|
С гномами и кобольдами против алхимии
|
|
|
|
Как ученый может совмещать в себе прогрессивные взгляды с верой в гномов и кобольдов и с чьей помощью минералогия перестала идти рука об руку с алхимией, читайте в нашей рубрике «История науки». Георг Бауэр родился в семье портного в 1494 году. Дела у его отца шли достаточно хорошо, чтобы он мог дать своим детям образование.
|
|
|
|
Собираясь стать священником, Георг в 1514 году поступил в Лейпцигский университет, где он изучал классическую литературу, философию и языки. Тогда же он изменил свою фамилию на ее латинский перевод — Агрикола (и то, и другое означает «земледелец»). С подачи одного из преподавателей, Петера Мозеллануса, он и сам стал учителем и начал преподавать греческий и латынь в школе в Цвиккау. Там он быстро дорос до ректора, превратив религиозную школу в образовательное учреждение в духе Нового времени.
|
 |
|
Через несколько лет Агрикола вернулся в Лейпциг, где сошелся с кружком гуманистов, завел переписку с Эразмом Роттердамским. Он еще раз поменял направление обучения, отправившись в Италию (Болонью и Падую) учиться медицине и естествознанию. Получив степень, он вернулся в родную Саксонию, а чуть позже ему дали место врача в городе Йоахимстале.
|
|
|
|
Судя по всему, исследования горных пород и технологии добычи руд увлекали его куда больше, чем врачебная практика. Много времени наш герой уделял наблюдениям, изучению минералов. Уже первая работа, в которой Агрикола попытался упорядочить все, что было известно на тот момент в области минералогии и геологии, привлекла к себе внимание и заслужила благосклонный отклик самого Эразма.
|
|
|
|
Примерно в это же время Агрикола женился, причем довольно удачно, и стал совладельцем нескольких рудников. В 1530 году он оставил практику и отправился путешествовать по Германии, осматривая рудники и шахты. В 1546 году Агрикола по приглашению курфюрста Морица Саксонского остался в Хемнице, где стал сначала городским врачом, а чуть позже — бургомистром. Однако католик Агрикола в протестантском Хемнице долго на этом посту не продержался, оставил его и сосредоточился на своих научных изысканиях.
|
|
|
|
Вот как описывал время жизни Агриколы переводчик одной из его работ, американский горный инженер и будущий президент США Герберт Гувер: «Агрикола вступил в мир, когда с выпуска первой книги Гутенберга прошло сорок лет; … Эразм Роттердамский, который станет другом и покровителем Агриколы, заканчивал свои студенческие годы. Реформация была еще впереди, но уже не за горами, Лютер родился на год раньше Агриколы. … К моменту рождения Агриколы Колумб только вернулся из своего великого путешествия, только три года прошло с тех пор, как Васко да Гама обогнул мыс Доброй надежды». Это было время, когда многое, что кажется привычным в науке и понимании мира, только зарождалось, и старое, будь то алхимия или суеверия, отступало неохотно.
|
|
|
|
Немалый вклад в это внесли работы нашего героя. В 1540-х и начале 1550-х годов он написал несколько книг, посвященных геологии, подземным водам и газам, систематике минералов, истории металлов, латинской и немецкой терминологии в области минералогии и металлургии. Он описывал ветер и воду как геологические силы, объяснял землетрясения и извержения работой нагретых подземных газов, уделял внимание окаменелостям, отмечая их сходство с ныне живущими организмами (сейчас это кажется понятным любому, однако во времена Агриколы догадка была нетривиальной).
|
|
|
|
Главная работа Агриколы, 12-томная De Re Metallica (букв. «О природе металлов»), вышла уже после его смерти в 1555 году. В ней ученый пересмотрел все, что на тот момент было известно о поиске и добыче полезных ископаемых, описал технологии и оборудование, применяемое в шахтах, прошелся по лозоходству (поиску воды или руд с помощью развилки из лозы): «…человек благоразумный и понимающий знаки природы в лозе не нуждается … он увидит природные признаки (рудных) жил и без помощи волшебного прута…». Порвал он и с алхимией, влияние которой прослеживалось во многих работах того времени, и старой теорией четырех элементов (земля, вода, огонь и воздух). Да и вообще, как он и отмечал, «пропустил все то, что не видел сам или не слышал или читал у людей, которым могу доверять».
|
|
|
|
Свою классификацию минералов Агрикола выводил на основе их твердости, цвета, структуры, растворимости, запаха и вкуса. К известным на тот момент металлам: золоту, серебру, меди, олову, железу, свинцу и ртути — Агрикола прибавил висмут и сурьму. Он первым указал разницу между магматическими и осадочными породами. Он также заметил, что породы залегают в определенных слоях, которые расположены в одном порядке, сохраняющемся на большой площади. Упоминает он и технологии плавления металлов, и вопросы управления рудниками, и частые болезни шахтеров.
|
|
|
|
Конечно, были в этой работе и заблуждения. Например, о металлическом мышьяке и цинке он писал, как и было принято, как о сплавах свинца с оловом и серебром. Кроме того, опираясь на одну из своих более ранних работ, Агрикола настаивал на существовании различных подземных существ: безвредных гномов и злобного кобольда, который ассоциировался с вредным для человека минералом, из которого спустя два века выделят кобальт.
|
|
|
|
Несмотря на это, в работах Агриколы хорошо заметно предвкушение Нового времени с его отношением к знанию, его опорой на наблюдения и доказательства.
|
|
|
|
Источник
|
