Теории заговора всегда были частью общества, предлагая объяснения — иногда простые, часто сложные — для сложных событий. Некоторые из них раскрыли подлинные заговоры, такие как Уотергейтский скандал. Большинству из них недостает обоснованности, но, тем не менее, в них широко верят. Например, идея о том, что высадка на Луну была инсценированной, существует десятилетиями, несмотря на существенные доказательства обратного. Что заставляет людей принимать эти убеждения? Исследователи изучали механизмы, лежащие в основе представлений о заговоре, и наше новое исследование добавляет еще один кусочек к этой головоломке.
Используя данные более чем 55 000 человек, принявших участие в лонгитюдном новозеландском исследовании взглядов и ценностей, мы обнаружили, что определенные основные психологические потребности привлекают людей к теориям заговора. Когда эти потребности остаются неудовлетворенными в течение длительного периода времени, люди с большей вероятностью обращаются к конспирологическим верованиям, возможно, как к способу удовлетворения этих потребностей.
Почему конспирологические верования так привлекательны
Предыдущие исследования показали, что в основе веры в заговор могут лежать три основных мотива. Во-первых, у людей есть эпистемологический мотив (связанный со знаниями), позволяющий восстановить понимание и ясность в отношении мира. Во-вторых, экзистенциальный мотив людей отражает потребность в контроле и безопасности, особенно в непредсказуемых ситуациях. Наконец, у людей есть социальный мотив принадлежать друг другу и поддерживать чувство общей идентичности.
В совокупности эти мотивы помогают объяснить, почему некоторые люди обращаются к теориям заговора, чтобы разобраться в ситуациях, в которых они чувствуют себя бессильными или отстраненными. Такие события, как пандемия COVID, создают благоприятную почву для распространения этих убеждений.
Однако у убеждений в заговоре есть очевидные негативные последствия. Они часто вызывают недоверие к властям, способствуют распространению дезинформации и, в некоторых случаях, заставляют людей совершать действия, которые наносят вред обществу в целом. Поняв психологические потребности, стоящие за этими убеждениями, мы можем начать устранять их в корне.
Основные потребности, связанные с убеждениями в заговоре
Наше исследование было сосредоточено на четырех ключевых психологических потребностях, тесно связанных с тремя вышеперечисленными мотивами: контроль, принадлежность, самоуважение и смысл жизни.
Изначально мы думали, что все эти потребности будут стимулировать веру в заговор, но наши результаты показывают, что неудовлетворенные потребности в контроле и принадлежности являются самыми сильными предикторами. Вот наши основные выводы:
1. Потребность в контроле: люди обращаются к теории заговора, когда чувствуют свое бессилие в жизни. Теории заговора, тесно связанные с экзистенциальным мотивом, позволяют людям объяснять события как часть скрытого заговора, что дает им ощущение контроля, хотя и неуместного.
Наши данные показывают, что среди четырех изученных нами потребностей контроль наиболее тесно связан с верой в заговор. Таким образом, когда люди чувствуют себя беспомощными, они более склонны верить в силы, действующие за кулисами.
2. Потребность в сопричастности: Чувство связи с другими людьми важно для нашего благополучия. Для тех, кто чувствует себя изолированным или маргинализированным, конспирологические группы могут стать сообществом, которое подтвердит их взгляды.
Наши данные показывают, что отсутствие сопричастности значительно повышает вероятность веры в теории заговора. Люди, которые изо всех сил стараются чувствовать себя принятыми, могут быть привлечены к группам, которые разделяют альтернативные объяснения, обеспечивая чувство идентичности и взаимопонимания.
3. Самоуважение и смысл жизни: Удивительно, но эти потребности не сыграли такой большой роли, как мы ожидали. Однако среди людей, у которых со временем улучшилось ощущение смысла жизни, мы обнаружили, что они были немного более склонны верить в заговоры в более поздние периоды времени. Это открытие противоречит идее о том, что только неудовлетворенные потребности способствуют вере в заговор, и поднимает важные вопросы для будущих исследований.
4. Вера в заговор может усугубить неудовлетворенные потребности: Мы также отслеживали изменения в вере в заговор и их влияние на психологические потребности с течением времени. Когда люди придерживались более сильных убеждений в заговоре, они с меньшей вероятностью ощущали контроль и сопричастность в последующие годы.
Таким образом, хотя неудовлетворенные потребности могут подтолкнуть людей к убеждению в заговоре, убеждения в заговоре могут еще больше подорвать эти самые потребности, потенциально создавая самоподкрепляющийся цикл недоверия и разобщенности.
Изучение лонгитюдных данных
В отличие от большинства исследований, которые дают лишь краткий обзор во времени, наше исследование проводилось в течение нескольких лет. Этот подход позволил нам изучить, как изменения в психологических потребностях предшествуют изменениям в вере в заговор.
Рассматривая это с более широкой точки зрения, наши результаты показывают, что, хотя убеждения в заговоре относительно устойчивы, на них может влиять чувство разобщенности или потери контроля.
Вера в заговор отчасти проистекает из неудовлетворенных потребностей в принадлежности и ощущении контроля. Это помогает нам понять, кто в будущем с наибольшей вероятностью поверит в теории заговора.
Понимание того, кто подвергается наибольшему риску, позволяет нам разрабатывать целенаправленные инструменты для снижения привлекательности теорий заговора и создания общества, основанного на доверии и открытом диалоге. Понимание "почему", стоящего за этими убеждениями, является первым шагом к повышению устойчивости наших сообществ к дезинформации.
