|
Почему мужчины никогда ничего не помнят
|
|
|
|
Факты, даты, результаты матчей — в этом мужчины настоящие мастера. Разговоры, эмоции, впечатления — их они могут восстановить в памяти с трудом. Виновато в этом воспитание, в результате которого мальчики создают иные мнемонические фильтры, чем девочки.
|
|
|
|
«Помнишь, как мы тогда встретили их в отпуске, что она ему говорила, как она на него смотрела? Я уже тогда знала, что хорошо это не кончится», — монолог девушки продолжался, а мужчина, к которому она обращалась, неспешно копался в своем телефоне (признаюсь, да, я подслушивала в метро). А что ему было делать? Вы думаете, он помнил, «что она ему говорила и как на него смотрела»? Ничего подобного! Он таких вещей не помнит. По поводу чего у нее, впрочем, наверняка возникают к нему претензии. Но он их, скорее всего, не понимает.
|
 |
|
Формирование памяти
|
|
|
|
Кажется, что у женщин память, как у слона: они помнят все обо всех. Разговоры, взгляды, эмоции, события, от которых у мужчин остаются лишь весьма туманные воспоминания. Поэтому женщины раздражаются. Ведь мужчины это забывают. Я скажу вам одну вещь: они не помнят на самом деле, а вовсе не притворяются.
|
|
|
|
Так по крайней мере утверждают психологи, изучающие память. Азриэль Гринсман (Azriel Grynsman) и Джудит Хадсон (Judith Hudson) из американского Ратгерского университета провели исследования, из которых следует, что существуют различия между тем, как мужчины и женщины формируют автобиографические воспоминания. Женские оказываются более живыми, детальными, эмоциональными, включают в себя больше причинно-следственных связей. Мужчины не просто не могут вспомнить многие вещи из прошлого, но те, которые остаются у них в памяти, выглядят более лаконично: это, скорее, набор фактов, чем история. Касается это в первую очередь воспоминаний о себе или событиях, связанных с другими людьми.
|
|
|
|
Проистекают ли эти половые различия из различий в строении мозга? Это, скорее, эффект разного подхода к воспитанию мальчиков и девочек, утверждают специалисты: разговаривая с детьми разного пола мы формируем у них в мозгу механизм запоминания, различные мнемонические фильтры.
|
|
|
|
Как запоминать и отбирать факты, мы учимся у взрослых. Лучше всего — между вторым и шестым годом жизни. Из того, как взрослые с нами разговаривают, на какие вещи обращают внимание, формируется основа нашей памяти. Мы учимся делать причинно-следственные умозаключения, создавать рассказы из отдельных событий.
|
|
|
|
Не игнорировать вопросы
|
|
|
|
Детство — это время, когда дети задают миллион вопросов. Любопытно, что многие из них — это, в принципе, даже не вопросы: ребенок спрашивает, но не ждет ответа, так как отвечает сам. Это проявление так называемого мышления вслух, которое помогает лучше понять то, в чем ребенок принимает участие, то, что его окружает. Детским вопросам посвящали свои исследования великие педагоги Жан Пиаже (Jean Piaget) и Стефан Шуман (Stefan Szuman). Благодаря им мы знаем, что вопросы играют крайне важную роль в формировании способа мышления ребенка. Их можно игнорировать, можно терять терпение, но только от нас зависит, чему мы научим своих детей.
|
|
|
|
Мы тоже задаем детям вопросы. Часто, впрочем, не ожидая многого в ответ. И гораздо меньше ожиданий мы возлагаем на мальчиков, чем на девочек (так следует из работ новозеландских ученых, которые анализировали разговоры родителей с детьми, аналогичные исследования проводились в университете Эмори и Кембридже).
|
|
|
|
Оказалось, что в зависимости от того, как родители разговаривали с сыновьями и дочерями, дети по-разному формировали свои воспоминания. Когда взрослые задавали много вопросов об эмоциях, сопутствовавших событиям, и отношениях участвовавших в них людей, это запоминалось. Аналогично — когда взрослые отвечали на такие же вопросы детей.
|
|
|
|
Проблема в том, что мы чаще делаем упор на эмоциональные аспекты событий в разговорах с девочками, чем с мальчиками, будто бы заранее ставя последних в проигрышную позицию. Возможно, мальчики (а позже мужчины) в своей забывчивости в отношении чувств, деталей, отношений реализуют заданный стереотип? Раз мы убеждены, что мальчики хуже запомнят эти аспекты, мы не спрашиваем о них, а в итоге — они хуже их запоминают. Чтобы подтвердить это, следовало бы воспитывать мальчиков иначе, иначе с ними разговаривать.
|
|
|
|
А делать это следует не только для того, чтобы они лучше помнили прошлое, но и для того, чтобы им было легче в будущем. Оказывается, что история о нас самих, создающаяся в нашем мозгу, оказывает влияние на качество нашей жизни.
|
|
|
|
Рассказ придает смысл
|
|
|
|
Изучением фабульных наклонностей нашего мозга занимаются специалисты по так называемой нарративной психологии. Именно они заметили, что «история» — это главная категория, которая упорядочивает жизнь каждого человека. Посредством рассказа о себе мы формируем собственную идентичность, создаем связи с другими людьми и пытаемся управлять действительностью.
|
|
|
|
Поэтому одни и те же события часто склоняют разных людей к полярным реакциям. У каждого из нас есть своя нарративная схема событий. Образно это можно описать так, что каждый выступает героем своей истории.
|
|
|
|
Район мозга, который собирает информацию, поступающую из других его частей и складывающую ее в единое целое, — это мозговая кора теменной доли. Благодаря ей мы понимаем ситуацию, ассоциируем слова с идеями, осознаем грамматические конструкции, оцениваем пространственные отношения.
|
|
|
|
Благодаря этой части мозга мир кажется нам связным и последовательным. Мозг не выносит непоследовательности: несвязанных друг с другом фактов, обрывающихся историй с массой пропусков и недоговоренностей. Он естественным образом стремится упорядочить хранящиеся данные: создает причинно-следственные связи и строит историю. Таким образом мы получаем ощущение, что живем в упорядоченном мире, где следствие идет за причиной и все легко объять разумом.
|
|
|
|
Создавая историю, мы организуем хаос, придаем значение и собираем в один ряд часть тех тысяч событий и импульсов, с которыми каждый день встречаемся. Чем лучше мы умеем это делать, тем мы более счастливы. Чем легче нам обнаружить эмоции, которые мы чувствуем, тем легче их назвать и справиться с ними. Одновременно мы лучше понимаем чувства других людей.
|
|
|
|
Надежда в книгах
|
|
|
|
С детьми нужно разговаривать, нужно учить их мозг создавать истории: о них самих и о других, обращать внимание на чувства, сопутствующие событиям, а не только на факты. А если мы этим не занимались? Есть ли у взрослого мужчины шанс наверстать упущенное, если его в соответствующем возрасте не научили помнить эмоции, впечатления и разговоры?
|
|
|
|
Оказывается, что спасением могут стать… книги. Психолог Реймонд Мар (Raymond Mar) из Торонтского университета в ходе экспериментов доказал, что те, кто с большим удовольствием предаются чтению литературных вымыслов, лучше справляются с различными социальными ситуациями, обладают более развитой способностью к эмпатии и пониманию причин поведения других людей. В одном из своих экспериментов психолог предложил группе испытуемых для чтения рассказы и философские эссе без сюжета, героев и эмоций. Потом он попросил участников описать чувства и мотивировку поступков персонажей, изображенных на подготовленных иллюстрациях. С задачей лучше справились те, кто прошел «эмоциональную тренировку» на рассказах о других людях. А те, чей мозг был занят сухим анализом фактов, проявили гораздо меньше понимания к людским чувствам.
|
|
|
|
http://inosmi.ru/world/20141026/223906994.html
|
