|
Откуда нам знать, что мы не роботы
|
|
|
|
В набирающем популярность сериале «Мир Дикого Запада» у некоторых андроидов начинают возникать — даже не мысли — проблески в их искусственном самосознании, что парк роботов был создан, чтобы их могли убивать и трахать богатые толстосумы, приезжающие в «Мир Дикого Запада», чтобы поиграть в ковбоев.
|
|
|
|
Реальность рушится, и мы начинаем задаваться вопросом: а откуда нам знать, что мы на самом деле люди, а не своего рода искусственный интеллект в человеческой оболочке, убежденный, что он человек? Может ли человеческое творение иметь свободу воли? И если нет разницы между роботом и человеком, какая разница? Ресурс Gizmodo пообщался с философами, компьютерными учеными и писателями, чтобы узнать их мнение на этот счет.
|
 |
|
Эван Селинджер
|
|
|
|
профессор отделения философии в Технологическом институте Рочестера
|
|
|
|
Этот вопрос далеко не новый. Роботы мы или нет, этим вопросом мы задавались по крайней мере с начала современности, когда Рене Декарт спросил себя, может ли он знать наверняка, что другие, кто ведет себя как он, не являются куклами в прямом смысле. Декарт пришел к этой проблеме, поскольку понял, что имеет прямой доступ от первого лица к собственным мыслям, но не может залезть в чужую голову точно так же. Лучшее, что он мог сделать, это прийти к выводу, что он на самом деле окружен другими людьми, и поверить, что всемилостивый Бог его не обманывает.
|
|
|
|
Но если вынести аргумент Бога за скобки и допустить, что мы не можем сомневаться в существовании нашего собственного сознания, мы придем к идее мозга-в-чане (вспомните «Матрицу») или крайне сложного искусственного интеллекта, воплощенного в форме робота. С интроспективной точки зрения мы не можем решить эту проблему. И не узнаем ничего определенного, спрашивая других. Они тоже могут быть роботами, не зная об этом.
|
|
|
|
Но остается вопрос родов. Любой, кто родил, видит всю эту сложную запутанную биологию. Но можем ли мы исключить, что сверхразвитая цивилизация может строить роботов в виде людей (или похожих на людей) с их анатомией? Гипотетически такая сложная физиология могла бы обманывать и методы современной визуализации.
|
|
|
|
Учитывая эти и другие сложности, я думаю, что выход из дилеммы заключается в том, чтобы отделить отношение философского скептицизма от мировоззрения повседневного прагматизма. В теории мы можем вращать барабан этого вопроса вечно. Но с точки зрения практики — чтобы убедить себя и других в том, что мы самостоятельные смертные существа — нам придется просто допустить, что мы сделаны на основе углерода, а не кремния. Без этого практического прыжка веры (что мы такие, какими себя принимаем) мы можем оказаться в углу, обездвиженные, с кризисом идентичности.
|
|
Брюс Стерлинг
|
|
|
|
писатель-фантаст, журналист, теоретик
|
|
|
|
Ну-с, я в это не верю. Любой разумный робот мог бы за две минуты выяснить, что он не может быть человеком в принципе. Он не может вдыхать, выдыхать, кушать или испражняться. У него нет родителей, детских воспоминаний и возраста. Он не может заболеть или простудиться, у него нет пульса. Он не спит, он не теплокровный и у него нет температуры тела или отпечатков пальцев.
|
|
|
|
Поэтому если его каким-то образом напичкали ложными воспоминаниями всех этих свойственных людям качеств, очевидным будет оставаться и тот факт, что он не сделан из живой человеческой плоти. Если же он сделан из живой человеческой плоти, тогда он не робот.
|
|
|
|
Он может быть совершенно программным конструктом и вовсе не физическим существом, но я считаю, что вы не сможете симулировать человеческое существо, не симулируя физический мир, в котором мы появляемся. Мы продукты солнечного света, кислорода, дождя, бактерий внутри нас. Мы воплощенные материальные создания, как вороны или дельфины. Вороны и дельфины тоже умны, как и мы, но если кто-то говорит: «А что, если робот искренне верит, что он ворона?», эта схема даже звучать будет абсурдно.
|
|
Сюзан Шнайдер
|
|
|
|
доцент кафедры философии и когнитивных наук в Университете Коннектикута, писатель
|
|
|
|
Узнайте, могут ли машины быть сознательными — могут ли они чувствовать себя определенным образом, чтобы быть ими. Если они не могут, то вы не ИИ и не робот. Потому что вы можете прямо сейчас сказать, что обладаете сознанием.
|
|
Дэвид Ауэрбах
|
|
|
|
писатель, компьютерный ученый и бывший инженер ПО в Google и Microsoft
|
|
|
|
Абсурд — это человеческий признак. Если люди являются природными существами, а роботы — искусственными творениями, то любой дизайнер, который создал бы меня, должен обладать настолько забавным и непредсказуемым подходом, что он или она будет неотличим от произвольной природы. Поэтому я не думаю, что мы можем быть роботами в том смысле, что служим некоему секретному хозяину. Мы едва ли в состоянии служить самим себе, не говоря уж о ком-нибудь еще.
|
|
|
|
И хотя я не могу представить, что я робот в том смысле, что у меня есть скрытое предназначение, остается большая тревога, связанная со страхом неаутентичности, недостоверности собственного «я». Думаю, поэтому мы и беспокоимся на эту тему. Быть роботом значит, что нас как-то обманули; что несмотря на то, что мы чувствуем себя свободными самостоятельными существами, мы на самом деле являемся инструментами чего-то или кого-то еще. Мы боимся не то, что мы роботы, а что наше существование это обман, а нас обманывают.
|
|
|
|
Возможно, мы просто симуляции искусственного интеллекта, которому задали проект исследования, что произойдет, если Трамп станет президентом. Но если мы живые, дышащие существа, мы страдаем и живем в мире, то этот мир для нас столь же реален, как и любой из других возможных. Назвать его симуляцией — значит никак не изменить наши жизни, не сделать наше страдание менее реальным. Если мы ведем себя и думаем как люди, если чувствуем и думаем как люди, то мы вписываемся в определение человека, которое у нас есть. Возможно, мы и роботы, в конце-то концов, но мы остаемся людьми с любой практической точки зрения.
|
|
|
|
Наше беспокойство, в таком случае, заключается в том, что быть человеком — не то, что мы все думали — что мы сами не соответствуем собственному определению человека. И это, боюсь, почти наверняка истинно. В разных культурах по-разному видят душу, человеческую сущность, человечество, и все эти дефиниции либо неверны, либо не доказаны. Едва ли мы роботы, но и не те, кем себя считаем.
|
|
|
|
http://hi-news.ru/robots/otkuda-nam-znat-chto-my-na-samom-dele-ne-roboty.html
|
