На днях смотрел на российском телеканале "Культура" очередной фильм цикла "Искатели", снятый в Абхазии, – "Атлантида Черного моря". Не знаю, будут ли снова абхазские историки, археологи, представители общественности собираться в Центре им. Ю. Воронова, чтобы обсудить его, как делали это раньше после просмотров двух фильмов "Искателей" – про Великую абхазскую стену и ацангуары, но мне, честно говоря, он показался наименее интересным в этом ряду.
Нет, его наверняка бы не ругали, как фильм про ацангуары, где обнаружили множество ошибок, но зато он такой малоинформативный, повторяющий уже давным-давно известное: что никаких следов античной Диоскурии на дне Сухумской бухты, кроме найденной 60 лет назад знаменитой мраморной стелы, так и не обнаружено, что мгновенного погружения этой древнегреческой колонии в воды Черного моря не было, а было лишь медленное подтапливание в начале нашей эры неширокой прибрежной полосы, что Эшерское городище на правом берегу Гумисты – это, скорее всего, следы пригорода Диоскурии... Хотя, возможно, я и не прав: фильм-то адресован, главным образом, широчайшей российской аудитории, которая в основной своей массе и слово-то это – "Диоскурия" – вряд ли раньше слышала. И которой не надоели еще, как мне, эти любимые съемочной группой "Искателей" и почти всегда бесполезные погружения с аквалангами в водную пучину. Да и красота-то какая на экране – все эти виды, весь этот аквамарин Сухумской бухты...
Так или иначе, но просмотр этого фильма заставил меня уже на следующее утро позвонить в двери квартиры, где в эти дни живет приехавший в Сухум из Москвы на пару-тройку недель отдохнуть друг Абхазии Павел Васильевич Флоренский. Внук и тезка знаменитого русского священника и религиозного философа начала XX века Павла Флоренского, он – поистине многогранная личность и человек энциклопедических знаний. И академик (специалист в области геологии), и председатель комиссии "по чудесам" при РПЦ, и публицист, и нумизмат... Кстати, в нынешний свой приезд он побывал у президента Абхазии Александра Анкваба, подарил ему свою новую книгу, о чем было сообщение Апсныпресс. А я с ним во время одной из наших встреч накануне как раз договорился, что Павел Васильевич расскажет слушателям "Эхо Кавказа" о потопах, землетрясениях и прочих природных напастях, которые приходилось испытать территории Абхазии в последние тысячелетия. А тут как раз этот фильм...
Академик его, как выяснилось, не видел, но рассказанное им никак утверждениям авторов фильма не противоречило, а было просто гораздо шире и глубже и лично мне намного интереснее. Павел Васильевич начал свой рассказ по написанным от руки тезисам так размеренно, как он читает, наверное, лекции студентам.
Павел Флоренский: Одна из излюбленных тем, связанных с Сухумом, – "Кавказская Атлантида", утверждение, что Сухумская бухта хранит остатки античного города. Фазиль Искандер посвятил этому один из своих рассказов. Мальчишки увидали в море золотые монеты, а когда достали их, оказалось, что это пивные пробки. Тем не менее уровень Черного моря не был постоянен, и то, что раньше было прибрежной сушей, в начале первого века нашей эры – город Диоскуридия – теперь на глубине плюс-минус пяти, а по некоторым утверждениям, даже десяти метров.
Виталий Шария: Как вы назвали город?
П.Ф.: Диоскуридия. Так, как написано на монетах, которые здесь чеканились.
В.Ш.: Обычно говорят "Диоскурия". Или "Диоскуриада".
П.Ф.: А на самом деле Диоскуридия. 18-11 тысяч лет назад уровень Черного моря по отношению к современному находился на глубине 100 метров. Черное море было замкнутым бассейном, Босфорский пролив был закрыт. В дальнейшем уровень моря постепенно повышался. Около 6 тысяч лет до нашей эры Босфор открылся, в Черное море стала поступать соленая средиземноморская вода. А к четвертому тысячелетию до нашей эры уровень моря здесь достиг сегодняшнего и колеблется все это время на плюс-минус пять метров. В третьем тысячелетии до нашей эры уровень Черного моря на несколько метров превышал сегодняшний. Были затоплены прибрежные поселения. Возможно, что эта трансгрессия – наступление моря – запомнилась народам как потоп... Лишь в VIII веке до нашей эры море стало отдавать завоеванную сушу. В VI веке начался расцвет древнегреческой цивилизации, который сопровождался колонизацией Причерноморья. Началось планетарное потепление".
В.Ш.: Но Диоскуридия просуществовала лишь пять-шесть веков...
П.Ф.: Ушел Митридат побежденный. Пришли римляне, которые тоже поддерживали город, торговлю в нем, и все было бы хорошо, если бы в начале первого века не началась одна из планетарных трансгрессий. Уровень Черного моря поднялся на 2-3 метра. Диоскуридия как таковая, с кварталами и всем прочим едва ли сохранилась в Сухумской бухте: море наступало постепенно, размывая берега и разрушая культурный слой. Как это происходит и сейчас: если бы не сухумская набережная, море прекрасно бы продолжало наступать и размывать берег... К этому добавилась сейсмическая активизация на этой территории. То есть снова, как и перед Троянской войной, началась серия катастрофических землетрясений – семь и более баллов. Крепостные стены, дома разрушались и тем самым становились весьма уязвимыми для окружающего населения.
В.Ш.: Павел Васильевич, а когда еще были землетрясения в наших краях? В народе не сохранилась память о них, как, допустим, о большом снеге 1911 года. Интерес же к этому вопросу очень обострился у нас после серии чувствительных подземных толчков в декабре прошлого года..."
П.Ф.: Резкая активизация землетрясений – это седьмой, одиннадцатый и восемнадцатый века нашей эры.
В.Ш.: Как я понял, Сухумская бухта и сейчас продолжает постепенно увеличиваться, и если бы не укрепленный каменный берег...
П.Ф.: Более того, перед набережной в море находится шлейф гальки. Этот галечный шлейф – важнейшая защита города от наступления моря. Это не понимали лет 50 назад, когда шло активное строительство в Сочи, и из рек в его окрестностях активно выбирали гальку. Реки перестали поставлять ее в море, прибрежный защитный галечный слой истощился, так что море добралось до города и стало его активно подмывать. Было доказано, что нельзя это делать, отбор гальки прекратился, но Сочи здорово пострадал. Поэтому реки, впадающие в Черное море, не могут быть источником стройматериалов.
В.Ш.: Хорошо все же, что до Олимпийских игр в Сочи осталось уже полгода, и на олимпийские стройки потом уже не будут вывозить из Абхазии инертные материалы.
При использовании материалов с сайта активная ссылка на него обязательна
