Горький дым "России"
"Вечерняя Москва", Москва, 28.02.02
Традиционный сбор
В тот день, 25 февраля 1977 года, группа выпускников механического факультета МВТУ имени Баумана должна была отметить 20-летие окончания родного училища. На встречу собрались 26 человек. Душой и организатором юбилейного мероприятия был Владимир Дмитриевич Малахов, занимавший в ту пору солидный пост заместителя начальника управления Торгово-промышленной палаты СССР. Этапную встречу решено было провести в самом модерновом по тем временам сооружении - гостинице "Россия". В высотной пристройке к северному корпусу, выходящему на улицу Разина (нынешняя Варварка), на 22-м этаже, над рестораном был небольшой банкетный зал. Там бауманцы развесили стенды с фотографиями, в портфеле у Владимира Дмитриевича лежали шуточные анкеты и сувениры, заготовленные для участников. Все, казалось, идет по веселому, юбилейному сценарию.
Выпили за встречу, за факультет, преподавателей, друзей, один раз успели станцевать. Вот-вот должны были подать горячее...
В 21 час 23-24 минуты на пульте противопожарной группы гостиницы "Россия" вдруг вспыхнули сигнальные лампочки и зазвучали звонки о пожаре. Вся стойка засветилась практически одновременно: пожар был явно не локальным. Приемные приборы показывали: северный корпус и высотная пристройка заполнены огнем и дымом. Тут же последовало подтверждение: диспетчер ППГ Сухова получила сообщение от старшего инструктора Тихоновой о задымлении на 13-м этаже. "Товарищ Сухова, - будет записано позднее в заключении пожарно-технической экспертизы, - по прямому телефону вызвала 47-ю военно-пожарную часть".
За ту же самую минуту на "01" поступило сразу 50 звонков как из самой гостиницы, так и с улицы. Последнее означало, что в течение одной минуты дым и пламя так разрослись ввысь и вширь по всему корпусу и высотной пристройке, что привлекли внимание прохожих. Такой фантастической скорости распостранения никто никогда не видел.
К "России" мгновенно выехал боевой пожарный рассчет из 81 человека во главе с младшим лейтенантом Алексеем Букановым. В их распоряжении было 14 пожарных машин, в том числе 3 автоцистерны и 5 автонасосов. Но автолестница была у пожарных одна и доставала только до седьмого этажа... Оценив масштабы увиденного, Алексей Буканов на свой страх и риск принял беспрецедентное по тем временам решение: объявил высший ранг пожара, по которому к гостинице "Россия" должны были подтянуться не только дополнительные отряды и техника, но и высшее руководство.
Выпускница Бауманского училища (в 1977 году - заместитель начальника отдела секретного московского "почтового ящика") Людмила Григоренко вместе со своей однокурсницей Любовью Федоровой столкнулись со стихией на 18-м этаже, куда они спустились из ресторана в туалетную комнату.
Когда Людмила подправляла макияж перед зеркалом, она вдруг увидела тоненькую струйку белого дыма, выползающую из-под двери.
- Тут же дверь распахнулась, - вспоминает Людмила Георгиевна, - и валом пошел уже черный дым. Вбежали мужчина и женщина. Мужчина был весь в крови. Он кричал ей: "Давай, давай, перевязывай! Возьми галстук!" Женщина пыталась ему что-то сделать, но потом они выскочили. Мы закрыли дверь, и я сказала Любе: "Слушай, это горит внизу. Давай попробуем дышать через отдушины!".
Но дым шел уже и из отдушин. Подруги выскочили в коридор и стали искать в темноте дорогу к своим, на 22-й этаж. Они шли, держась за стену, иначе ориентироваться было невозможно.
- У порога я споткнулась о лежащего человека, - рассказывает Григоренко. - Скорее всего, это был тот мужчина, который поранил себе руку, выбив стекло. Наконец мы вышли к лестнице. Там было, как в печной трубе: черный дым и искры. Я крикнула: "Люба, держись за стенку, сейчас мы выйдем!" Но Люба побежала вниз... Как потом выяснилось, многие, застигнутые пожаром, поступили так же, и это стало их роковой ошибкой: они задохнулись в дыму.
Из окон северного блока с фасада и со двора выбивались языки пламени и клубы дыма. Люди просили о помощи, некоторые пытались спуститься по связанным простыням и шторам. "Наиболее интенсивное горение, - указано в отчете пожарных, - происходило на 5, 11 и 12-м этажах здания".
В "России" имелось более 3 тысяч огнетушителей. Сотрудники гостиницы пытались их использовать, но безуспешно. Пожар разрастался.
Образовалалась огромная температура, при которой бетон кое-где разламывался до арматуры. Прогорали металлические двери, ведущие в служебные помещения. К счастью, гостиница была оборудована внутренним водопроводом со множеством пожарных кранов, которые были приведены в действие. Использовался наружный кольцевой водопровод. Воду пожарные подавали даже с Москвы-реки, где были установлены 3 насоса.
К десяти часам вечера на пожаре были сосредоточены уже 56 пожарных автомашин. Спасательные работы производились по автолестницам, которые собрали со всей Москвы. Но, увы, их было только 8, и они были несовершенны. Для тушения пожарные использовали воду и пену, которая подавалась по 59 стволам. Но этого было явно недостаточно.
- Нужно было отсечь Западный и Восточный блок, чтобы огонь не распостранился по всему периметру гостиницы, - рассказывает бывший офицер оперативного штаба пожаротушения, ныне полковник запаса Василий Лященко. - Пожарные продвигались от торцевых лестничных клеток каждого этажа, с правого и левого угла, к центру. Вскрывали двери, чтобы спасти людей. Ликвидировали водой и пеной очаги и продвигались дальше. Казалось бы, вот, прошли на своем этаже, загасили. И вдруг сзади опять вырывается огонь!
Прибывший в 22.05 начальник УПО Мосгорисполкома генерал Иван Антонов поднял по тревоге весь личный состав пожарного гарнизона. К месту трагедии стали поступать машины и автолестницы из Московской области...
Они целовали снег
Когда Людмила все-таки прорвалась сквозь пламя и дым на 22-й этаж, в банкетном зале уже никого не было. Опустившись на пол, она позвала:
"Ребята! Ребята!" Отозвался только Володя Малахов, который остался тут. Вместе они стали искать выход в темноте. По какой-то лестнице спустились на 21-й этаж, в ресторан. Уперлись в стеклянную дверь, оказавшуюся закрытой скобою с внешней стороны.
Дышать становилось все тяжелее. Что делать? Малахов взял в руки железное кресло и начал бить по стеклу. Но оно оказалось небьющимся! Тогда он с размаху бросил кресло выше двери - раздался звон! И тут же за их спиной, словно они подали сигнал к действию, стали бить стекла. Оказалось, позади них было много людей. Все лежали или сидели на полу, спасаясь от дыма. А закрытая снаружи дверь вела из ресторана на лестницу. Почему она была заблокирована? Это так и осталось для них загадкой. Как и то, почему "работники питания" все как один заперлись изнутри в служебном помещении. Двое баумановцев решили идти вниз на поиски Любы Федоровой.
Дверь все же удалось открыть, однако внизу была непроходимая стена огня и дыма. 200 человек оказались отрезанными на самой верхушке горящего здания.
Вместе с остальными пострадавшими бауманцы ждали помощи более трех часов.
- Когда пожарные добрались до нас, - рассказывает Владимир Дмитриевич Малахов, - народ их увидел и решил: сейчас нас будут выводить. Но вместе с пожарными поднялся и представитель "Интуриста". Он сказал: "Товарищи, надо вперед пропустить иностранцев!" Их пропустили.
- Нас выводили по внутренней лестнице двое работников КГБ, которые были там то ли на задании, то ли просто отдыхали в ресторане, - рассказывает Людмила Георгиевна. - С ними были женщины, одну из которых звали Магдой. Они шли впереди, и я очень хорошо помню, как эта Магда кричала, а один из этих ребят ее успокаивал. Лестница была скользкая, черная... Когда вывели на крышу концертного зала - многие бросились целовать снег...
При пожаре в гостинице "Россия" было спасено и эвакуировано, по официальным данным, более 1000 человек. Многих пожарные спасли действительно чудом. Ведь автолестницы доставали только до седьмого этажа. Так вот, от 7 до 22-го этажа пожарные протянули своеобразную "лестницу", используя штурмовки с крюками. Эта "лестница жизни" спасла 43 человека!
Однако 42 человека, в том числе 12 женщин (по спискам, поступившим в морги Склифосовского и 2-го мединститута), - погибли. Среди них и Любовь Федоровна Федорова, которая была обнаружена на лестнице третьего этажа гостиницы "Россия".
Лукавое заключение
Так кто же был виноват в гибели людей? Последнее десятилетие открыло нам многие тайны советского периода, но трагедия "России" отчего-то до сих пор покрыта мраком. В ходу две основные версии.
Первая: в большом доме, как сказали не выбиравшие выражений пожарные, был "большой бардак". Вторая - более лаконичная: поджог.
Начнем с первой. Когда было возбуждено уголовное дело, следователь, наряду с работниками гостиницы, допрашивал и тех, кто осуществлял пожарный надзор за зданием. В числе первых вызвали заместителя начальника столичного УПО Абрама Рубина. Ему предъявили обвинения в многочисленных недоделках, касавшихся пожарной безопасности здания.
Рубин спокойно ответил: "Прошу вас поднять акт госприемки комплекса". Затребовали акт из архива, и оказалось, что подписи представителя пожарных в нем нет. Но зато там имелось Особое мнение, написанное Рубиным, где подробнейшим образом были изложены все замечания пожарного надзора. Однако эти замечания свыше проигнорированы. Первую очередь лучшей гостиницы СССР во что бы ни стало хотели сдать в 1967 году - к 50-летию Октября. И хотя (во многом из-за неуступчивости пожарных) строительство затянулось дольше намеченного срока, спешка сделала свое дело: гостиница была сдана с массой нарушений.
В поисках "стрелочника" следствие решило попытать удачу с пожарным чином рангом пониже. Однако начальник отдела ГПН Пролетарского района Петр Федюнин на каждое "почему?" предъявлял по документу. Всплыли факты беспрецедентного разгильдяйства. Только за 1976-й и начало 77-го года за нарушение правил пожарной безопасности было привлечено к административной ответственности 213 должностных лиц гостиницы "Россия".
Письменно о нарушениях почти ежедневно информировались все: от директора гостиницы В. А. Засыпкина и, как тогда было принято, парторга В. А. Сосновского, вплоть до первого заместителя председателя исполкома Моссовета В. П. Исаева. Более того, обращениями Госпожнадзора был завален и Московский городской комитет КПСС! По-настоящему, гостиницу "Россия" нужно было закрывать и приводить в противопожарный порядок. Но для властей города это было равносильно признанию в том, что гордость столичного гостиничного хозяйства эксплуатируется с грубейшими нарушениями. Стоит ли удивляться тому, что на пожарных после разбирательства не рискнули свалить вину. И, более того, на заседании Политбюро ЦК КПСС, от решения которого зависело практически все, первый секретарь МГК В. В. Гришин предложил оценить действия московских пожарных как "отличные".
В результате следствие свелось к поискам "источника зажигания".
"Источник" вроде бы нашли. Возбужденное по факту уголовное дело называлось "О пожаре в гостинице "Россия". В нем имеются свидетельства о том, что пожар якобы был обнаружен не в 21 час 24 минуты, а "в среднем" на 45 минут раньше. То есть примерно в 20 часов 39 минут. И возник он в радиоузле, где постоянно замечались "посторонние люди и пустые бутылки".
Выстроилась логическая цепочка, приведшая к осуждению двух работников гостиницы "за халатность". Они-то и стали пресловутыми "стрелочниками".
Недоговорки экспертов
Однако документы - вещь упрямая. Иногда недосказанное в них дает больше пищи для размышлений, нежели приведенные факты и выводы. Комплексная пожарно-техническая экспертиза, основанием для проведения которой явилось постановление следователя по особо важным делам Генпрокуратуры СССР, разбиралась очень тщательно. 24 доктора и кандидата наук, ведущие эксперты страны поставили перед собой 22 вопроса. Среди них не было только одного: о преднамеренных действиях. То есть о поджоге или теракте в гостинице "Россия". Такого тогда не могло быть, как говорится, по определению.
Вот часть из выводов экспертов. Оказывается, электрооборудование, электросети, электропроводка потолочных светильников - в общем, вся "электрика" гостиницы, включая аварийные режимы в сетевых кабелях - "непричастны к возникновению пожара". И что касается "технических средств радиоузла, потенциально могущих вызвать возгорание", - они тоже "не причастны", а подверглись действию внешнего тепла. Комиссия приходит к окончательному выводу: "пожар возник в результате внешнего источника огня".
Внимательный читатель поймет, что специалисты, в числе которых был ныне здравствующий Игорь Соломонович Таубкин (сын автора самой популярной среди экспертов книги "Пожар и взрыв, особенности их экспертизы" Соломона Игоревича Таубкина), выполнив профессионально свой долг, оставили зазор, в который когда-нибудь проникнет взгляд исследователя нового поколения.
Версия награжденных
Василий Алексеевич Лященко (награжден за ликвидацию пожара в "России" медалью "За боевые заслуги"): "Для меня этот пожар - загадка. В гостинице в каждом номере были люди, дежурные по этажам - как они могли не уловить в течение столь длительного времени никаких признаков пожара или задымления? А если уловили, то почему не позвонили по "01" - ведь в каждом номере был телефон? Наконец, почему столько времени не реагировали пожарные извещатели, которыми был напичкан весь северный блок? Тут ведь "человеческий фактор" как бы ни при чем. И вдруг датчики срабатывают одновременно, по всему корпусу! Должен был быть мощный тепловой импульс".
Владимир Викторович Зайцев (награжден за "Россию" медалью "За отвагу на пожаре"): "Весь мой многолетний опыт тушения пожаров заставляет исключить все версии, кроме одной, - поджог".
Если прав Владимир Зайцев, то кто же осуществил крупнейший в СССР теракт, в результате которого погибли 42 человека? Узнаем ли мы это когда-нибудь?
