|
Неизвестный Ермолов. Вехи мистической биографии
|
|
230 лет со дня рождения.
|
|
|
|
Герой Отечественной войны 1812 года, участник драматических кавказских баталий, генерал от инфантерии и артиллерии, опальный сановник, неукротимый либерал. Ему, как никому другому, подошел бы громкий эпитет «человек-легенда». Имя генерала Ермолова для Ставропольского края поистине знаковое. Прославив себя в неисчислимых сражениях, он заслужил завидное доверие императора Александра I, который в 1816 году назначил его командующим Грузинским экспедиционным корпусом, а также управляющим гражданской частью на Кавказе. О ратных подвигах этого выдающегося человека написан не один десяток увлекательных книг. Но не только воинская слава обессмертила в веках его образ. Ермолов был неутомимым тружеником, реформатором, созидателем и благоустроителем вверенной ему Кавказской области.
|
|
В начале октября 1816 года Алексей Петрович посетил Ставрополь, который в ту пору не отличался ничем особенным и представлял собою самое типичное «провинциальное захолустье». Однако генерал верно оценил грядущие выгоды от его удобного стратегического положения. Вернувшись сюда через два года, Ермолов написал: «Со вниманием рассматривал я окрестности города Ставрополя, ибо со временем намереваюсь я перенести туда губернский город». Этот новый статус, приобретенный Ставрополем в 1822 году, сделал его «Вратами Кавказа», политическим и культурным центром южных рубежей Российской империи.
|
|
Вместе с тем и другие исторические города нашего края испытали на себе благотворное влияние ермоловских административных преобразований. При нем началось масштабное обустройство открытых на Кавказе водных курортов. Генерал собственноручно начертил план застройки Горячих Вод, лично назначал места для казенных строений будущего Пятигорска. Именно он пригласил сюда талантливых зодчих братьев Бернардацци, создавших неповторимый архитектурный облик Кавказских Минеральных Вод. В Ставрополе их стараниями был спроектирован первый городской парк и здание Гостиного ряда.
|
|
Думая обустроить и украсить вновь образованный губернский центр, генерал Ермолов командировал в Ставрополь лучших тифлисских архитекторов. Они работали над планом города и создавали великолепные каменные постройки, приличествующие его далеко не последнему месту на карте России. Таким образом, Алексей Петрович стал «отцом» старинной ставропольской архитектуры, которая практически полностью состоит из удивительного материала, местного камня-ракушечника, и отличается таинственной гармонией, мастерским великолепием, выразительным зодческим символизмом. «Как некогда Суворов способствовал рождению Ставрополя из крепости, – отмечает краевед Герман Беликов, – так Ермолов сделал из уездного городка столицу огромной Кавказской области».
|
|
До своей отставки, последовавшей в 1827 году, Алексей Петрович успел сделать немало полезного. Его правление по-настоящему преобразило Кавказскую область, оставило заметный след в политической, военной и гражданской жизни. При нем возникла первая кавказская газета и заработала почтовая связь, успешно развивалась промышленность и укреплялась торговля. Недаром, посетив Кавказ, Александр Сергеевич Пушкин заметил, что «Ермолов наполнил его своим именем и благотворным гением». Все задуманное им упало здесь на добрую почву, принося по сию пору весьма обильные плоды. Однако мало кто вспоминает теперь о том, что за внешней стороной его насыщенной событиями героической жизни скрывалась совершенная иная мистическая сторона, которая не укрылась от глаз многих современников. Иные из них называли Ермолова не только «таинственным генералом», но «сфинксом новейших времен» и даже «астральным пророком», приписывая Алексею Петровичу некие сверхъестественные способности, а его биографии – обстоятельства самые невероятные. Чтобы разобраться во всем этом, нам предстоит вернуться к самому началу и пройти вместе с «проконсулом Кавказа» его чрезвычайно загадочный и во многом непростой жизненный путь…
|
|
|
|
Путь в тайное общество
|
|
Под счастливой и таинственной звездой в 1777 году появился на свет необычный мальчик, с юных лет удивлявший сверстников силой воли и прямотой характера. Проницательные взрослые догадывались, что Алеше Ермолову «на роду написано» стать генералом. Ему не исполнилось еще и двадцати, когда в составе русской армии под командованием Александра Васильевича Суворова он проявил самоотверженную доблесть при подавлении польского мятежа. Императрица Екатерина Великая собственноручно подписала именную грамоту, которую главнокомандующий вместе с заслуженной наградой вручил «новоиспеченному храбрецу».
|
|
О самом Суворове в те времена ходили слухи самые невероятные: будто он «ведает зело тайное» и «знается с нечистой силой». Злопыхатели тем самым пытались объяснить его почти непостижимое воинское везение. На поле боя он действовал вопреки всем тактическим правилам, но не проиграл при этом ни одного сражения. Хотя в действительности «друг русского солдата» являлся человеком весьма богобоязненным – много молился, сочинял акафисты и пел в церковном хоре, – жизнь его, тем не менее, не была лишена тайны. Сохранились документальные свидетельства о том, что в 1762 году, посетив Пруссию, Суворов стал членом масонской ложи «Zu den Drei Kronen» в Кенигсберге, а первая его встреча с «вольными каменщиками» произошла еще раньше: живя в Петербурге, Александр Васильевич вступил в русскую ложу «К Трем Звездам» и достиг в ней «мастерской» степени посвящения.
|
|
Склонный к тайнознанию и религиозной мистике, знаменитый военачальник обратил внимание на неординарного юношу – молодого А.П. Ермолова. Суворов приблизил его к себе и, должно быть, открыл ему некоторые из своих тайн. Тогда же, как полагают отдельные историки, Алексей Петрович вошел в офицерскую походную ложу, но с началом правительственных гонений свою принадлежность к масонству всячески скрывал. Как бы там ни было, именно со времени этого предполагаемого «посвящения» перед Ермоловым открывается дверь в неведомое…
|
|
|
|
Заглянувший в бездну
|
|
Архивный журнал «Русская Старина» в июльском номере за 1876 год опубликовал мемуарные записки о молодых годах нашего героя: «Алексей Петрович Ермолов, будучи только что произведенным в офицеры, взял отпуск и поехал в деревню к матери. Это было зимою. Ночью, не доезжая нескольких верст до своего имения, он был застигнут такой сильной метелью, что принужден был остановиться в небольшой деревушке. В крайней избе светил огонек. Они к ней подъехали и постучали в окно, просясь переночевать. Спустя несколько минут им отворили ворота, и путники въехали в крытый двор. Хозяин ввел их в избу. Изба была просторна и чиста. Перед широкими новыми лавками стоял липовый стол; в правом углу – перед образами в посеребренных венцах – теплилась лампадка, на столе горела сальная свеча в железном подсвечнике. Перед ним стоял высокий бодрый старик с окладистой бородой и величавым видом. В голубых глазах светился ум, и была какая-то влекущая сила. Денщик внес самовар, погребец с чаем и ромом. Алексей Петрович, раскутавшись, расположился на лавке, и когда самовар был готов, пригласил хозяина напиться вместе чаю. Разговаривая с хозяином, Ермолов дивился его здравому уму и чарующему взгляду.
|
|
Когда разговор коснулся таинственных явлений, Алексей Петрович сказал, что ничему такому не верит и что все можно объяснить просто; тогда хозяин предложил ему показать одно явление, которое он едва ли объяснит себе. Алексей Петрович согласился. Старик принес ведро воды, вылил ее в котелок, зажег по его краям три восковые свечки, проговорил над водою какие-то слова и велел Ермолову смотреть на воду, думая о том, что желает видеть, сам же стал спрашивать, что ему представляется. «Вода мутится, – отвечал Алексей Петрович, – точно облака ходят по ней; теперь вижу наш деревенский дом, комнату матери, мать лежит на кровати, на столике горит свеча, перед матерью стоит горничная, по-видимому, принимает приказ; горничная вышла, мать снимает с руки кольцо, кладет на столик». «Хотите, чтобы это кольцо было у вас?» – спросил старик. «Хочу». Старик опустил руку в котелок, вода закипела – смутилась. Алексей Петрович почувствовал легкую дурноту. Старик подал ему кольцо, на котором было вырезано имя его отца, год и число брака.
|
|
На другой день Ермолов был уже дома; он нашел мать нездоровой и огорченной потерею своего венчального кольца. «Вчера вечером, – говорила она, – я велела подать себе воды вымыть руки, сняла кольцо и положила на столик, как почувствовала дурноту, и позабыла о нем. Когда хватилась, его уже не было, и нигде не могли найти». Спустя несколько часов Алексей Петрович отдал кольцо матери, говоря, что нашел его в спальной; о случившемся никогда ей не говорил».
|
|
Заметим, что, несмотря на всю кажущуюся неправдоподобность, повествование это исходит из вполне достоверных источников. Автором публикации стала Т.П. Пассек, приходившаяся теткой А.И. Герцену и супругой авторитетному русскому историку В. Пассеку. О невероятном происшествии сообщил ей дядя, А.П. Кучин, который был боевым товарищем генерала, слыл человеком несомненной честности и передал этот случай со слов самого Ермолова. Как видно из вышеприведенного рассказа, сам Алексей Петрович в те годы мало верил в какую бы то ни было мистику. Однако, заглянув в «магическое зеркало» и увидев отчетливую картину на заговоренной водной глади, он получил осязаемое свидетельство в виде золотого кольца и стал иначе смотреть на подобные вещи. Судьба еще не раз пошлет ему возможность удостовериться в том, что человеческие знания о мире крайне ограничены, тогда как сфера запредельной тайны воистину безгранична!
|
|
Тем временем военная карьера А.П. Ермолова складывалась как нельзя лучше. Дослужившись до очередного звания, он снова столкнулся с мистической силой, на сей раз предначертавшей весь его дальнейший жизненный путь. Об этом известно из сообщения «от первого лица», напечатанного в майском номере «Русской Старины» за 1875 год: «Когда я был еще в чине подполковника, меня командировали для производства следствия в уездный город Т. Мне пришлось много работать. Квартира моя состояла из двух комнат: в первой помещались находившиеся при мне писарь и денщик, во второй я. Войти в мою комнату можно было не иначе, как через первую. Однажды ночью я сидел за своим письменным столом и писал. Окончив, откинулся на спинку кресла и задумался. Поднимаю глаза – передо мной какой-то неизвестный человек, судя по одежде – мещанин. Прежде, чем я успел спросить: «Кто он и что ему нужно», незнакомец сказал: «Возьми лист бумаги, перо и пиши». Я безусловно повиновался, чувствуя, что нахожусь под влиянием неотразимой силы. Тогда он мне продиктовал все, что должно случиться в течение моей жизни, и кончил днем смерти. С последним словом он исчез, но как и куда – не знаю.
|
|
Прошло несколько минут, прежде чем я опомнился. Первой моей мыслью было, что надо мной подшутили. Я вскочил с места и бросился в первую комнату, миновать которую незнакомец не мог. Там я увидел, что писарь сидит и пишет при свете сального огарка, а денщик спит на полу, у самой входной двери, которая оказалась запертой на ключ. На вопрос мой: «Кто сейчас вышел отсюда?!» – удивленный писарь ответил, что никто не проходил…»
|
|
Сам генерал Ермолов, достигнув преклонных лет, неоднократно рассказывал об этом случае своим друзьям и близким. «Послужной список», продиктованный таинственным гостем, Алексей Петрович хранил всю свою жизнь. Надо ли говорить, что предсказание сбылось впоследствии с необычайной точностью?
|
|
|
|
Уроки вещего монаха
|
|
После смерти Екатерины II и воцарения императора Павла Петровича в русской армии начались бурные преобразования. Новый государь любил помпезные парады, внешний вид солдат ставил превыше боевой выучки. Накрахмаленные парики с длинными косицами и буклями, закрученными на прусский манер, стали неотъемлемым атрибутом тогдашней армейской жизни. В ходе очередного смотра войск А.В. Суворов, не желавший мириться с таким положением дел, сказал царю безо всяких обиняков: «Пудра не порох, букли не пушки, коса не тесак, а я не немец, Ваше Величество, а прирожденный русак!», и наотрез отказался участвовать в бессмысленных павловских парадах. Надменный монарх отреагировал незамедлительно: несмотря на великие ратные заслуги, отправил Суворова в отставку, не позволив более находиться при столичном дворе.
|
|
В этом конфликте А.П. Ермолов принял сторону своего боевого наставника, допустив в одном из писем непростительную оплошность, – открыто раскритиковал армейскую политику Павла I. Его корреспонденция попала в чужие руки. За сим последовал донос, а после – суд и заключение в Петропавловскую крепость. Опальный офицер провел в тюрьме три месяца, после чего был отправлен в Кострому для этапирования к месту сибирской ссылки. К счастью, сын костромского губернатора оказался его товарищем по учению. Просьбы последнего убедили сердобольного старика написать в Петербург рапорт: де, «в видах лучшего наблюдения за присланным государственным преступником предпочел бы оставить его в Костроме». Никто не стал возражать, и все устроилось наилучшим образом.
|
|
«В это время, – рассказывал позднее сам генерал Ермолов небезызвестному Денису Давыдову, – проживал в Костроме некто Авель, который был одарен способностью верно предсказывать будущее. Находясь однажды за столом у губернатора Лумпа, Авель предсказал день и час кончины императрицы Екатерины с необычайной верностью. Простившись с жителями Костромы, он объявил им о намерении своем поговорить с государем Павлом Петровичем, но был, по приказанию Его Величества, посажен в крепость, из которой однако скоро выпущен. Возвратившись в Кострому, Авель тоже предсказал день и час кончины императора Павла. Все предсказанное Авелем буквально сбылось». Громкая слава упомянутого инока-провидца Авеля гремела тогда на всю Россию. Историки называли его «русским Нострадамусом», ведь ему удалось во всеуслышание предсказать точное время смерти Екатерины Великой более чем за год до того, как это случилось в реальности.
|
|
Живя на Валааме, Авель перенес тяжелую болезнь, после которой его стали посещать необычайные видения. Он слышал голоса, диктовавшие ему «зело престрашные книги». Одна из них, в коей и содержалось смутившее всех пророчество, попала в органы политического сыска. Дерзновенного монаха бросили за решетку, но государыня, как на грех, действительно скончалась в указанный им срок! Павел I освободил Авеля, пригласил его для личной беседы и попросил рассказать о судьбе собственной. Однако новое пророчество, как и следовало ожидать, не пришлось ему по душе. Монаха снова заключили в тюрьму, куда вслед за тем поспела весть о насильственной кончине императора – в точном соответствии с недавно записанным предсказанием Авеля. Взошедший на престол Александр I также захотел увидеться с легендарным анахоретом, и после этого, вполне удовлетворенный, отпустил его на все четыре стороны.
|
|
Отдельные исследователи считают знакомство А.П. Ермолова с Авелем отнюдь неслучайным. «Среди сослуживцев ходили упорные слухи, – отмечает публицист Серафим Шишкин, – что во время ссылки в Костромскую губернию Ермолов будто бы имел тайный контакт со знаменитым прорицателем монахом Авелем, который, по их мнению, и научил его тонким премудростям предсказания будущего». Именно к этим годам относятся первые «пророчества» самого Ермолова, во многом совпадающие с прорицаниями «вещего инока». В 1805 году Алексей Петрович предрек великую войну с французами, которая, по его словам, должна была начаться через семь лет. Монах Авель, тем временем, написал очередную «зело престрашную книгу», в которой сообщалось, «как будет Москва взята и в который год». За это грозное рукописание император Александр повелел заточить инока в Соловецкий острог: «быть ему там, доколе сбудутся его предсказания». В 1812 году французский император Наполеон действительно напал на Россию, положив начало кровопролитной войне…
|
|
|
|
Пророк в своем Отечестве
|
|
Фельдмаршал М.И. Кутузов назначил Ермолова начальником штаба 1-ой армии. Алексей Петрович показал себя истинным героем, готовым без оглядки отдать жизнь за Россию, и по праву заслужил генеральское звание. В ходе этой войны имели место, как минимум, два эпизода, подтвердившие наличие у него неординарного пророческого дара. Накануне Бородинского сражения он слегка дрогнувшим голосом сказал своему другу – генералу Кутайсову, – что тот «найдет смерть от пушечного ядра». На другой день несчастного офицера убило шестифунтовым снарядом, выпущенным с французской батареи. В 1813 году перед Лейпцигской битвой Ермолов заметил страх в глазах барона Д.Е. Остен-Сакена. Чтобы как-то ободрить его, он сказал: «Не робей, дружище, пули для тебя еще не отлито!» Потом на мгновение задумался и добавил: «И никогда не будет отлито». Дмитрий Ерофеевич участвовал после этого в десятках ожесточенных сражений, и за все это время не получил ни единой царапины!
|
|
В 1816 году А.П. Ермолов был назначен командующим на Кавказ, где развернул масштабную кампанию по «замирению» восставших горцев. Противники утверждали, что генерал «заговорен от всякой пули», а еще «умеет видеть будущее». В 1828 году, после восстания декабристов, император Николай I отправил Ермолова в отставку. Причиной тому послужили его либеральные взгляды и сочувствие к сосланным на Кавказ мятежникам. Последняя опала была самой горькой: ему припомнили совершенно все и, в особенности, давние связи с тайными обществами.
|
|
До сих пор в исторической литературе не утихают споры о том, принадлежал ли А.П. Ермолов к загадочному масонскому братству, или же это – один из мифов, возникавших в великом множестве вокруг его знаменитого имени? По крайней мере, один документ, найденный в личном архиве Александра I, указывал на это совершенно недвусмысленно. Многие факты свидетельствуют в пользу такой гипотезы, но для нас куда важнее то, что сами посвященные масоны видели в нем великого человека, вся жизнь которого была сплошной загадкой. В частности, А.С. Грибоедов, являвшийся членом петербургской ложи «Соединенных Друзей» и, вместе с тем, личным адъютантом генерала Ермолова, в одном из писем назвал его «сфинксом новейших времен» и был, право, не далек от истины!
|
|
|
|
Misterium Fatum
|
|
Свои последние годы генерал доживал в первопрестольной. К этому времени относится записанный со слов его близкого друга финальный аккорд ермоловской мистической сюиты: «Года за полтора до кончины Алексея Петровича Ермолова я приехал в Москву для свидания с ним. Прогостив у него несколько дней, я собирался в обратный путь к месту моего служения и, прощаясь с ним, не мог удержаться от слез при мысли, что, вероятно, мне уже не придется еще раз увидеть его в живых, так как в то время он был дряхл, а я не прежде чем через год имел возможность вернуться в Москву.
|
|
Заметив мои слезы, Алексей Петрович сказал: «Полно, я еще не умру до твоего возвращения сюда». «В смерти и животе Бог волен», – ответил я ему. «Я тебе положительно говорю, что умру не через год, а позднее». На мое изумление, даже страх – в себе ли он? – Ермолов отвечал: «Я тебе сейчас докажу, что я еще не сошел с ума и не брежу».
|
|
С этими словами он повел меня в кабинет, вынул из запертого ящика исписанный лист бумаги и поднес его к моим глазам. «Чьей рукой писано?» – спросил он меня. «Вашей». «Читай». Это было нечто вроде послужного списка Алексея Петровича, начиная с чина подполковника, – с указанием времени, когда произошел каждый мало-мальски замечательный случай из его жизни. Он следил за моим чтением, и, когда я подходил к концу листа, он закрыл рукой последние строчки. «Этого читать тебе не следует, – сказал он, – тут обозначен год, месяц и день моей смерти. Все, что ты прочитал здесь, написано вперед и сбылось до мельчайших подробностей…»
|
|
Генерал Ермолов поведал собеседнику о том, что нам уже и без того известно, – о загадочном потустороннем визитере, который много лет назад проник в его комнату через закрытые двери, о продиктованном послужном списке, о столь же таинственном исчезновении посетителя и почти невероятной точности его предсказаний, – а после добавил: «До сих пор я никому не рассказывал об этом, – зная наперед, что одни подумают: я выдумал это, а другие сочтут меня за человека, подверженного галлюцинациям, но для меня это факт, не подлежащий сомнению, видимым и осязательным доказательством которого является вот эта бумага. Теперь ты не усомнишься в том, что мы еще раз увидимся».
|
|
«Действительно, через год после этого мы опять увиделись, – уверяет нас очевидец. – А после смерти я отыскал в его бумагах таинственную рукопись и увидел из нее, что Алексей Петрович Ермолов скончался в тот самый день и даже час, как ему было предсказано лет за пятьдесят» (напечатано в майском номере «Русской Старины» за 1875 год).
|
|
В самом деле, имеются непреложные свидетельства о том, что родственники генерала, разбирая после смерти его бумаги, обнаружили пожелтевший лист, в конце которого стояла выведенная характерным ермоловским почерком последняя дата: 12 апреля 1861 года. Дата совершенно точная! Откуда ему было знать о ней заранее? Пожалуй, тут как нельзя кстати подошли бы слова шекспировского Гамлета: «Есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам…».
|
|
|
|
Журнал "Тысяча дорог"
|
|
|
|
http://news.bcm.ru/doc/28834
|
