09.03.2011. - Технология строительства одной из Великих Пирамид "глазами" очевидца

Технология строительства одной из Великих Пирамид "глазами" очевидца

Ольга Бизикова

Многим уже известны случаи, когда человек осознает себя, но находится не в своем физическом теле. Чаще это происходит во время остановки сердца, во время так называемой клинической смерти. Многие уже попробовали оставить свое тело благодаря различным практикам. Многочисленные доказательства возможности отделения так называемого эфирного двойника, астрального тела уже разделили людей на два лагеря: на тех, кто знает и на тех, кто не хочет знать. Для первых не будет сенсации, что путешествовать можно не только без физического тела, но и без двух других, условно-физических.

Все «сверхвозможности» заложены в природе человека. Проявляются они в экстремальных ситуациях психологического или физиологического характера. У одних людей страх подавляет развитие и использование полученных в стрессовой ситуации способностей, у других – гордость за свою исключительность, важность деформирует личность и тоже со временем сглаживает амплитуду активности сознания до нормы.

Те, кто способен уравновесить свои сверхспособности и реальную жизнь может выйти за рамки условностей и расширить собственные возможности. Или хотя бы настроиться на тот период, когда строились Великие пирамиды и посмотреть как это было на самом деле:

На некотором расстоянии от строящейся пирамиды находилось 11 человек. Они пели. Воздух вибрировал от этих звуков. Очевидно, что это были жрецы. Время от времени они сменяли друг друга не переставая петь. На стройплощадке работающий человек брал руками блок за ребро и ставил на место. При этом в блоке появлялись углубления от его пальцев, как если бы этот громадный блок был из мягкого пластилина. Веса блока не ощущалось. Для каждой пирамиды и даже для каждой ее части подбиралась строго определенная порода. В этом случае каменные блоки добывались за 800 км от места строительства.

На месте добычи камня работал один Каменотес. Инструментом для него являлись две деревянные палочки, размером от ладони до локтя. Одна вырезана грубо. Другая вырезана очень тщательно и напоминала лопатку для перемешивания пищи. Рукоятки палочек заканчивались шариками и были отполированы до блеска за время работы.

Каменотес, естественно, тоже был жрецом, так как он должен слышать «голос» камня, голос воздуха, по которому он будет перемещаться и голос жрецов, находящихся за много километров от этого места. Он отводил в направлении строящейся далеко пирамиды руку с грубо вырезанной лопаткой и, казалось, принимал сигнал, включающий в себя информацию о месте, в котором должен находиться блок. Через себя мастер передавал информацию палочке в правой руке о параметрах ложа для будущего блока, передавал магию звука поющих жрецов, и начинал вырезать. Если нужно было начать вырезать в нетронутой части скалы, то мастер срезал вершину и она отправлялась в назначенное ей место. (Так находили в наше время огромные скальные валуны – вершины несуществующих здесь скал в местах, где образоваться сами они не могли). Потом мастер вырезал вертикальные стенки блока, обводя по контуру основной лопаткой. Когда блок оставалось только срезать у основания, пение возле пирамиды немного изменялось. А здесь, в каменоломне, если можно так назвать тихое место в горах, блок отделялся от скалы и по воздуху перемещался к пирамиде. Мастер своим инструментом раздвигал молекулы в нужном месте так, как раздвигал Моисей море для своего народа.

Состав камня был определенным для определенного места в самой пирамиде, и скорость перемещения в пространстве отличалась от другого камня такого же размера, но немного другого состава. Все это нужно было знать мастеру, чувствовать и соизмерять. Поэтому очень большие камни в постройках тех времен были так тщательно подогнаны друг к другу, что и сейчас трудно втиснуть между ними лезвие бритвы. Так же трудно, как и объяснить способы строительства таких сооружений.

До сих пор неизвестно назначение каналов в пирамидах. Тогда пирамиды не были усыпальницами. При утрате истинных знаний подражание толкало соперничать в величии с первыми пирамидами и строить усыпальницы. Великие пирамиды в Египте строились для того, чтобы задать параметры развития Земли на тот период времени, пока эти пирамиды стоят. Священники знали, что наступает этап в развитии человечества, когда наступит темная эпоха и сознание людей погрузится во тьму. Так начиналось падение еще в Лемурии, так случилось во времена Атлантиды. Те, кто остался после гибели Атлантиды, должны были успеть создать хранилища сокровенных знаний.

Эти знания – сами пирамиды. Они настроены принимать информацию из любой точки Мирозданья, из любой Вселенной, которых великое множество. Они способны понижать уровень вибрации, с помощью которой передаются все тайны миров до восприятия людьми Земли. Но они так же способны передавать другим цивилизациям все, что происходит на Земле. Они фокусирую все события, происходящие с людьми, и передают сообщения, предупреждения, сигналы бедствия, до тех пор, пока люди не возвысятся духовно настолько, что смогут общаться с другими мирами самостоятельно. Эти пирамиды являются еще и летописцами. Такие пирамиды построены на всей земле в определенном порядке. Не все нам известны и видны. Жрецы знали, что, деградируя, человеческое сознание все больше будет опускаться в материю и даже рассказ очевидца о событиях этих лет не сможет преодолеть барьер непонимания.

Пирамиды построены после гибели атлантов. В них заключена сила, не позволяющая повторить ошибки атлантов людьми нашей расы. Ни рентген, ни эхолокация не дадут ответ, не объяснят назначение и устройство пирамиды потому, что оно настолько многогранно, что современое сознание не вмещает ни одно объяснение.

Там, где постоянно или временно жили, жрецы не было плохой погоды и плохого урожая. Поклонение не приветствовалось и жрецы находились среди людей на равных. Они ходили в простой одежде, но носили за поясом палочки-жезлы. Этими инструментами не только вырезали камни.

Жрецы-камнерезы на место добычи камня на обычной повозке приезжали из ближайшего города, который мог находиться за 7-9 км, а камни, как из пращи, летели к пирамиде сами за 800 км, а то и больше. Вот уж поистине большую порцию адреналина можно получить, находясь на пути следования таких камней. Ведь многотонный камень проносится в сотне метров над головой! Казалось бы, если сам камень может терять вес, приобретать скорость и знать направление, то, как же сами жрецы этого не могут? В том-то и дело, что могут! Ведь в этот город, что недалеко от скальных мест они перемещаются не в телеге. Телегу или повозку они берут в городе. Обязательно открытую, запряженную лошадьми. Это необходимо для сонастроя. Так символически проявляется открытость действия и, кроме того, даже символически закрываться от мира нельзя в этом случае. После работы мастер возвращался в город. Там оставлял лошадь с телегой, надевал костюм и улетал к пирамиде, к остальным жрецам. Это было необходимо, чтобы вместе помолиться, поблагодарить Бога за дарованные возможности, за доверие. (По-нашему это планерка).

Рабочий день на стройплощадке начинался примерно в полдень. Рано утром жрецы молились, приветствуя новый день и чтобы настроиться для проведения священного ритуала, позволяющего начать строительство. Потом посвящали какое-то время самим себе, своему телу и его потребностям. Тогда уже переходили непосредственно к службе, обеспечивающей изменение пространства на строительной площадке и на каменоломне.

Трудовой день заканчивался необычно для простого наблюдателя. Нельзя просто перестать петь. В мире мало резких проявлений. Пространство вокруг пирамиды во время стройки находится в измененном состоянии. Это естественно, как уже стало естественным для обычных врачей нашего времени то, что человек может находиться в измененном состоянии сознания и читать мысли, передвигать на расстоянии предметы и т.д. Тогда об этом состоянии знали намного больше и пользовались этими знаниями в жизни.

Жрецы постепенно снижали громкость своего пения, сокращали число поющих. С отработанным мастерством после ухода из круга поющих очередного жреца, оставшиеся усиливая свое пение, компенсировали отсутствие этого жреца, а потом мягко снижали до уровня, позволяющего уйти еще одному человеку. Так постепенно снижая интенсивность пения уходили почти все. Последний жрец рассчитывал на небольшой отрезок времени, чтобы закончить свое пение, поэтому можно было видеть, как предпоследний жрец убегает со стройплощадки. А уж последний, закончив свое пение, бежит прочь от этого места.

Беззвучным строительство не было: каждый вновь прибывший блок влетал на свое место с громким хлопком. Не грохотом, а именно хлопком, напоминающим рвущуюся плотную туго натянутую ткань большого размера. Едва заканчивалось пение, как блоки начинали укладываться на свое место. Они громко приседали и схлопывались, убирая малейший зазор. Они были обычными камнями в этот миг, которым свойственно падать друг на друга. Все же не совсем обычными, так как они еще содержали в себе импульс, память звуков. Видимо именно это небольшое отличие от обычных камней придавало им изрядную скорость, когда они вылетали из неудобного пространства. Поэтому так спешили покинуть стройплощадку жрецы. Некоторые камни поворачивались вокруг своей оси на месте. Иногда они становились не плоскостью, а ребром наружу.

Следующий день начинался с корректировки неточностей, доработки выскочивших блоков. Жрец-строитель проводил своим жезлом по поверхности камня, иногда делал углубление, а иногда досыпал песок на поверхность кучкой. Эта кучка песка очень быстро растворялась в камне, видимо меняя его плотность. Некоторые блоки осыпались понемногу, когда транспортировались к пирамиде по воздуху, теряя задуманную каменотесом форму или наоборот, дорабатывались по пути следования.

Осыпавшиеся камешки выстраивались в строгую линию по направлению к пирамидам. Возможно, они были выстроены заранее, являясь своего рода маяками. Со времени строительства строгость линий нарушилась. Эти следы от осыпавшихся камней наши ученые объяснили почти правильно. Лишь «немного» ошиблись насчет способа транспортировки, а следовательно в подсчете количества людей, «волочивших» эти блоки по земле к месту строительства пирамид в Гизе.

В строительстве пирамид принимали участие не только жрецы, но и простые люди. Они подметали каменную крошку после работы жрецов, готовили пищу, приводили в порядок жилье, ухаживали за лошадьми. Обслуживающий персонал был необходим, как и в любое другое время жизни людей на земле. О рабстве просто не было и речи. У каждого человека свое предназначение в мире. Некоторые люди работали в пирамиде и во время пения жрецов. Они выглаживали штукатуркой стены, выполняли резьбу, наносили рисунок. Невозможно работать в измененном пространстве без специальной подготовки. Наши маляры-штукатуры для этой роли не подходят. Там работа была священна.

Работали в основном неофиты. Небольшой камушек определенной породы, на длинной веревке, висящий на шее был необходим начинающему жрецу для сонастроя. Ученики носили такой камень на уровне солнечного сплетения вместе с двумя другими камнями, расположенными на уровне ключиц. Некоторые спали еще и с «драгоценным» камнем на спине, находящимся в районе 7 позвонка.

Дети знатных горожан заказывали себе неудобные прямые кресла с высокой спинкой, которые дисциплинировали тело для овладения сверхвидением, так как сознание людей уже явственно опускалось. Они заказывали ожерелья из алмазов, чтобы преодолеть надвигающуюся тьму души. Для ученика жреца ожерелье из алмазов ничего не стоило, так как было необходимым аспектом обучения, как и другие драгоценные камни.

Время от времени к месту, где строилась пирамида, приезжал Архитектор. Он надевал костюм и направлялся к строящейся пирамиде. Костюм был темного цвета и состоял из объемного жилета, небольшой юбочки, доходящей почти до колена, жестких краг на руках, которые закрывали руку в виде перчатки, доходящей чуть выше локтя и шлема. Плечи тоже были закрыты подвижными объемистыми щитками. Шлем на верхней части был украшен чем-то вроде небольших перьев. Это облачение опасно для непосвященных, его нельзя трогать постороннему человеку. Любой рисунок несет огромный смысл не только для читающих на Земле людей, но и передается в другие миры мгновенно. ( По-нашему это торсионные поля).

Вот Архитектор подошел к самой пирамиде, построенной примерно на треть, и уверенно зашел в нее, а спустя короткое время вышел с другой стороны. Он проделывал это несколько раз, появляясь, то здесь, то там. Войдя на уровне земли, он появлялся вверху, пройдя, казалось по диагонали, но не спускался по стене, а слетал вниз. Проходя сквозь камень, Мастер формировал каналы энергии, создавал структуру этой «машины». Костюм позволял его обладателю становиться частью пирамиды, частью всего плана создания сооружения на какое-то время, соединить это сооружение с дальними мирами.

Входить в камень в этом костюме, нужно сделав полный выдох. Оставаться без воздуха можно и нужно столько, сколько необходимо для концентрации энергии. Дышать там нельзя. Между такими вылазками, а вернее влазками в камень пирамиды, архитектор приближался к жрецам, и что-то обсуждал, давал советы, делал поправки. Потом он бережно снимал костюм, укладывал в повозку, оставаясь в простой одежде, и уезжал.

Отверстия в камне, так удивляющие современников, делали не сверлом, а с помощью ваджры. Активизируется она тоже звуком. Отверстия могут быть круглыми и квадратными в сечении, прямыми и изогнутыми.

И все же увидев и осознав как на самом деле все происходило не стоит пренебрегать огромным трудом тех ученых и энтузиастов, кто многие годы по крупицам собирает информацию о происходившем на земле. Открывающиеся в новом времени способности людей не должны приниматься в штыки материалистами. Объединение усилий принесет больше пользы всем людям.

Источник: olgenbi@yandex.ru 08.03.2011