Как удалось выяснить журналу The Astronomy – в последние недели из-за пандемии COVID-19 было закрыто более 100 крупнейших исследовательских телескопов Земли. То, что началось как несколько сообщений о закрытиях в феврале и начале марта, стало почти полным прекращением наблюдательной астрономии. И закрытия вряд ли скоро закончатся. Директора обсерваторий говорят, что они могут находиться в автономном режиме от трех до шести месяцев – или даже дольше. Во многих случаях возобновление операций будет означать создание новых способов работы во время пандемии. И это может быть невозможным для некоторых приборов, которые требуют, чтобы команды техников обслуживали и работали. В результате новые астрономические открытия, как ожидается, будут сильно отложены.
«Если все в мире перестают наблюдать, у нас появится пробел в данных, который мы не сможем восполнить или как-то восстановить», – говорит астроном Стивен Яновецки из обсерватории Макдональд в Техасе. «Это будет период, когда у нас в астрономическом сообществе не будет данных о том, что произошло». И все же эти краткосрочные потери не являются главной заботой астрономов. Они привыкли терять телескоп из-за плохой погоды, и они так же, как и все остальные, обеспокоены риском коронавируса для своих близких. Тем не менее, всё, что может сделать большинство астрономов на данный момент, это сидеть дома и ждать, пока буря не утихнет.
«Если бы у нас сейчас появилась наша первая яркая сверхновая за сотни лет, это было бы ужасно», – говорит астроном Джон Малчи, директор обсерваторий Карнеги. «Но за исключением действительно редких подобных событий, большая часть науки будет сделана в следующем году. Вселенной 13,7 миллиарда лет. Мы можем подождать несколько месяцев. Перспективы становятся более мрачными, если принять во внимание долгосрочное воздействие пандемии на астрономию. Эксперты уже обеспокоены тем, что продолжительный ущерб мировой экономике может сорвать планы на следующее десятилетие передовых астрономических исследований.
«Да, данные будут потеряны в течение шести месяцев или около того, но экономический эффект может быть более значительным в долгосрочной перспективе», – говорит Тони Бизли, директор Национальной радиоастрономической обсерватории. «Построить новые телескопы будет сложно, поскольку миллионы людей потеряют работу. Я подозреваю, что наибольшее влияние окажет финансовая ядерная зима, которую мы собираемся пережить».
Комментарий: Технически мы могли бы пересказать это информационное сообщение в одном абзаце мили даже в одном предложении, однако мы взяли на себя труд перевести все почти полностью и дословно, поскольку между строк там скрыт кладезь информации – что мы и выделили текстом. Какая это информация? Во-первых, это информация о том, что обсерватории начали закрывать с февраля, когда даже в то, что происходит в Ухане планета еще не верила. И всё по причине коронавируса? Во-вторых, мы, конечно же, могли бы и сами написать, что обсерватория – это как подводная лодка в автономном плавании – с минимумом персонала и максимумом продуктов, но лучше путь то же самое скажет умный дядя-академик. И дядя именно так и сказал. То есть дядя сказал, что обсерватория – это сам по себе карантинный объект и карантин там вводить не надо.
Боле того: если смена персонала в обсерватории была, допустим, в январе текущего года, то туда не доберется ни коронавирус, ни любая другая чума. Задержать им смену до сентября – и вся планета вымрет от пандемии, а эти парни выйдут в мир и дадут начало новой расе яйцеголовых. Но нет – обсерватории сначала распечатали, а потом закрыли на карантин. В третьих, как говорит умный дядя-академик – они не исключают взрыв сверхновой, первый кандидат на которую Бетельгейзе. Сейчас там 92% процента яркости и все домохозяйки в Мексике как бы успокоились:
Но умный дядя-астроном говорит, что взрыв они все еще боятся пропустить, то есть таковой не исключают. И мы тоже не исключаем, поскольку увеличение яркости на 60% за менее чем 50 дней – это несколько многовато, это более 1% в день. Что такое 1% в день мы покажем на примере орбиты Юпитера, которая входит в звездную оболочку Бетельгейзе с головой: Таким образом, от края до центра звезды будет где-то под миллиард километров, поэтому, если светимость звезды увеличивается на 1 % – значит край газового облака Бетельгейзе передвинулся внутрь/наружу на тот же 1%, то есть на 8 640 000 километров (считаем очень грубо для облегчения вычислений). Делим это 86 400 секунд, которые в сутках, получаем скорость расширения/коллапса Бетельгейзе порядка 1 000 км/сек.
На самом деле деле там будет значительно побольше, но здесь главное определиться с порядком величин. А порядок здесь – это максимальная скорость извержения солнечного протуберанца. То есть скорость протуберанца в момент выброса, потом она сильно падает. И поэтому возникает вопрос: а что заставляет двигаться края Бетельгейзе так быстро? Это похоже или коллапс, или на взрыв, но никак не на суточное колебание яркости. Тем не менее, на Бетельгейзе мы пока останавливаться не будем – сейчас важно просто знать, что сверхновая всё еще не исключена. Главный вопрос сейчас, как все мы понимаем, другой – вопрос ПОЧЕМУ ВСЕХ АСТРОНОМОВ ПОСАДИЛИ НА КАРАНТИН?! То есть не просто закрыли им доступ к игрушкам, но еще и заперли по квартирам!
Единственное разумное объяснение этого общемирового карантина заключается в том, что к Земле что-то летит. Летит Нибиру, летят частицы сверхновой, летит флот инопланетян, которые достав цепные топоры кинутся нас спасать, летит астероид или комета из цианида – пока мы определенно не знаем. Но, как пишет тот же The Astronomy, несмотря на закрытие всех основных обсерваторий одна из них продолжает работать. Это… обсерватория на Южном Полюсе, где к 2012-му году построили здоровенный инфракрасный телескоп. Видимо оттуда и следят за развитием событием – так что теперь и мы тоже будем следить.
