5 апреля 33 года нашей эры, с трудом неся на плечах грубо вытесанный крест, Иисус прошел по узким улочками Иерусалима и поднялся на гору, называемую Лобной, а по-еврейски – Голгофа. Там свершилась казнь и Его распяли, а с ним вместе разбойников Гестаса и Дисмаса. Это произошло в пятницу, а поскольку на следующий день наступала Великая суббота, являвшаяся праздником для иудеев, они обратились к прокуратору Иудеи, римлянину Понтию Пилату, с просьбой – дабы не осквернять телами казненных светлый праздник, приказать перебить распятым кости на ногах и снять их с крестов. В принципе, это было вполне обычным делом, ибо казнь путем распятия предусматривала не только прибивание или привязывание осужденного к перекладинам, но и переламывание ему костей до наступления смерти на кресте. Вполне понятно, что после этого смерть наступала значительно быстрее и становилась мучительной. Пилат благосклонно кивнул в знак согласия: ему тоже не хотелось затягивать отвратительную процедуру.
Как рассказывается в Евангелии и других исторических книгах, на месте казни в качестве официального представителя римских властей присутствовал центурион Гай Кассиус Лонгин. Человек хитрый и опытный, Гай больше не мог воевать из-за зрения – оба его глаза поразила катаракта, и центурион очень плохо видел. Зато он хорошо слышал и ловко умел смущать людские души, поэтому его отправили в колониальную армию римлян в Иерусалим, в беспокойную Иудею на помощь и в подчинение Понтию Пилату: заниматься вопросами религии и политики. То есть, говоря современным языком, обеспечивать безопасность и выполнять контрразведывательные функции.
В руке центурион держал старинное копье с длинным острым наконечником более чем полуметровой длины – по преданию, его якобы выкопал древний пророк Финий, чтобы оно аккумулировало в себе магические силы. Как истинный язычник Лонгин верил в магию и специально отыскал это копье, о котором рассказывали всякие легенды и небылицы. Гай предпочитал постоянно держать его при себе, чтобы оно не попало в чужие, враждебные руки.
Гай Кассиус не зря получал жалованье и ел свой хлеб, запивая его вином, – он уже два с лишним года, постоянно оставаясь в тени, пристально наблюдал за деятельностью распятого ныне Христа, сделав своими глазами множество доносчиков. И тут, когда пришли перебить казненным ноги и уже перебили одному и другому, с центурионом произошло необычайное и неожиданное – он вдруг уверовал в Иисуса Христа! И когда иудеи пожелали и Христу перебить ноги, римлянин резко воспрепятствовал этому, вспомнив, что по древнему предсказанию у Мессии все кости должны оставаться целы.
Уверовав в момент распятия в Божьего Сына, Мессию и Спасителя рода человеческого, Кассиус решился на чрезвычайный поступок, навсегда вписавший его имя в Историю, – он пронзил своим необычным копьем правый бок Христа между четвертым и пятым ребрами: традиционный удар римских легионеров для проверки, жив или нет распятый? Если мертв, то из раны не потекут ни кровь, ни вода.
Из раны Спасителя вытекли и кровь, и вода, и в этот момент центурион чудесным образом прозрел! Палачи лишились возможности сломать кости Иисуа, и сбылось древнее пророчество: «кости его да не сокрушатся». В какой-то краткий миг в руках центуриона сосредоточилась вся дальнейшая история человечества и пути ее возможного развития – последующим поколениям Гай Кассиус стал известен, как Лонгин-копейщик, а его копье стало одной из величайших христианских святынь. Позже в его наконечник вделали один из гвоздей, которыми прибивали к кресту Спасителя. Легенда гласит: вместе с Копьем человек берет в свои руки судьбу мира…
В Вену Гитлер приехал в 1909 году, когда ему исполнилось семнадцать лет – он хотел поступить в Академию художеств, но провалился на экзаменах. Его мать уже умерла, но еще оставались деньги, а сестру он пристроил на попечение родственников.
Адольф жил в дешевой меблированной комнате, долго спал, вставал поздно и отправлялся в театры или музеи. Однажды он пришел во дворец Хофбург, где хранились многочисленные реликвии австро-венгерской династии Габсбургов. В одном из залов Гитлер неожиданно ощутил странную силу.
– Я медленно ощущал какое-то магическое присутствие, – вспоминал позже фюрер. – Такое ощущение я испытывал в тех редких случаях, когда осознавал предназначенную мне великую Судьбу!
В тихом музейном зале вдруг произошло невероятное: когда Адольф стоял перед Копьем, по его словам, перед ним словно распахнулось окно в будущее и в короткой немыслимой вспышке света он ясно увидел грядущее. И вдруг осознал: он вполне может стать как бы проводником перехода христианской идеи в чисто националистическую…
Когда кончились деньги, Адольф перебрался в ночлежки венского пригорода Майдлинге – там он убирал снег, подрабатывал носильщиком, на поденных работах и рисовал, рисовал, рисовал – преимущественно Копье Судьбы, – и продавал акварели иностранным туристам.
Как только появлялась хоть какая-то сумма, позволявшая день-другой не думать о пропитании, будущий фюрер отправлялся в библиотеки и архивы: он лихорадочно рылся в каталогах, рукописях и книгах, стараясь отыскать любые сведения о магическом Копье. Теперь оно всецело завладело им и властно тянуло за собой – маниакальная идея не оставляла Адольфа ни днем ни ночью, он все подчинял только ей. Вскоре он установил: оказывается, «Копий Судьбы»… несколько! И каждое копье всерьез претендует на звание оригинала. Как отличить среди них истинное.
Один из наконечников хранился в сокровищнице Ватикана, но Гитлер справедливо рассудил, что вряд ли святым отцам нужно военное мировое господство. К тому же они совершенно не настаивали, что именно у них и только у них подлинник Копья Лонгина.
Второй экземпляр находился в Париже, куда его некогда привез из разграбленного крестоносцами Константинополя король Франции Людовик Святой. Третий наконечник был в польском Кракове – бывшей столице Речи Посполитой. Однако все «Копья», кроме хранившегося в венском дворце Хофбург, оказались без вставок в виде гвоздя. Это заставляло серьезно задуматься. Но для достижения гарантированного результата лучше всего было бы собрать все реликвии вместе.
Книги рассказали, что после римлян Копьем Судьбы владел византийский император Константин – сначала он был злобным гонителем христиан, но потом вдруг в 313 году узаконил христианство по всей империи, за что и получил прозвание Великий, а впоследствии его причислили к лику святых и канонизировали. Другой византийский император – Юстиниан, – владевший реликвией, прославился ученостью и небывалым могуществом.
Неизвестными путями Копье попало в руки Карла Мартелла и, с его магической помощью, он с немногочисленным войском сумел остановить и дать серьезный отпор в 732 году в битве при Пуатье завоевателям-мусульманам. Позднее владельцем Копья Судьбы стал основатель династии Каролингов Карл Великий, избранный в 800 году императором и объединивший народы Европы. После него реликвия перешла в руки германских монархов: Генриха I Птицелова, Отгона Саксонского и Фридриха I Барбароссы.
Как трофей магическое Копье досталось русскому князю Ярославу, отцу легендарного Александра Невского, но в конце концов величайшая христианская реликвия очутилась в Золотой Орде, в жадных руках Мамая – не зная истинной ценности «ржавого куска железа», хан с удовольствием выменял его у московского князя Дмитрия на двух пленных мурз. А Дмитрий, получив Копье Судьбы, наголову разгромил Орду на Куликовом поле.
В 1410 году Копье украсило сокровищницу основателя династии Ягеллонов – литовского князя Ягайло: его подарил ему русский государь, потомок Донского, в знак братства и общей победы над немецкими рыцарями. Не это ли копье и хранится в Кракове?
Но дальнейшие изыскания говорили: нет, не оно! Все это далеко не то, настоящее Копье Судьбы во время шведской оккупации Польши попало в руки Карла XII – молодого и жадного короля-завоевателя, просто помешанного на войнах и походах. Но король погиб при осаде одной из крепостей и спустя годы маршал Франции Бернадотт, ставший регентом Швеции, с благоговением преподнес древнюю реликвию Наполеону Бонапарту.
Корсиканец не знал поражений, пока в захваченной французами горящей Москве русский партизан Кузьма Неткач, рискуя жизнью, не сумел похитить реликвию и доставить ее в Тарутинский лагерь фельдмаршала Кутузова. В 1813 году, перед смертью, Михаил Илларионович завещал передать Копье Лонгина самому опытному военачальнику Европы и непримиримому врагу Наполеона австрийскому маршалу Блюхеру. Так Копье Судьбы оказалось в Вене. Значит, именно здесь подлинная реликвия? Ведь в Хофбург специально приезжали поклониться ей обожаемые Гитлером композитор Рихард Вагнер и философ Фридрих Ницше.
Но самое главное, что узнал Адольф из книг и рукописей, – Копье Судьбы послужило духовным символом создания Тевтонского ордена – объединения немецких рыцарей-монахов, спаянных жесточайшей дисциплиной.
Бесцельно бродя по аллеям парка или сидя на лавочке, Гитлер часами размышлял над тем, что ему удалось узнать о Копье Судьбы, и постепенно пришел к выводу: увиденная им в зале дворца Хофбург древняя реликвия и испытанные при этом ощущения – некий знак свыше, который указывает на возможность открытия новых, готовых измениться путей развития народов и государств Европы, а то и всего мира!
– Да, оно, несомненно, ключ к власти и моей собственной судьбе, – бормотал он, словно в горячечном бреду. – Я открою все его мистические тайны!
В возрасте двадцати четырех лет Гитлер покинул Вену, решив перебраться в Мюнхен, где он зарегистрировался в полиции как человек без гражданства. Но он покинул Вену с твердой уверенностью, что еще вернется сюда, непременно вернется. Пусть не удалось поступить в Академию художеств, зато получены иные, куда более важные знания. Адольф уже почти ощущал себя новым пророком. Он уже понял: для реализации идей господства национализма нужно создать свой военный «рыцарский» орден.
8 ноября 1923 года дважды раненный на войне новоявленный лидер национал-социалистов Адольф Гитлер затеял накануне годовщины капитуляции Германии «новую национальную революцию», получившую название «Пивного путча». Выступление провалилось, но когда 26 февраля 1924 года Гитлера и других путчистов судили в Мюнхене, Гитлер умело произносил жаркие речи и быстро заработал славу патриота и непримиримого борца с левыми. Его приговорили к пяти годам заключения в Ландсбергской крепости за «измену родине», но Гитлер отсидел всего несколько месяцев и то не терял времени даром – в тюрьме рождалась «Майн Кампф».
– Толпа – это женщина, которая больше любит повелителя, чем просителя! – цинично и довольно метко заметил Гитлер, выйдя за ворота тюрьмы. – Кто владеет толпой, тот владеет улицей! Конечно, в широком смысле слова. А кто владеет улицей, тот владеет всей Германией!
Его популистская пропаганда и циничная идеология национал-социализма были очень точно рассчитаны на толпу, на людей улицы – неблагополучной, голодной, униженной страшными военными поражениями, однако еще хранившей память о прошлой славе. В 1933 году – год в год через девятнадцать веков после того, как Иисус взошел на Голгофу, Гитлер набрал 17,5 миллиона голосов на выборах в Рейхстаг и пришел к власти. Совпадение, или в этом скрыт свой, еще неразгаданный пока тайный смысл?
Дальше события покатились с ужасающей скоростью – уже существовал «черный орден» СС, когда один из самых дальновидных политиков Европы, а то и мира, умудренный опытом и всегда очень друживший со спецслужбами, которые немало сообщили ему о венском периоде жизни фюрера и его увлечениях, – британская разведка издавна считалась сильнейшей, – сэр Уинстон Черчилль, с отчаянием сказал:
– Ну почему мы никак не можем его остановить?! Почему наши бараны в правительстве не понимают: теперь он двинет на Австрию – ему нужны Вена и Копье Судьбы! Как только он им завладеет, планы Гитлера по установлению мирового господства немедленно перейдут из области теории в самую кровавую и ужасающую практику!
Черчилль оказался абсолютно прав – в 1938 году войска генерала Кейтеля и черные танки Гудериана рванули через границы и вскоре очутились на улицах старой Вены, плотно окружив дворец Хофбург. Фюрер поехал в Линц и там с нетерпением ожидал доклада рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера, которому поручил лично проследить за захватом и охраной древней реликвии – Адольф серьезно опасался, что в самый последний момент Копье Судьбы может необъяснимым образом ускользнуть из его рук, как оно ускользнуло из рук Наполеона в горящей Москве.
Наконец Гиммлер сообщил – все в порядке! И Гитлер немедленно прибыл в Вену, где занял лучший номер в отеле «Империал». Фюреру доложили изъятие реликвии и обеспечение ее доставки в Нюрнберг поручено тестю Мартина Бормана, хорошо известному Адольфу Вальтеру Буху, уже не раз выполнявшему многие секретные поручения вождя.
Вскоре Гитлер сам примчался во дворец Хофбург. Подав знак свите и охране остаться, он один вошел в хранилище и плотно прикрыл за собой дверь. Он пробыл там более двух часов, и никто не решился побеспокоить его. Что там происходило? Эту великую тайну Адольф Гитлер унес с собой. Но нет сомнения: это очень трагическое для минувшего XX века время.
Спустя год произошел раздел Польши, и древний Краков с его реликвией оказался в руках «черного ордена». Потом пал Париж, и третья реликвия тоже попала в руки Адольфа, а до четвертой, хранившейся в Ватикане, он всегда мог добраться с помощью Дуче – итальянского фашистского диктатора Бенито Муссолини. Вот то, что было когда-то им задумано, как ни странно, свершилось!
После аншлюса Австрии Гитлер открыто заявил о своих претензиях на мировое господство и установление «нового мирового порядка» – ведь Копье Судьбы уже оказалось у него в руках! А после взятия Кракова и Парижа вопрос о большом походе на Восток – традиционном направлении немецких завоеваний – стал только делом времени…
Почему же, владея всеми древними реликвиями, Гитлер так и не одержал победы? Видно, Бог воспротивился этому, поскольку нельзя поставить христианские святыни на службу темным силам. Великая тайна и загадка, до сего времени не нашедшая разрешения: как и при каких невыясненных обстоятельствах фюрер утратил Копье Судьбы, хранившееся в Нюрнберге? Почти невероятно, но факт – оно оказалось в руках командующего американской армией генерала Дуайта Эйзенхауэра. Возможно, именно поэтому Гитлер упорно посылал охотиться за ним самого лучшего диверсанта Третьего рейха Отто Скорцени. Однако тому тоже не повезло…
После победного мая 1945 года реликвию вместе с другими военными трофеями доставили в США, и Эйзенхауэр преподнес ее президенту Гарри Трумэну, занявшему место умершего Рузвельта. Есть сведения, что советские спецслужбы после освобождения Вены очень интересовались Копьем Судьбы – не стоит забывать: Иосиф Сталин имел пусть и неполное, но церковное образование. Он учился в духовной семинарии и знал куда больше, чем присяжные атеисты. Однако Копьем уже завладели американцы. Спустя ряд лет они вернули его австрийцам, и теперь оно вновь находится во дворце Хофбург. Замкнулся круг времен, и древняя реликвия заняла положенное ей место. Хочется надеяться, навсегда…
