Подземные голоса
Герой нашего повествования, Владимир Николаевич Орлов, был сыном богатого малороссийского помещика из-под Полтавы. Он получил хорошее образование и для его продолжения отправился в Берлин. Владимира увлекали естественные науки, однако долго учиться ему не довелось: заболел отец и пришлось вернуться в свое поместье, чтобы взять в руки большое хозяйство. Но тяга к науке не угасла, и молодой помещик организовал у себя дома нечто вроде метеорологической обсерватории В 80-х годах XIX века в России это было повальным увлечением, и множество частных метеостанций по своему количеству превышали тогдашнюю государственную метеосеть.
К сожалению, история не сохранила фамилии первого естествоиспытателя, который обнаружил связь теллурических (земных) электрических токов с переменой погоды. Сами же наблюдения за поведением теллурических токов выглядели заманчиво просто, в землю на некотором расстоянии друг от друга закапываются два свинцовых электрода и соединяются изолированной проволокой. В удобном месте в разрыв этой проволоки включается наушник от телефонного аппарата.
Наблюдатель будет слышать в наушнике странный шорох, шипение, похожее на шум прибоя, и резкие короткие щелчки. Если к месту наблюдения приближается атмосферный фронт, звуки усиливаются, приобретая волнообразный характер, появляются свистящие модуляции, возрастает частота щелчков. По мере прохождения фронта все меняется в обратном порядке Опытные естествоиспытатели, соорудившие подобные установки, точнее, чем барометр, предсказывали изменение погоды за сутки, а грозу - за несколько часов.
Вот такое устройство задействовал Владимир Николаевич у себя в усадьбе и в свободное от других дел время слушал подземные голоса погоды, записывая свои наблюдения в дневник. Правда, тут же выяснилось, что эта проволока - далеко не безобидная штука: перед грозой теллурические токи настолько усиливались, что сгорали наушники, а между проводами, проходящими в комнату через оконную раму, начинали проскакивать настоящие молнии. Чтобы не сжечь дом или не пасть жертвой грозового электричества, как профессор Рихман, Орлов перенес пункт наблюдения в отдельное кирпичное строение и тщательно заземлял линию после прослушивания. Попытка провести подобные наблюдения в зимний период сразу же привела к небольшому открытию: при ветре, поземке, а особенно метели шипение и треск настолько усиливались, что опять сгорали наушники, а между проводами, как при грозе, проскакивали маленькие молнии. Так Орлов одним из первых обнаружил сильную электризацию снега во время метелей, которая до сих пор является бичом открытых телефонных линий в северных районах. Он же обнаружил, что если использовать две такие линии, установленные крестообразно, можно, сравнивая уровни шумов в обоих наушниках, определить и направление, откуда движется гроза или атмосферный фронт Накопив за три года подобных наблюдений достаточно экспериментального материала, Владимир Николаевич послал запрос в Русское физико-химическое общество о разрешении сделать доклад на эту тему или опубликовать в журнале общества научную статью. Ответом был отказ: с точки зрения руководителей общества он был лишь дилетантом -недоучившимся студентом, а эти наблюдения сочли, по выражению Козьмы Пруткова, «пустою забавой».
Тогда Орлов отослал копии дневников трехгодичных наблюдений в Главную физическую обсерваторию в Петербурге (ныне Главная геофизическая обсерватория им. Воейкова). Здесь к работам Орлова отнеслись чуть благожелательнее: поблагодарили за присланные материалы и ... положили их в архив. Во всяком случае, именно благодаря этому мы теперь знаем кое-что о научных наблюдениях полтавского естествоиспытателя-любителя. В середине 90-х годов Владимиру Николаевичу пришлось срочно выехать в Архангельск:умер его родственник и необходимо было заняться наследственными тяжбами. Чтобы не скучать в северной глуши, он взял с собой и «метеопредсказатель» - моток проволоки в гуттаперчевой изоляции, несколько электродов да коробку с наушниками. И сразу же был поражен совсем иной подземной звуковой палитрой северной земли. В утренние часы иногда появлялись странные щебечущие звуки, напоминавшие птичье пение, но более часто слышался свист, как от близко пролетевшей пули. Потом вдруг все заглушалось громким львиным рычанием, а в ночные часы возникало невнятное бормотание, похожее на человеческий голос, заглушенный толстой стеной.
Владимир Николаевич все аккуратно записывал в свой дневник, даже не догадываясь, что он почти на полвека опередил наблюдения американских ученых за магнитными вариациями в полярных районах. Тогда впервые были зафиксированы на пленку электромагнитные сигналы звуковых частот, которые динамик воспроизводил уже как звуки: птичье щебетание, названное в литературе «утренними хорами», и «львиный рев». На этот раз, памятуя предыдущее неудачное общение с официальной наукой, Орлов послал свои наблюдения дальнему родственнику, князю Б. Б. Голицыну, академику, будущему основателю российской сейсмологии и геофизики. Но князь в 1896 году отправился с экспедицией на Новую Землю наблюдать солнечное затмение, а секретариат Академии наук, недолго думая, отослал его дневники опять-таки в Главную физическую обсерваторию, снова пополнив ее архив.
Наступил XX век, век электричества, когда небо окутала паутина проводов, а землю пронизали бесчисленные подземные кабели В таких условиях наблюдения за теллурическими токами стало возможным лишь в отдаленных районах, например, в Сибири. И о крайне любопытных наблюдениях помещика-любителя над связью электрических процессов в земной коре с изменениями погоды забыли почти на столетие.
Лишь в конце 70-х годов XX века в Ленинградском гидрометеорологическом институте автором этой статьи и его коллегой, профессором И.А.Степанюком, было обнаружено сверхнизкочастотное электромагнитное излучение, связанное с циклонами и атмосферными фронтами. Регистрируя его, можно предсказать приход циклона за сутки и определить направление его движения, а также заблаговременно прогнозировать другие опасные природные явления.
Валентин ПСАЛОМЩИКОВ
НЛО 16,2002
