 |
В отличие от многоклеточных животных и растений, которые не выдерживают температуру выше 50°С, и одноклеточных эукариотов, погибающих при температуре выше 60°С, некоторым бактериям и археям не страшен даже кипяток. Температура обитания термофилов - 50°С, гипертермофилов - выше 80°С. Они часто встречаются в зонах высокой геотермальной активности, таких как гейзеры Исландии или Йеллоустонский национальный парк, а также в жерлах океанских вулканов, так называемых «черных курильщиках». Самые «жаропрочные» из ныне известных бактерий - Pyrolobus fumarii, обитающие при температуре 113°С в стенках «черных курильщиков» и замедляющие рост, когда температура падает до 90°С, поскольку для них это слишком холодно. Никто не знает, где на самом деле верхний предел пригодной для жизни температуры, однако большинство ученых предполагают, что он должен быть равен примерно 120°С.
«Черные курильщики» были открыты в 1977 г. учеными из Вудсхоллского океанографического института близ побережья Эквадора. Скользя над океанским дном на глубоководном аппарате «Алвин» на глубине около 2500 м, они перевалили через хребет - и увидели незабываемое зрелище . Из леса подводных труб клубился черный дым, будто Вулкан с Нептуном выстроили там гигантский заводской комплекс для каких-то темных производственных нужд. И, в отличие от малонаселенных океанских глубин, к которым ученые уже привыкли, этот оазис просто кишел самыми разнообразными формами жизни.
Соваться к «черным курильщикам» довольно опасно. Первый же температурный зонд, запущенный в столб воды, поднимающийся из трубы «курильщика», сгорел за несколько секунд. Разобравшись, в чем дело, ученые стали опасаться за сам батискаф, поскольку на такой глубине плексигласовые окна могли расплавиться и при 90°С. Опасения оказались не напрасными. Из экспедиций к «черным курильщикам» батискафы иногда возвращаются с покореженной и черной от жара внешней оболочкой.
«Черные курильщики» напоминают подводные гейзеры, которые выбрасывают насыщенную минералами горячую воду из вулканических жерл в океанском дне. На срединно-океанических хребтах расплавленная магма бурлит почти у самой поверхности, раздвигая тектонические плиты и образуя в разломах после застывания новые участки дна. Холодная океанская вода проникает вглубь через трещины и нагревается от горячей магмы. По мере просачивания она нагревается все больше, но огромное давление не позволяет ей закипеть. В конце концов разогретая вода устремляется обратно к поверхности, неся с собой растворенные минералы и сульфиды металлов, и извергается из расщелин при температуре около 350°С. При соприкосновении с холодными океанскими водами растворенные минералы и металлы высвобождаются, образуя клубы черного «дыма», поднимающегося на 100-300 м над океанским дном, а затем застывают в виде каменистых труб до 5 м высотой. Одну из самых высоких труб за свои гигантские размеры (6,8 м) ласково прозвали Голиафом.
Вокруг «черного курильщика» во множестве роятся архей, которые отлично чувствуют себя в супергорячей воде и питаются коктейлем из сернистых соединений и минералов - марганца, железа и сульфидов, выбрасываемых из жерла. «Стада» этих хемосинтезирующих организмов, похожие на снег, постоянно клубятся вокруг гейзеров. Архей служат фундаментом уникальной экосистемы. В теплых струях колышутся, будто трава, щупальца селящихся колониями полихет. Некоторые прячутся под тонкими, бледными от недостатка света панцирями с бороздками, другие вырастают до 4 м в длину. Помпейский червь, один из самых жаростойких, обитает в трубках, которые крепятся непосредственно к стенкам «курильщиков». В итоге голова его расположена в слоях с приятной двадцатиградусной температурой, а хвост поджаривается при обжигающих 80°С. У «курильщиков» миллиардами толкутся креветки, балансируя на тонкой грани: подплывешь слишком близко - сваришься заживо, слишком отдалишься - замерзнешь или погибнешь от голода. Дно устилает ковер из актиний, длинноногих крабов и огромных моллюсков (до 30 см длиной). Их раковины покрыты микробными матами. Между трубами «курильщиков» пасутся рыбы. Вот проплывает необычайной красоты оранжевое создание, похожее на пушистый одуванчик, за которым тянутся длинные ленты. На самом деле это никакой не цветок, а животное, похожее на «португальский кораблик» и представляющее собой колонию простейших.
В эту бездну не проникает солнечный свет, поэтому вся жизнь здесь зависит в конечном итоге от хемосинтезирующих способностей архей и бактерий. Они используют сероводородную кислоту в качестве топлива, окисляя ее до водорода и серы. И если одни из подводных обитателей употребляют археи и бактерии в пищу, другие образуют с ними более тесную связь. Среди самых необычных можно назвать полихету Riftia pachyptilia, обладающую мягким трубчатым телом белого цвета толщиной с детскую руку, с алыми жабрами на конце. Пищеварительной и выделительной систем у нее нет, поскольку процесс питания в привычном смысле у нее отсутствует, а энергию она добывает в симбиотической связи с хемосинтезирующей бактерией. Внутренняя полость трубки заполнена трофосомой, или пищевым мешком. Внутри каждой клетки трофосомы обитают тысячи серных бактерий. Кроваво-красные жаберные лепестки полихеты добывают из окружающей воды кислород и сероводородную кислоту. Они соединяются с особой разновидностью гемоглобина в кровеносной системе червя и доставляются к хемосинтезирующим симбионтам, населяющим внутреннюю полость полихеты. С помощью кислорода бактерии разлагают сероводородную кислоту на воду и серу, высвобождая в процессе энергию. Сера остается на месте, накапливаясь в виде твердого желтого осадка на стенках полости в течение всей жизни червя. Энергия же используется для переработки неорганики в питательные вещества - например, аминокислоты и углеводы, которые бактерия-симбионт затем потребляет вместе с хозяином.
