками красноармейцы. Нашли бы иконы - могли расстрелять нас как контрреволюционеров, классовых врагов».

Елку гнали палкой В 1929 году советская власть отменила Пасху, Троицу, Рождество и другие православные праздники... Новогодний праздник, став обычным будним днем, праздником быть перестал.

Считалось, что советским людям праздновать начало христианской эры непозволительно.

Ведь подлинная история человечества началась 7 ноября 1917 года! Поэтому в тогдашних календарях на первом месте значилось: «Такой-то год Октябрьской революции».

Встречу Нового года с шампанским и обильной закуской объявили буржуазным, нэповским обычаем. В газетных статьях разъяснялось, что новогодние застолья способствуют росту алкоголизма и неумеренным расходам, разрушающим бюджет рабочей семьи. Фельетонисты сатирически описывали пьяненьких интеллигентов, которые, шатаясь и рыгая, расползались утром 1 января к себе по домам. В то время как навстречу им шли на утреннюю смену трезвые и бодрые рабочие, преисполненные стремления выполнить и перевыполнить задания пятилетки.

Были закрыты елочные базары, прекращена продажа елочных украшений и свечей. Устанавливать елку строго возбранялось.

Конечно, маленькие елки в Подмосковье потихоньку рубились.

И тайком провозились в московские квартиры.

Но затем в газете «Правда» появилось письмо с призывом возродить старый обычай. Автор письма, кандидат в члены Политбюро П.Постышев, предложил устраивать во всех городах и колхозах «хорошую советскую елку». Пусть не на Рождество, а на Новый год - какая веселящейся детворе разница? Неожиданно оказалось, что очистка лесов от мелкого ельника не только не вредит, но даже помогает росту хвойных деревьев. Народу напомнили: сам Ильич устраивал для детей рабочих елки. Однако о том, что он делал это на Рождество, умалчивалось. Елка приобрела совершенно иную идеологическую нагрузку. Звезда на ее макушке начала восприниматься не как вифлеемская, а как ближайшая родственница рубиновых кремлевских звезд. Елку стали внедрять среди чукчей и мусульман. В центре торжеств обычно помещался портрет «великого вождя». Ему ребятишки должны были - дружным хором - говорить спасибо за «счастливое детство».

После войны Новый год, наконец, узаконили как государственный праздник. И сделали нерабочим днем.

Необходимое дополнение. По приказу Сталина Постышев, прославлявшийся в печати как «человек, подаривший детям елку», был снят со всех постов и арестован. В 1939 году его расстреляли как «врага народа». Нашлись особо бдительные люди, которые на этом основании - потребовали вновь подвергнуть елку запрету.

Но она все-таки выжила.

Заколдованные чайники Внедрением в наше сознание коммунистической символики старательно занимались ведущие советские поэты. «...Не орел, не лев, не львица собой украсили наш герб, а золотой узор пшеницы, могучий молот, острый серп», - провозглашал С.Маршак.

Каждый ритуальный предмет занимал в иерархической шкале ценностей отведенное ему место.

Какое именно - знать полагалось с малых лет. Зачем, к примеру, нужна октябрятская звездочка? «Чтоб мы умными стали! Чтобы везде добивались побед. Чтобы сказал нам любимый наш Сталин: - Ленинским внукам привет!» - формулировал типовой ответ В.Лебедев-Кумач.

«Становясь умными» и «добиваясь побед», мы поднимались по социально-политической лестнице к нагрудным знакам более высокого достоинства. «Что такое орден? Орден - это слава, на любовь народа дорогое право», разъяснял С.Михалков. Кстати, в глазах писателей ордена, помимо политического значения, имели еще и скрытую магическую силу.

Видимо, не случайно А.Гайдар, когда его наградили орденом, заявил, что принимает эту награду «как талисман».

Утверждая коммунистическую обрядность, советская литература в то же время решительно отвергала символику, относящуюся к другим, соперничающим религиозным верованиям. Героиня поэмы Э.Багрицкого пионерка Валентина, умирая в больнице от скарлатины, отказывается надеть принесенный ей матерью крестильный крестик. Уходя из жизни, она осеняет себя не крестным знамением, а, как подобает наследникам идей Октября, пионерским салютом.

Вот как это описывается: «Тихо подымается, призрачно легка, над больничной койкой детская рука. «Я всегда готова!» - слышится окрест. На плетеный коврик упадает крест. И потом бессильная валится рука - в пухлые подушки, в мякоть тюфяка»... Здесь, разумеется, никак не уместны ернические ухмылки. Потому что это сочинение, бесспорно, - одно из самых проникновенных и эмоциональных в русской поэзии ХХ века.

Так же, как, например, стихи В.Маяковского, где воспевается еще один символ ушедшей эпохи - «молоткастый серпастый советский паспорт»...

Ореол святыни и соответствующие эзотерические свойства приобретали в культовом сознании не только предметы, специально предназначенные для обрядовых нужд. Но и самые обыкновенные вещи, если к ним когда-то прикасалась рука необыкновенного человека. «Как дорог нам любой предмет, хранимый под стеклом! Предмет, который был согрет руки его теплом!» - восклицал С.Михалков в стихотворении про музей Ленина.

Здесь, как мне кажется, мы сталкиваемся с той же верой в заряженность вещей, которая впоследствии, во времена «перестройки», привела к массовому ажиотажу вокруг чудодеев типа Чумака или Кашпировского...

Вот, скажем, ничем не примечательный чайник - но насколько меняется наше отношение к нему, когда мы узнаем, что им пользовался сам Ильич! «Уж в этом чайнике нельзя, должно быть, воду греть, но как нам хочется, друзья, на чайник тот смотреть!» (из того же произведения С.Михалкова).

Священной реликвией мог стать даже какой-нибудь фрукт (или овощ). Если, конечно, он был выращен не где-нибудь, а на делянке «самого большого садовода». «С радостью я вспоминаю о том, как был на даче товарища Сталина», - говорится в «Рассказе летчика Белякова», который предлагался для чтения едва научившимся грамоте первоклашкам. Там было «много лимонных деревьев со спелыми плодами», «на память о товарище Сталине я сорвал большой лимон».

Нелишне заметить, что плоды, культивировавшиеся «вождем народов», были непростыми.

«Растит он отвагу и радость в саду заповедном своем», - писал М.Исаковский в стихотворении, которое полагалось заучивать третьеклассникам. Воистину познается древо по плодам его!.. Наверняка летчик Беляков (участник героического перелета из СССР через Северный полюс в Америку) уникальный сталинский лимон, чтобы сберечь его для потомства, засушил... Кто знает, дошла ли до наших дней эта диковина - как, к примеру, сохранились засушенные останки Ильича? Вместо Октябрин Хэллоуин? Атеистическое «обрядотворчество» продолжалось до самых последних дней существования советской власти. Вот какую публикацию (из районной газеты «Ленинец» Тамбовской области) мне удалось раскопать. В середине 80-х годов это было напечатано. Всего два с небольшим десятилетия назад. Когда Горбачев уже затевал «перестройку».

Цитирую. «Не только регистрация брака становится торжеством для молодых, но и имянаречение первенца в молодой семье...

Разве может соперничать с этой светлой церемонией, посвященной рождению ребенка, скомканное церковное крещение? Стихи, песни звучали в честь родившегося малыша... Для него долгие годы будут хранить родители письмо в будущее, наказ и пожелание счастья... После церемонии родители направились к аллее счастья - посадить в честь своего первенца дерево».

В постсоветскую эпоху некоторые коммунистические праздники были переименованы или отменены. Появились новые, пока еще не прижившиеся в сознании и в быту. Многие люди не понимают, в чем их смысл. Даже точно не помнят, как они называются.

Но все равно радуются: нерабочие дни дают приятную возможность выпить и отоспаться.

Одновременно - в духе модной теперь «глобализации» - делается немало зарубежных заимствований. День св. Валентина, день св. Патрика, Хэллоуин...

Разумней было бы возрождать собственные полузабытые обряды (а их в России множество), чем слепо копировать чужие традиции. Трудно представить себе, например, что бразильцы, в дополнение к карнавалу, введут у себя Масленицу с блинами и самоварами. А испанские тореадоры будут выезжать на арену на тройках с бубенцами...

Следует, тем не менее, предположить, что количество высасываемых из пальца праздников будет и далее расти. Потому что в этом весьма заинтересованы коммерсанты. Прекрасный шанс устроить массовую распродажу безделушек, побрякушек и поздравительных открыток. Не говоря уже о пиве и других напитках, пользующихся в эти дни особым спросом у гуляющей публики!

Владимир РЕЗНИЧЕНКО

Тайная Власть 20,2009