|
Самая опасная часть раскрытия информации об НЛО
|
|
|
|
В своей новой книге «Мы хотим верить: как инопланетяне стали достоянием общественности и почему это важно», опубликованной во вторник, 25 августа, Адам Кирш утверждает, что реальная опасность раскрытия информации об НЛО заключается не в инопланетянах, а в крахе доверия к власти.
|
|
|
|
В 128-страничной книге, изданной Columbia Global Reports, рассматривается, почему неопознанные летающие объекты, которые теперь чаще называют неопознанными аномальными явлениями или НЛО, переместились с периферии общественной жизни в мейнстримные дебаты. Кирш, старший редактор The Atlantic, меньше заинтересован в доказательстве существования инопланетян, чем в понимании того, почему так много людей хотят, чтобы они существовали.
|
|
|
|
«Как и мессия, раскрытие информации постоянно отстает от графика», — пишет Кирш, описывая долгожданный момент, когда от правительств ожидают раскрытия того, что они якобы знают об инопланетных посетителях.
|
|
|
|
Как информация об НЛО стала общедоступной
|
|
|
|
«Мой интерес к этой теме начался в 2017 году, когда в основных СМИ внезапно появились сообщения о видеозаписях НЛО из Пентагона и так называемой секретной программе сбора сообщений об НЛО», — сказал он. «Впервые показалось, что появились какие-то достоверные новости или доказательства».
|
|
|
|
|
|
|
Сообщения об НЛО больше не обсуждались только в сенсационных телепрограммах, на форумах сторонников теорий заговора или в историях о предполагаемых похищениях. Военные пилоты, сотрудники Пентагона и представители разведки начали публично говорить о встречах, которые они не могли идентифицировать.
|
|
|
|
В результате вопрос изменился. Вместо того чтобы спрашивать, существуют ли НЛО, многие люди начали спрашивать, знает ли правительство США больше, чем признает.
|
|
|
|
Это подозрение является центральным в аргументации Кирша. Он рассматривает веру в раскрытие информации об инопланетянах как часть более широкого недоверия к институтам, которое может простираться далеко за пределы небес. «Идея о том, что власти знают больше, чем говорят, что они скрывают правду, привлекает многих людей», — говорится в исходных материалах.
|
|
|
|
По его мнению, последствия могут стать серьезными, когда тот же инстинкт применяется к медицине, здравоохранению или другим областям, где доказательства имеют реальные последствия. Вера в то, что странный объект — это инопланетный космический корабль, сама по себе может не представлять непосредственной опасности для кого-либо. Отказ от медицинских рекомендаций из-за предположения, что чиновники скрывают правду, — это совсем другое дело.
|
|
|
|
Свидетельские показания — это не научное доказательство
|
|
|
|
Кирш не отвергает показания людей, которые утверждают, что видели нечто экстраординарное. Это различие придает книге более осторожный подход, чем обычный спор «верующий против скептика».
|
|
|
|
Рассказ человека может быть искренним, подробным и очень важным для него. Однако это остается свидетельством, а не научным доказательством. Как выразился Кирш, свидетельство «может только убедить или не убедить».
|
|
|
|
Разницу легко размыть, особенно когда свидетель — опытный пилот или бывший государственный чиновник. Авторитет может сделать утверждение более убедительным, но он не гарантирует автоматического подтверждения увиденного.
|
|
|
|
Кирш также предостерегает от пренебрежительного отношения к личному опыту. «Нет ничего более оскорбительного и раздражающего, чем услышать, что вы ошибаетесь в своих собственных переживаниях», — пишет он.
|
|
|
|
Это не означает, что каждая интерпретация верна. Это означает, что опыт и объяснение следует разделять, различие, которое часто теряется в безумной погоне за раскрытием информации.
|
|
|
|
Для Кирша наука сильна, но не исчерпывающа. Он заявил журналистам, что к некоторым аспектам реальности можно подойти через религиозные, духовные или эзотерические прозрения, а не через научные исследования. Однако, когда речь идет о физическом летательном аппарате, движущемся в атмосфере, стандартом доказательства остается физическое доказательство.
|
|
|
|
«Они не сверхъестественны и не чудесны», — сказал Кирш журналистам. «Если бы они действительно существовали, они существовали бы во времени, пространстве и трех измерениях, как и все остальное».
|
|
|
|
Вот здесь аргумент становится неудобным для верующих. Отсутствие доказательств не доказывает невозможность существования внеземной жизни. Но после десятилетий наблюдений становится трудно обосновать свою уверенность.
|
|
|
|
Кирш указывает на давнюю проблему — парадокс Ферми, названный в честь знаменитого вопроса физика Энрико Ферми: «Где все?» Человечество искало в небе признаки разумной жизни, но убедительных доказательств так и не появилось.
|
|
|
|
Даже камеры, кажется, усложняют ситуацию. Кирш отметил, что в некоторых сообщениях о встречах «когда камера что-то видит, человек этого не видит. А когда человек что-то видит, камера этого не видит».
|
|
|
|
Его объяснение прямолинейно: «Очевидное и логичное объяснение в том, что фотографировать нечего».
|
|
|
|
Источник
|
