26.06.2016. - Призрак гунна

Призрак гунна

Несмотря на то, что ортодоксальные ученые склонны насмехаться над историями о проклятиях и напастях, о привидениях, призраках, фантомах и прочих потусторонних явлениях, огромные возможности нашего разума еще не до конца изучены.

А они ведь позволяют привести в движение достаточно мощные энергетические потоки, чтобы манипулировать призрачным механизмом полностью сформировавшегося фантома. Об одном таком фантоме повествует одна загадочная история, уходящая своими истоками в далекие времена Первой мировой войны. В этом году истории исполнилось ровно сто лет.

Надо сказать, что Первая мировая война породила гораздо больше призраков, чем Вторая мировая. История, о которой мы хотим рассказать - не просто досужая байка, каких много и на просторах интернета, и в современных журналах, посвященных непознанным или мистическим явлениям.

И которым верить можно через раз, потому что сочиняют их зачастую не очень чистые на руку журналисты - ради придания веса самим себе или своим изданиям.

Эта история была опубликована в 1930 году, когда господин Эдвин Т. Вудхолл, бывший к тому времени сотрудник Скотланд-Ярда и Секретной разведывательной службы, написал свои мемуары.

Согласитесь, полицейскому можно верить - в отличие от современных журналистов.

Речь в его мемуарах идет о призрачном фантоме, получившим название "Призрак Гунна".

Этот призрак видели далеко в тылу у англичан - к северо-востоку от Бетюна (город во французском департаменте Па-де-Кале и бывшей провинции Артуа) на участке между Лавенти и Хоплинсом.

Далекий 1916 год стал годом этого фантома, а место событий - обычный крестьянский дом - было стерто с лица земли, когда через два года немцы последний раз попытались одержать победу.

На протяжении всего 1916 года на многочисленных изолированных участках местности оборудовались полевые склады для взрывчатых веществ, которые могли пригодиться в экстренных случаях.

Такие хранилища обычно находились в заброшенных деревенских домах, достаточно далеко от вражеской артиллерии, и охранялись одним или двумя часовыми, которые сменялись через неделю. Для часовых эта служба была почти отдыхом, несмотря на то, что заброшенные развалины очень часто наводили тоску.

Один такой склад находился как раз между населенными пунктами Лавенти и Хоплинс, а сама взрывчатка была спрятана в подвале разваленного крестьянского дома неподалеку от заброшенной деревни.

Часовые получали провиант на неделю, достаточное количество дров, кухонную утварь, книги и журналы, а иногда и мишень для игры в дартс.

Солдаты обычно говорили, что днем на складе было не так уж и плохо, однако ночью нередко их охватывал страх. Откуда-то издалека доносился орудийный грохот, видны были огни сигнальных ракет, время от времени гудел пролетающий неподалеку аэроплан.

И хотя они находились в самом центре войны - в разрушенном крестьянском доме недалеко от Лавенти - война зачастую казалась какой-то странно далекой.

Позже об одиноком хранилище поползли разные слухи. Согласно докладам, во время полнолуния в хранилище раздавались странные звуки, а часовые были не единственными постояльцами крестьянского дома, где часто слышалось шарканье чьих-то ног.

Необъяснимые звуки шагов раздавались и на мощеной дороге, которая проходила мимо склада; а один служивый сообщил, что во время полнолуния он видел фигуру человека примерно метрах в 20-25 от себя.

Часовой окликнул его и, не получив ответа, выстрелил из винтовки. Однако, к его удивлению, неизвестный исчез. Тихо, спокойно, молча. Прямо на глазах у часового.

Тем не менее, возникло подозрение, что это работает вражеский агент, поэтому о происходящем доложили в разведывательную службу и офицер Эдвин Т. Вудхолл (тот самый, который станет потом сотрудником Скотланд-Ярда и напишет мемуары) вместе с французским полицейским при первой же возможности отправился на склад для усиленной его охраны. Жандарм был привлечен на тот случай, если возникнет необходимость арестовать каких-либо гражданских лиц.

Первый вечер прошел без особых происшествий. У француза была хорошая походная печка, много свечей и съестных припасов, а также две колоды карт; немного отдохнув, перекусив и перекинувшись в карты, приезжие решили по очереди стоять на часах. Что и было сделано в первую ночь.

А вот во вторую ночь караульной службы начали происходить странные явления. Господин Вудхолл охранял склад в первую двухчасовую смену, а жандарм и солдат в это время отдыхали.

Они быстро устроились на ночлег и крепко заснули, но примерно через час почувствовали, как Вудхолл тормошит их. Вудхолл услышал странные звуки и хотел, чтобы его товарищи тоже их услышали и поняли, что же является их источником.

Мужчины прислушались и молча потянулись к оружию. Над потолком подвала раздавался отчетливый звук стука сапог с металлическими набойками на каблуках: очевидно, кто-то шел по дороге всего в нескольких метрах от склада.

Поступь "Цок!.. Цок!.. Цок!.." была такой тяжелой, а шаги - такими четкими и резкими, что из-за вибрации с потолка посыпалась штукатурка и глина.

Не робкого десятка мужчины во главе с Вудхоллом поднялись по лестнице - и их озарил яркий свет полной луны. Вудхолл заметил, что какой-то силуэт стремительно движется вдоль стены, постепенно исчезая в ее сумрачной тени.

В течение часа или даже больше трое человек прочесывали всю окрестность, но так ничего и не нашли - даже заблудшего зверька. Вокруг стояла какая-то жуткая тишина, окутавшая залитые лунным светом руины. Тишина, лунный свет, стихшие вдали шаги неизвестного наводили на военных какой-то суеверный ужас.

Когда рассвело, Вудхолл, жандарм и солдат осмотрели все еще раз - теперь уже более тщательно, но опять не обнаружили никаких признаков незаконного проникновения на объект или в соседнюю деревню.

Следующей ночью снова были выставлены часовые, но отдыхающая смена не спала. Все были в ожидании и напряжении. В половине третьего ночи, чуть позже, чем в предыдущую ночь, снова послышался характерный звук: "Цок!.. Цок!.. Цок!..".

Мужчины бесшумно поднялись по лестнице и, не выходя из тени, начали пристально всматриваться в сторону стены, освещенной луной.

В нескольких метрах от того места, где они стояли, возле стены, с оружием наготове ползал на коленях и перебирал разбросанные кирпичи какой-то немецкий солдат.

Часовые смотрели на него, словно заколдованные. У них не было ни малейшего сомнения, что перед ними такой же земной человек, как и они сами.

Его каска с торчащим вверх рогом (именно такие носили немецкие солдаты) мерцала под луной, но в одежде было что-то странное: форма немца была полностью перепачкана глиной, будто он только что вылез из траншеи, в которой окапывался.

Больше минуты часовые смотрели, как немец перебирал кирпичи, а потом окликнули его. В ответ вражеский солдат немного приподнялся и повернулся к ним...

Именно в этот момент все три наблюдателя поняли, что перед ними не живой человек, а... скелет. Из-под рогатой каски на них посмотрели пустые глазницы черепа, а из рук-костей выпали кирпичи, которые он держал.

Три ружейных выстрела раздались одновременно, и привидение сразу же исчезло. На глазах у потрясенных часовых.

Они продолжали стоять на посту до рассвета, но "Призрачный Гунн" больше не появился.

На следующий день все трое написали соответствующий рапорт о происшествии. Надо сказать, что британская разведка не отмахнулась от рапорта и очень тщательно расследовала этот случай, но уже после ликвидации склада.

Англичане, действуя вместе с французскими властями, тщательно восстановили всю историю этой деревни - такой, какой она сохранилась в народной памяти на момент объявления войны в августе 1914 года.

Несмотря на то, что многие местные жители умерли или погибли, удалось разыскать и опросить несколько оставшихся в живых крестьян и на основе их сообщений составить следующий рассказ.

В конце лета 1914 года многочисленная немецкая армия под командованием генерал-оберста (генерал-полковника) Александра фон Клюка уверенно продвигалась к Парижу и к портам на побережье Ла-Манша.

Немецкая пехота вошла в деревню и принялась грабить всех, кто попадался им на пути, забирая не только ценные вещи, но и самое необходимое; тем не менее карательные меры к местному населению не применялись, пока оно само не начало сопротивляться.

Большой крестьянский дом, в котором впоследствии и был оборудован охраняемый склад, был оккупирован немецким унтер-офицером и его отрядом из двадцати человек.

Сам фермер - хозяин дома - куда-то исчез, оставив свою жену с маленьким ребенком, которая, как и ее соседи, решила не уходить из деревни.

Подвал, в котором впоследствии несли службу британские часовые, фермер использовал в качестве винного погреба.

Немецкие солдаты сразу же нашли его вину самое достойное применение: они устраивали ночные пирушки, на которых унтер-офицер пытался оказывать молодой жене фермера недвусмысленные знаки внимания.

Обстановка потихонечку накалялась и в одни прекрасный день стала настолько серьезной, что женщина в отчаянии обратилась за советом и защитой к престарелому священнику, который остался в тылу у немцев вместе со своими прихожанами.

Святой отец обещал побыть с ней в ее доме до ухода немцев, который ожидался буквально на днях.

Вскоре артиллерия союзников начала обстреливать деревню, вынудив засевших там немцев спешно отступить.

Все смешалось; крики солдат, ржание лошадей и грохот разрывающихся снарядов превратили деревню в ад. Унтер-офицер, по рассказам свидетелей, был очень зол на хозяйку фермы за то, что она привела в дом священника, и объявил ее шпионкой.

В пьяном угаре он выстрелил в ребенка, потом в мать, а затем и в священника.

Женщина и ребенок умерли сразу, а священник прожил еще несколько минут. Протянув руку к немцу, он с трудом произнес: "Ты злой человек! И твоя душа будет жить здесь! Ты вернешься сюда, когда пробьет твой час, и будешь искать ее в этом месте до тех пор, пока Бог не решит простить тебя и отпустить твою душу!"

Вымолвив эти слова, священник скончался. Пошатываясь, пьяный унтер-офицер пустился догонять свою роту, но в него попал осколок разорвавшегося снаряда, и немец умер прямо на мощеной дороге.

После того как немцев прогнали, оставшиеся в деревне крестьяне похоронили в одной могиле женщину, ребенка и священника, а в другой - немецкого офицера. Обе могилы находились недалеко от стены - на том самом месте, где часовыми был замечен призрак.

Очевидно, проклятие старого священника сбылось: скелет, который видели британские часовые, и был унтер-офицером, вернувшимся в назначенный ему час.

К этой истории можно относиться как к одной из многочисленных баек, то есть не брать ее в расчет. Однако британская военная разведка, как известно, никогда не разменивалась на изучение досужих россказней.

Возможно, если бы двигающийся скелет в немецкой форме привиделся одному человеку, от рапорта просто отмахнулись бы. Но одно и то же не могло померещиться сразу трем часовым, к тому же трезвым.

Так что феномен фантома, рожденного проклятьем, был пристально изучен. Что говорит о том, что сто лет назад к подобным сигналам отношение было, мягко говоря, несколько иным, нежели в наше время.

Возможно, военная разведка уже сталкивалась с подобными случаями, раз уделила этой истории столько времени и сил.

http://www.echo.az/article.php?aid=102470